2009 год, несомненно, станет самым непростым в истории постсоветской России. Несмотря на несравнимо более благоприятные внешние условия для развития экономики по сравнению с кризисным 1998 г., в этом году ситуация остается крайне тяжелой. По итогам I полугодия 2009 г. ВВП страны снизился на 10,1%, промышленное производство сократилось на 14,8%, инвестиции - на 18,2%. Если текущая негативная динамика сохранится и во II полугодии, то 2009 г. будет одним из наиболее провальных за последние сто лет: в прошлом столетии больший спад ВВП России фиксировался лишь в 1917 г. (–18,2%), в 1993 г. (–14,5%) и в 1995 г. (–12,7%).

Несмотря на выделение огромных, достигающих, по некоторым оценкам, 10% ВВП, средств на финансирование мер поддержки экономики, в российском национальном хозяйстве пока незаметно сколь-нибудь существенных признаков оживления. Если в США во II квартале 2009 г. темпы сокращения ВВП снизились более чем в 6 раз по сравнению с I кварталом (с 6,4% до 1,0%), а в III квартале большинство экспертов ожидают рост экономики на 0,8-2,0%, то в России спад принимает затяжной характер. В отдельных секторах различия еще более очевидны. Если в КНР в I полугодии 2009 г. было продано на 48,0% больше автомобилей, чем год назад; в Великобритании в июне месячные продажи автомашин выросли на 57,0%, а в Германии - в 2,3 раза по сравнению с январем 2009 г., то в России спрос стагнирует, а внутреннее производство тех же легковых автомобилей за первое полугодие 2009 г. сократилось на 60,0%.
К августу 2009 г. стало очевидным, что российское правительство не в состоянии проводить эффективную антикризисную политику. Предоставление огромных финансовых резервов для поддержки банковской системы и реального сектора экономики спровоцировало девальвацию рубля и уменьшение международных резервов страны, показав неспособность власти добиться роста кредитования экономики. Россия - единственная крупная экономика, в которой официальная ставка Центрального банка сохраняется на почти докризисном уровне (за время кризиса Банк Англии снизил ставку с 5,5 до 0,5%, ФРС - с 5,25 до 0-0,25%, а ЕЦБ - с 4 до 1%), а кредиты стоят существенно дороже, чем до начала кризиса, к тому же получить их стало значительно сложнее.
В отличие от западных стран и Китая, избравших в качестве своей стратегии поддержку отдельных отраслей и стимулирование потребительского спроса, правительство РФ выбрало «ручное управление» экономикой и выделило 295 избранных, «системообразующих» предприятий, которые должны были получить соответствующую помощь. «Программа антикризисных мер правительства Российской Федерации на 2009 год» направлена не на модернизацию экономики или развитие предпринимательской инициативы, а на консервацию существующей сырьевой экономической модели в надежде на скорое восстановление мировых рынков, в первую очередь - рынков нефтяных фьючерсов и металлов. Стоит добавить, что «Программа» и не могла быть успешной, так как поддержка отдельных банков и компаний в условиях монополизированной и бюрократической экономики вряд ли поспособствовала бы удержанию на плаву их клиентов и контрагентов.
В США и Западной Европе акценты сделаны на усиление конкуренции, повышение эффективности производства, технологическое обновление, при этом власти признают, что часть неэффективных компаний должна прекратить свое существование или сменить собственников. В России же политики неустанно повторяют, что не хотят перераспределения собственности или национализации ведущих компаний. В этом усматривается критическая по своей значимости ошибка нынешнего политико-экономического курса, обусловленная сложившейся структурой экономики, ошибка, способная привести к полному экономическому коллапсу.

* * *
На протяжении всего постсоветского периода в России с разной степенью интенсивности формировались мощные финансово-промышленные группировки, владельцев которых принято называть «олигархами». На разных этапах олигархи использовали слабость или индифферентность властей для собственной выгоды. В середине 1990-х гг. им удалось выгодно приватизировать существенную часть государственной собственности; в начале 2000-х олигархические группировки первыми выиграли от стабилизации экономической ситуации и повышения сырьевых цен; во второй половине нынешнего десятилетия многие из них извлекли гигантские доходы из продажи государству ранее полученных активов.
В последние годы олигархические структуры установили практически тотальный контроль над российской экономикой (несмотря на заверения властей об усилении роли государства и, соответственно, качественном ослаблении «олигархии»). Воспользовавшись объективными (благоприятной конъюнктурой на мировых товарных и финансовых рынках) и субъективными (связями с высшими чиновниками правительства) факторами, они предельно расширили зону влияния. Более того, к частноолигархическим структурам (империям Олега Дерипаски, Романа Абрамовича, Алишера Усманова и других) добавились квазигосударственные олигархические группы (в первую очередь превращающаяся в бесформенный набор разнородных активов госкорпорация «Ростехнологии»). Все эти структуры сходны по методам и культуре управления, однако те из них, что принадлежат (по крайней мере, номинально) частным собственникам, обнаруживают три характерных черты, которые стали причинами особого характера экономического кризиса в России.
Во-первых, большинство этих компаний (а почти все они сейчас стали объектом финансовой опеки со стороны властей) не являются российскими, так как их формальные собственники зарегистрированы вне налоговой территории РФ. Нужно заметить, что в США и европейских странах государственная помощь таким компаниям оказывается только с санкции парламентов после гласного и профессионального изучения проблемы. В России же средства бюджета без лишних формальностей уходят на поддержку тех, кто давно вывел собственные капиталы за рубеж.
Во-вторых, в последние годы во всех этих компаниях сформировался механизм перевода активов из корпоративной в личную собственность, спровоцированный, в частности, снижением налогов на дивиденды и личные доходы. Казалось бы, доходы богатейших россиян за счет введения плоской шкалы 13%-го подоходного налога стали легальными, но налоговой базой стали не реальные доходы российских «капитанов бизнеса», а лишь та незначительная их часть, которую они готовы «признать» и задекларировать. При этом фактические доходы богатейших граждан страны по большей части аккумулируются на счетах оффшорных структур, через которые, в свою очередь, оплачиваются основные расходы олигархов, связанные с личным потреблением.
В-третьих, бум на фондовом рынке и перевод значительной части финансовых активов российских предприятий в личную собственность их владельцев породили стремительный взлет корпоративных заимствований, ставших базовым источником финансирования инвестиционных программ взамен собственных средств. С января 2002 по 1 июля 2009 г. внешние обязательства корпоративного сектора выросли в 12,3 раза: с 23,9 млрд. долл. до 294,4 млрд. Снижение капитализации российского фондового рынка, начавшееся в июне 2008 г., сделало многие крупные компании техническими банкротами.
Все эти три обстоятельства обусловливают двойственное положение российского олигархата в кризисной ситуации. С одной стороны, он выступает экстерриториальной силой, заинтересованной не в упрочении правовых норм в стране и стабилизации ее экономики, но в гарантировании безопасности собственных активов, в том числе за рубежом. С другой стороны, обеспечивая работой значительное число россиян и контролируя многочисленные и разветвленные производственные цепочки, он имеет возможность диктовать свою волю правительству и практически бесконтрольно распределять бюджетные средства. В результате значительная часть предоставляемой государством помощи никак не сказывается на состоянии отечественной экономики, а власть все больше становится марионеткой в руках «равноудаленного» от нее крупного бизнеса. Конечной целью олигархата, которая в последнее время становится все более очевидной, становится передача под контроль государства неэффективных предприятий, обремененных огромными долговыми обязательствами. Для достижения этой цели олигархи уже не ограничиваются применением имеющегося административного ресурса. Крупнейшие российские собственники при поддержке коррумпированных чиновников, представителей силовых структур и профсоюзных экстремистов, используя социальное недовольство трудовых коллективов своих предприятий, переходят к открытому шантажу исполнительной власти.
Яркий пример социального шантажа был продемонстрирован в ходе событий 2-4 июня 2009 г. в Пикалево Ленинградской области. В Пикалево премьер-министр Владимир Путин посчитал необходимым лично, при помощи «ручного управления» и массированных финансовых вливаний, временно решить одну из многочисленных проблем крупнейшего российского олигарха Олега Дерипаски. Тем самым Владимир Путин не только имплицитно передал в руки олигархата инициативу в формировании новой социально-экономической парадигмы, но и указал другим крупнейшим собственникам самый эффективный способ «принуждения государства к помощи» - использование для решения своих проблем публичных акций и выступлений работников предприятий, нередко ведомых профсоюзами, чьи интересы ситуативно совпадают с интересами собственников. Данный способ может использоваться повсеместно, олицетворяя наступление постпикалевской политико-экономической реальности.
В подтверждение данного тезиса представим некоторые современные особенности российского олигархата.

I. Структура крупной собственности в России

В последние годы собственниками практически всех крупнейших отечественных предприятий стали оффшорные фирмы, контролируемые олигархами через несколько опосредующих звеньев. Институт оффшорной собственности позволяет решить сразу несколько задач: во-первых, исключить возможность рейдерского захвата, во-вторых, минимизировать налогообложение в собственной стране,
в-третьих, используя законодательные лакуны, превращать средства, выведенные из собственных предприятий, либо в респектабельные иностранные инвестиции, либо в зарубежные активы.
В нынешней ситуации трудно определить, кто из ведущих олигархов стал «застрельщиком» процесса «оффшоризации», поэтому иллюстративный ряд начинается с упоминавшегося уже Олега Дерипаски исключительно из-за размеров активов, находящихся под контролем этого предпринимателя. Большая часть компаний, входящих в его «Базовый элемент», принадлежит Basic Element Ltd., зарегистрированной на о. Джерси. В свою очередь Basic Element Ltd является
100%-й дочкой, зарегистрированной на Британских Виргинских островах компании
A-Finance, бенефициаром которой выступает сам Олег Дерипаска. Кроме Basic Element Ltd., на о. Джерси зарегистрированы также En+ и UC Rusal, полностью подконтрольные названному российскому олигарху. Отметим, что En+ принадлежит 56,8% акций UC Rusal, фактического владельца практически всех алюминиевых заводов России. Управляющая компания всех крупнейших семи алюминиевых предприятий России (RUSAL Global Management B.V.) также зарегистрирована в оффшоре, и возглавляет ее все тот же Олег Дерипаска.
Следующим примером станет Роман Абрамович, также предпринявший при структурировании прав собственности на российские предприятия масштабную оффшорную комбинацию. В настоящее время владельцем трех предприятий черной металлургии, подконтрольных холдингу Evraz Group S.A. (ОАО «НТМК», ОАО «ЗСМК», ОАО «НКМК») является кипрская фирма Mastercroft Ltd, а, например, шахты «Распадская» - кипрская же Corber Enterprises Ltd (таблица 3).
Учрежденная в 2002 г. Mastercroft Ltd. выступает операционной компанией холдинга Evraz Group S.A. (Люксембург), владеющего 100%-м пакетом ее акций. Контроль над Mastercroft Ltd. перешел к трастовому фонду Millhouse Capital Романа Абрамовича 16 июня 2006 г., когда основные акционеры Evraz Group S.A. Александр Абрамов и Александр Фролов подписали соглашение о продаже контрольного пакета акций оффшора.
Еще одним примером будет ОАО «Холдинговая компания «Металлоинвест» (таблица 6), хотя в случае с «Металлоинвестом» никаких «многоходовок» не предпринималось. Его владельцы - кипрские компании: Gallagher Holdings Ltd. (50%), подконтрольная Алишеру Усманову, Seropaem Holdings Ltd. (30%), подконтрольная Андрею Скочу, и Coalco Metals Ltd. (20%), подконтрольная Василию Анисимову. И если с оффшорной структурой собственности «Металлоинвеста» вопросов не возникает, то схема распределения собственности холдинга внутри России замысловата: ОАО «ХК «Металлоинвест» является учредителем ОАО «ОЭМК» и ОАО «Лебединский ГОК», в свою очередь, ОАО «Лебединский ГОК» является единственным владельцем ОАО «Михайловский ГОК», а тот - 100%-м собственником ОАО «Уральская сталь».
Права собственности на другие российс кие производственные активы также оформлены без лишней оригинальности. Например, акции ОАО «Северсталь» (таблица 7) в основном принадлежат кипрским Astroshine Ltd. (20,0%), Pearlgreen Ltd. (20,0%), Loranel Ltd. (20,0%) и Rayglow Ltd. (10,9%). Само ОАО «Северсталь» является единственным учредителем ООО «Холдинговая горная компания», выступающего 100%-м собственником ОАО «Карельский окатыш» и ОАО «ОЛКОН». Крупнейшими владельцами ОАО «Мечел» (таблица 8) являются снова кипрские Calridge Ltd. (12,4%), Bellasis Holdings Ltd. (9,2%), а также ряд нераскрываемых акционеров, номинальными держателями акций которых выступают ООО «Дойче банк» (35,0%), ЗАО «Депозитарно-Клиринговая Компания» (32,0%) и ЗАО «Ю Би Эс Номиниз» (6,2%). Наконец, контролирующими акционерами ОАО «ММК» являются Mintha Holding Ltd. (42,4%) и Fulnek Enterprises Ltd. (43,1%), тоже зарегистрированные на Кипре.
Структура собственности крупнейших компаний других видов экономической деятельности также преимущественно оффшорная. Например, в торговле ОАО «Седьмой континент» на 74,8% принадлежит кипрской фирме Pakwa Investments Limited. ОАО «Дикси Групп» на 51,0% - кипрской Dixy 8 Holding Ltd., а еще на 10,2% - Renaissance Securities (Cyprus) Limited. ОАО «Группа компаний «Виктория» - на 37,4% Mercia Investments Ltd. и на 26,0% - Chantrey Holdings Ltd (снова - Кипр). Наконец, структура собственников X5 Retail Group N.V. (Нидерланды) выглядит так: 23,1% акций принадлежат нидерландской Pyaterochka Holding N.V., 47,9% - «Альфа-Групп», 27,0% акций находятся в свободном обращении, а еще 1,9% - у менеджмента Х5. Как известно, компаниями, образующими «Альфа-Групп», являются ABH Holdings Corp. (Британские Виргинские острова) и CTF Holdings Ltd (Гибралтар).
По результатам краткого анализа структуры собственности крупнейших российских предприятий можно сделать как минимум три вывода. Первый - фактические владельцы, то есть физические лица или «олигархи» не несут ответственности по социально-экономическим обязательствам подконтрольных российских компаний. Второй - бенефициарами оффшорных структур, контролирующих значительную часть российской промышленности и сферы услуг (в частности, практически всю черную и цветную металлургию) могут быть и российские чиновники федерального и регионального масштаба. Третий - в последние годы государство своим бездействием потворствовало переводу прав собственности на крупнейшие промышленные активы России в оффшорные юрисдикции.
Как известно, в оффшорных юрисдикциях российское налоговое законодательство не действует. Если нет договоров об избежании двойного налогообложения. Между Россией и Кипром такой договор есть - Соглашение от 5 декабря 1998 г. «Об избежании двойного налогообложения в отношении налогов на доходы и капитал». Соглашение устанавливает налог на дивиденды в размере 5%, правда, в том случае, если на «кипрскую» компанию приходится не менее 100 тыс. долл. (3,15 млн. рублей по курсу ЦБ России на 26 августа 2009 г.) вложений в капитал предприятия. Стандартная ставка налога на дивиденды, выплачиваемые российскими организациями иностранным организациям, составляет 15% (п.3 ст.284 НК РФ), а для физических лиц-нерезидентов РФ - 30% (п.3 ст.224 НК РФ).

II. Дивидендная политика крупнейших российских корпораций

Проследим историю начисления дивидендов ведущими промышленными компаниями России в 2005-2008 гг. Фаворитом дивидендной гонки в эти годы стал Роман Абрамович и Evraz Group S.A. Начисленные дивиденды лишь по четырем рассмотренным в таблице 3 компаниям за эти годы составили 112,7 млрд. руб. Три других гиганта черной металлургии - ОАО «Северсталь», ОАО «ММК» и ОАО «НЛМК» значительно отстали, начислив за рассматриваемый период соответственно 83,1 млрд. руб. (ОАО «Северсталь», ОАО «Карельский окатыш»), 68,6 млрд. руб. (ОАО «ММК») и 65,9 млрд. руб. (ОАО «НЛМК»). На этом фоне UC Rusal Олега Дерипаски выглядит скромно: по шести представленным в таблице 4 алюминиевым заводам начисленные дивиденды (включая выплаты по облигациям) составили «всего» 22,3 млрд. руб. К примеру, только ОАО «Мечел» за данный период начислило 33,8 млрд. руб.
Объяснений дивидендной «скромности» алюминиевого короля несколько. В качестве одной из версий в данном разделе упомянем использование «серых» схем при экспорте готовой продукции, при помощи которых можно обогащаться без публичной огласки. Как известно, в I квартале 2009 г. доля экспорта в общем объеме продаж составила у ОАО «РУСАЛ Новокузнецк» 35,1%, у ОАО «СУАЛ» - 61,3%, у ОАО «РУСАЛ Красноярск» - 80,0%, у ОАО «РУСАЛ Братск» - 91,7%. Неудивительно, что экспорт продукции осуществлялся подконтрольными и зачастую аффилированными с предприятиями-производителями структурами, так что значительная часть прибыли от экспортных операций оседала в оффшорах. Подобная практика характерна для предприятий не только цветной, но и черной металлургии: к примеру, основным экспортным трейдером ОАО «ММК» является фирма «MMK Trading AG», зарегистрированная в швейцарском кантоне Цуг, предоставляющем массу налоговых льгот своим резидентам.
Выяснить, сколько сырья и готовой продукции поставляется с использованием трансфертного ценообразования, для заинтересованных структур труда не составляет. Например, Счетная палата в процессе проверки угольной отрасли России выяснила: более 80% экспорта угля осуществляется с использованием оффшорных схем по ценам, отличающимся от мировых на 30-54%. Здесь нужно напомнить, что в I полугодии 2009 г. по сравнению с тем же периодом прошлого года таможенные сборы в России снизились на 39,3%, однако незаконные экспортные схемы по-прежнему действуют (данные о динамике мировых рынков цветных металлов представлены в таблице 2).
При анализе дивидендной политики олигархических предприятий прослеживается еще одна закономерность: год от года на выплату дивидендов направлялась все большая часть чистой прибыли предприятий. Так, если на ОАО «Северсталь» доля начисленных дивидендов в 2005 г. составила 6,4% чистой прибыли, то в 2007 г. - уже 45,7%; на ОАО «ЗСМК» (Evraz Group S.A.) эти показатели составили соответственно 81,7% и 90,0%, а на ОАО «ОЭМК» («Металлоинвест») - соответственно 10,0% и 100,0%. Однако предприимчивее всех оказался контролирующий собственник ОАО «РУСАЛ Красноярск» Олег Дерипаска. 31 декабря 2008 г. единственный акционер Красноярского алюминиевого завода, ОАО «РУСАЛ» (где главой управляющей компании «RUSAL Global Management B.V.» также является Олег Дерипаска), принял решение о выплате дивидендов по итогам 9 месяцев 2008 г. в размере 8 955 805,0 тыс. руб. В то же время чистая прибыль завода по итогам 2008 г. была на 260 838,0 тыс. руб. меньше начисленных дивидендов. Таким образом, дивиденды составили 103,0% чистой прибыли предприятия за 2008 г. Недостающая часть была покрыта за счет исчерпания резервного капитала предприятия.
Рассматривая дивидендную политику российских олигархов в 2008 г., можно обнаружить интересную особенность - практически все крупнейшие 10 предприятий страны объявили о дивидендах по итогам либо шести, либо девяти месяцев 2008 г. Причем собрания акционеров (как правило, внеочередные) проходили в сентябре-октябре 2008 г., то есть когда было ясно, что кризис либо неминуем, либо он уже начался. При этом три предприятия Олега Дерипаски - ОАО «РУСАЛ Красноярск», ОАО «РУСАЛ Братск» и ОАО «РУСАЛ Новокузнецк» - в 2005-2007 гг. о дивидендах не вспоминали вовсе, а по итогам 9 месяцев 2008 г. суммарно начислили 13,8 млрд. рублей. Это значит лишь одно: перед кризисом UC Rusal и его главный бенефициар Олег Дерипаска осознанно оставили свои предприятия без оборотных средств, необходимых для своевременного выполнения производственных, финансовых и социальных обязательств.
Впрочем, обвинять Олега Дерипаску во всех экономических «грехах» было бы не совсем справедливым. Еще более «ответственно» и «патриотично» по сравнению с UC Rusal поступили в ОАО «Карельский окатыш» (дочерняя структура ОАО «Северсталь»). 13 ноября 2009 г. собственник ОАО «Карельский окатыш» принял решение о единовременном, сразу за несколько предыдущих лет, начислении 20,5 млрд. руб. дивидендов, хотя чистая прибыль «Окатыша» по итогам 2008 г. была в два раза меньше - 10,1 млрд. руб.
Под стать «Окатышу» поступили и на ОАО «НЛМК». 19 сентября 2008 г. там постановили начислить дивиденды по итогам 6 месяцев 2008 г. в размере почти 12,0 млрд. руб. И очень вовремя: ведь уже в IV квартале 2008 г. ОАО «НЛМК» получило непокрытый убыток в 3,3 млрд. руб.
В данном докладе речь идет лишь о нескольких олигархических предприятиях. Однако, судя по тенденции, в начале кризиса абсолютное большинство российских компаний, принадлежащих «патриотически» настроенным олигархам, осталось без оборотных средств. По всей вероятности, именно преднамеренное изъятие из финансового оборота реального сектора экономики в совокупности сотен миллиардов рублей стало одной из причин того тяжелого финансово-экономического положения, в котором оказалась российская промышленность. Положения, которое, по мысли олигархов, должно исправлять государство.

III. Кредитная история

Как уже отмечалось, дивиденды, полученные российскими олигархами, частично возвращались в российскую экономику в форме иностранных инвестиций, однако приток таких инвестиций был на порядок меньше объема финансовых ресурсов, выведенных в оффшоры. Одним из немногих исключений является валютный займ, предоставленный в 2007 г. ОАО «Распадская» (Evraz Group S.A.) ирландской фирмой Raspadskaya Securities Ltd. в сумме 300 млн. долл. (несмотря на очевидные совпадения в названиях, ирландская компания не является ни аффилированным лицом, ни дочерним или зависимым обществом ОАО «Распадская»).
В настоящее время практически вся задолженность ОАО «Распадская» по кредитам и займам (99,2%) приходится именно на этот займ. Валютная ссуда, полученная на 5 лет, в рублевом эквиваленте по состоянию на 31 марта 2009 г. составляла почти 10,5 млрд. рублей. Из данных таблицы 3, характеризующих в том числе финансово-хозяйственные показатели «Распадской», видно, что вплоть до срока погашения (май 2012 г.) 4,1 тыс. работников одного из крупнейших угольных предприятий страны будут работать исключительно на возврат этих средств. Если только истинные хозяева ирландской фирмы не пролонгируют договор.
Обратимся к структуре задолженности по кредитам и займам некоторых олигархических предприятий. По состоянию на 31 марта 2009 г. суммарная задолженность по кредитам и займам трех представленных в таблице 3 предприятий Evraz Group S.A. (ОАО «НТМК», ОАО «ЗСМК» и ОАО «Распадская», публичные данные по ОАО «НКМК» в этой части отсутствуют) составляла 54,4 млрд. руб., в том числе задолженность со сроком погашения до 1 года - 35,9 млрд. руб. Однако стоит напомнить общую сумму дивидендов Evraz Group S.A., полученных от этих предприятий в 2005-2008 гг.: 109,6 млрд. рублей. Эти дивиденды в 2,0 раза превышают суммарную задолженность и в 3,1 раза - краткосрочную. По итогам I квартала 2009 г. все три означенных предприятия убыточны, и шансы расплатиться по кредитным обязательствам у них минимальны.
Еще более удручающая ситуация складывается в холдинге «Металлоинвест». На 31 марта 2009 г. суммарная задолженность по кредитам и займам достигла у предприятий холдинга 185,5 млрд. руб., при этом в течение года нужно погасить почти 49,0 млрд. руб.
Очевидно, что госгарантий в 29 млрд. рублей, заявку на получение которых не так давно подал холдинг, хватит для решения чуть более половины всех краткосрочных кредитных проблем, в основном со Сбербанком России. По итогам I квартала 2009 г. все предприятия «Металлоинвеста» также были убыточны.
Близко к катастрофическому и положение ОАО «Мечел». Совокупная задолженность холдинга по займам и кредитам на 31 марта 2009 г. составила 87,1 млрд. руб., а к возврату в течение года нужно приготовить 70,9 млрд. руб. Таких средств у убыточного по итогам I квартала 2009 г. ОАО «Мечел» в течение года, скорее всего, не будет.
Никита Кричевский,
доктор экономических наук, профессор.
(Продолжение в следующем номере)

Никита Александрович Кричевский родился 13 декабря 1968 г. в г. Москве. В 1992 г. окончил Государственную академию управления им. С. Орджоникидзе по специальности «Организация управления производством в машиностроительной промышленности». В 1996-2003 гг. занимал ведущие должности в банковских и коммерческих организациях, совмещая менеджмент с научной и преподавательской работой. Доктор экономических наук, профессор Российского государственного социального университета. С 2008 г. – научный руководитель Института национальной стратегии.
Никита Кричевский принимал участие в разработке ряда законопроектов в Государственной думе Федерального собрания РФ, в консультировании органов законодательной и исполнительной власти нескольких российских регионов, в выполнении научно-исследовательских работ и грантов для российских и зарубежных государственных, общественных и коммерческих организаций. Он автор учебника «Социальное страхование» (2007 г.), учебного пособия «Страхование инвестиций» (2005 г.), нескольких монографий, более 200 научных и публицистических статей.