На дачах, расположенных у Комсомольска-на-Амуре, творится беспредел грабителей. Они воруют урожай, снимают с крыш металл, среди бела дня взламывают домики и тащат бочки, кастрюли, нехитрый инвентарь огородников. Пенсионер Я.А. Гирчак, доведенный «металлистами» до предела, стал невольным убийцей любителя чужого добра.

А дело было так. Ярослав Алексеевич, как обычно, пришел проверить свою дачу. Впрочем, какая там дача! Хибарка, сколоченная из бросовых досок, старых шпал и покрытая листами железа. Еще есть что-то вроде сараюшки, где 65-летний пенсионер хранит всякий садовый инструмент: тяпки, грабли, мешки. Эту сараюшку он тоже сам соорудил. Каждую дощечку, считай, где-то нашел, привез на участок, в дело пустил.

Еще каких-то лет десять назад на помойках Комсомольска-на-Амуре валялись и старые диваны, и столы, и холодильники, которые Ярослав Алексеевич особенно уважал: их дверцы и стенки шли на «облицовку» садового домика.

Но именно эти дверцы, а также другой металл, притягивали к участку Гирчака всякий сброд. «Металлисты» уносили все, что могли, и с соседских дач.

Ярослав Алексеевич даже зимой навещал свой участок регулярно. Причем он принципиально не ездит сюда на автобусе. Считает, что прогулка по свежему воздуху - одно удовольствие. А от его дома до дачи, между прочим, путь неблизкий - часа полтора. Но ничего, Гирчак привык. Да и как залезешь в автобус с тележкой, полной, допустим, картофельных очистков? Из них Ярослав Алексеевич делает компост.

В общем, пришел он в тот злополучный день на свой участок и сразу заметил следы вокруг изгороди. Значит, кто-то из бичей опять высматривал, чем тут можно поживиться.

После обеда к даче подошли какие-то незнакомые мужчины. Гирчак крикнул им: «Чего вы тут ищете? Уходите подобру-поздорову!»

Незнакомцы что-то буркнули в ответ, но ретировались. А спустя некоторое время Ярослав Алексеевич, копаясь в своей сараюшке, услышал, как кто-то отдирает с нее лист железа. Недолго думая, он схватил топор и выскочил наружу.

- Я увидел, как мужик, на вид лет пятидесяти, пытается снять лист железа, рядом с ним - другой, помоложе, а на насыпи, что рядом с дачей, стоит женщина, так сказать, на «вассере», - рассказывает Ярослав Алексеевич. - Видимо, они решили, что я ушел домой, и потому заявились снова. Было три часа дня. Я закричал на них, но они особенно не испугались: в руках старшего мелькнул нож, другой держал металлический прут...

Все дальнейшее, по словам пенсионера, случилось как в дурном сне. Он замахал топором, крикнул: «К стенке!» Старший грабитель, усмехаясь, поигрывал ножом. И тогда Гирчак, сделав обманное движение топором, сумел выхватить этот нож и... всадил его в грудь нападавшему. Мужчина упал, а его подельник бросил прут и убежал. Вместе с ним скрылась и женщина, стоявшая на «стреме».

- У меня все помутилось в голове, - продолжает свой рассказ Гирчак. - Я вынул нож из тела лежащего мужчины и бросился с дачи вон. Меня всего трясло. Проходил мимо вагонов, стоящих на путях, и зачем-то сунул нож между буферов, что ли... Не помня себя, пришел домой. Лиде, жене своей, ничего не сказал. Почему-то думал, что все обойдется: бичи, они ведь живучие. Но не обошлось. Вскоре за мной пришли из милиции.

Он оставил на столе записку жене: «Лида, я на Мира, 15». Это адрес местной «кутузки».

Лидии Николаевне, когда прочитала записку, стало плохо. Она бывшая учительница начальных классов, и нервы у нее ни к черту. Но как бы то ни было, очухавшись, поехала в милицию. Там и узнала, что произошло на даче.

Ярослава Алексеевича, однако, продержали под арестом недолго, вскоре выпустили. По мнению прокурора Комсомольска-на-Амуре В. Пахомова, пожилой дачник особой опасности для окружающих не представлял, поэтому его отпустили под подписку о невыезде. Но следователь прокуратуры сказал Лидии Николаевне: «Наверняка вы расстанетесь с мужем надолго...»

У него свой взгляд на этот особый случай. Следователь считает, что убийство грабителя было преднамеренным. Версия выстраивается такая: пенсионер специально сидел в засаде и нож воткнул погибшему расчетливо - прямо в сердце, и важную улику неспроста уничтожил...

- Но почему следствие не приняло во внимание даже тот факт, что грабители были вооружены? - недоумевает Лидия Николаевна. - Мы говорили следователю, что на участке остался тот самый железный прут. На это заявление - ноль внимания. Этот прут, между прочим, мы завернули в газету и принесли домой...

Наивные и бесхитростные люди, они с надеждой смотрели мне в глаза: вот, мол, журналист найдет ответ на этот вопрос. И еще они никак не могли понять, почему закон невольно защищает грабителя, позарившегося на чужую собственность? И разве можно считать убийцей садовода, который, обороняясь, положил насмерть нападавшего?

На эти и другие вопросы ответ журналист дать не может, он излагает только одну из версий случившегося. Все решит суд. А народ, разводящий сады-огороды по соседству с Гирчаками, уже сейчас вынес свое решение: правильно, мол, сделал, что прибил хоть одного лихоимца, житья от них нет никакого.

С кем бы из садоводов не говорил, оказывалось: все страдают от набегов бичей и прочего отребья. У них в районе ДОК-4 даже есть что-то вроде базы: живут тут в полуразвалившейся хибарке, жгут костры, чтобы выплавить цветные металлы из срезанных кабелей и проводов. И, главное, милиция об этом знает, но, похоже, справиться с «металлистами» не в силах.

Осенью мелкий криминальный люд занимается воровством картошки и овощей. Одну бабку, охранявшую свой огород, не постеснялись даже связать, чтоб не мешала им. Других стариков некий наглый бомж даже пытался на «оброк» поставить: «Я как-то кормиться должен. Много не возьму: только то, что сами дадите...»

А для тех же Гирчаков огород - это существенное подспорье. В прошлом году они, например, накопали 141 ведро картошки. Все соленья-варенья в их доме тоже с дачи. Не ожидая милостей от государства, Лидия Николаевна иногда выходит торговать зеленью, свежими огурчиками и перчиками. Она почему-то стесняется этого занятия и все пускает по самой низкой цене. Чтобы поскорее продать свои пучки-кучки и уйти домой. А то еще бывшие ученики увидят, чем на старости лет занимается их учительница...

Соседи по дому и по даче написали в прокуратуру письма, многочисленными подписями скрепив свое мнение: Ярослав Алексеевич - нормальный, хозяйственный человек. И он не виноват, что дачи становятся настоящей зоной бедствия. В газете «Дальневосточный Комсомольск» даже появилась публикация под таким мрачным заголовком: «Безысходность зреет в сердцах садоводов».

Вот что, например, рассказывает председатель садоводческого товарищества «Магистраль» Лидия Овчинникова: «Когда у нас начались кражи, я обратилась к участковому. Он мне ответил: «У нас нет бензина, мы не поедем!» На этом все закончилось. Хотя мы на совещании у начальника УВД города говорили, чтобы дали нам на Гайтер лишь одну машину. Мы даже бензин дали бы свой. Вроде бы начальник УВД согласился, но бензин милиционеры у нас не брали и участковый не приходил. А что в результате? С пяти километров нашей электролинии сняли все провода. Предъявить претензии некому. А если говорить о том, как мы свои дачи обихаживали, где и на какие деньги все закупали, то расплачется каждый пенсионер, получающий 300-400 рублей. Нам никто рублем не помог. А сейчас унесли все что можно, и остались нам слезы, муки... Я не верю в то, что нельзя навести порядок. Просто бросили людей, и все».

Комсомольская милиция, в свою очередь, утверждает, что неоднократно предлагала дачникам нанять профессионалов из отдела вневедомственной охраны. Но как только председатели садоводческих товариществ поглядят на расценки, так сразу и уходят. Все-таки это недешево: платить каждый месяц около четырех тысяч рублей. А милиция, как ни крути, не может полностью перепрофилироваться на дачи и оголить город. Рейды она вроде бы старается проводить регулярно, задерживает ворюг, возбуждает уголовные дела. Но, однако, все это кардинально ситуацию не меняет.

Комсомольские садоводы показали мне постановление главы Комсомольска-на-Амуре В. Михалева с примерным перечнем предметов бытового назначения, скупку которых разрешается производить за наличный расчет. В нем значатся бидоны, кастрюли, керосинки, кровати, кухонная и прочая домашняя утварь - все это, как правило, садоводы свозят на свои дачи. Теперь вроде как положено записывать паспортные и прочие данные сдатчика, а в некоторых случаях требуется подтверждение права собственности на лом черных и цветных металлов. Но нелегальные пункты для того и существуют, чтоб обходить даже самые распрекрасные постановления властей.

Каких-то несколько лет назад комсомольские дачники сами вывозили металл, брошенный на участках, а деньги перечисляли на расчетные счета своих товариществ, и в мыслях ни у кого не было грабить друг друга. А теперь «металлисты» всех уже просто достали! Между прочим, инспектор линейного ОВД станции Комсомольск О. Паньков предложил свой способ одолеть мародеров. Он считает, что достаточно выставить пост у каждого приемного пункта цветмета и ужесточить контроль.

Пенсионер Гирчак, однако, не верит, что от этого будет какой-то толк. Он обзавелся овчаркой по кличке Гриф и совсем переселился на дачу. Сам охраняет свой участок дни и ночи. А если бы было ружье, то взял бы его в руки. И в Комсомольске-на-Амуре не только он один такой...

Николай СЕМЧЕНКО.