Скандальная история с «приватизацией» колонии строгого режима в Комсомольске-на-Амуре, похоже, близка к завершению. 26 апреля арбитражный суд Хабаровского края кардинально пересмотрел свои же решения, принимаемые с 1996 года по делу № А73-3068/18.

Напомним вкратце суть конфликта, который некогда вовлек в свою орбиту краевое управление исполнения наказаний (УИН), краевой же комитет по управлению госимуществом и Комсомольский домостроительный комбинат. Яблоком раздора стала колония №11, а точнее, недвижимость, используемая ею: общежитие для зеков, штрафной изолятор, комната обыска, гараж, хозблок и прочая инфраструктура. Испокон веку (с 1968 года) все это хозяйство принадлежало государству, как, собственно, и сам комплекс домостроительного комбината, на базе которого существовала «зона».

Это было хитроумное изобретение советского режима: заключенные отбывали срок на территории как бы гражданского объекта, здесь жили, трудились, принося пользу обществу. Кто-то подсчитал, что из железобетонных блоков, сработанных руками госкрепостных, построена чуть ли не половина города.

Такой симбиоз устраивал и гулаговское начальство, и местные власти, и руководителей комбината. Все изменилось в новой России.

В 1990 году, вполне отвечая духу времени, коллектив КДСК (не зеки) решил взять свое предприятие в аренду с последующим выкупом, а весной 1993 года этот выкуп состоялся при деятельном участии краевого комитета по управлению государственным имуществом. В приватизационный перечень попали и спецобъекты за колючей проволокой, арендуемые колонией.

Администрация ИК-11 и руководство УИН в Хабаровске, по их словам, узнали о сделке только через... три года и тогда же забили тревогу. Дело в том, что у них были свои виды на «колониальное» имущество: его планировалось задействовать во благо больных зеков. Решение о преобразовании ИК-11 в краевую лечебницу для осужденных принял еще в 1996 году профильный главк МВД.

Начались долгие судебные разбирательства, в результате которых истцы - ИК-11, а потом краевое управление исполнения наказаний - терпели одно поражение за другим. Но не сдавались, взывая то к разуму судей, то к милосердию. Закон же, если верить арбитрам в мантиях, был в те времена на стороне коллектива ОАО «Комсомольский домостроительный комбинат».

Суть всех выносимых решений: приватизация осуществлена «в строгом соответствии». Аргументы истца, типа «запрещается приватизировать имущество органов внутренних дел!», разбивались железным доводом: дескать, оспариваемые объекты никогда не принадлежали ИК-11, а лишь предоставлялись ей комбинатом в аренду, о чем, кстати, свидетельствуют ежегодно подписываемые договоры...

Весной 2000 года с иском к ОАО «КДСК» и краевому КУГИ обратилось в крайарбитраж Главное управление исполнения наказаний Мин-юста РФ. Однако и москвичей поначалу ждал полный отлуп. Коллегия судей в составе В. Бровкина, Г. Борисова и С. Манник вынесла единственно правильное, на их взгляд, решение: «Отказать!». С чем чуть позже согласится и апелляционная инстанция.

Но только не Федеральный арбитражный суд Дальневосточного округа, куда высокий истец направил кассационную жалобу. Там аргументы проигравшей стороны будут наконец-то восприняты и правильно поняты. Дело отправят в краевой арбитраж для рассмотрения новым составом суда.

И тот не подкачал! 26 апреля с.г. судьи Н. Меркулова, А. Михайлова и К. Лусан, отменяя все предыдущие решения своих коллег, вынесли вердикт в пользу Главного управления исполнения наказаний, а значит в пользу колонии №11. Сделка приватизации КДСК в части имущества, используемого колонией, признана недействительной. Комбинату предписано возвратить его в федеральную собственность, а КУГИ должно вернуть акционерному обществу... 2338 руб. 40 коп. компенсации (столько, оказывается, стоит спорное «колониальное» добро). В свою очередь с АО будет взыскана в доход госбюджета пошлина в размере 2087 руб. 75 коп.

После всех расчетов у комсомольских домостроителей останется на руках аж 250 руб. 60 коп. Вот она - цена приватизации!

Но согласятся ли с таким раскладом ответчики? По закону им дается месяц на обжалование судебного решения.

Сергей АКУЛИЧ.