Вы, наверно, уже забыли о петушке, который, как уверял наш читатель Л. Бондаренко, сидел на спице купола ресторана «Русь» (перекресток улиц Муравьева-Амурского и Комсомольской в Хабаровске), а потом вдруг исчез с нее?

Помните, мы тогда занялись этой историей, побывали на месте, поговорили с нынешними хозяевами «Руси», а те нам совершенно категорично ответили, что никуда не девался петух, поскольку в их бытность его вообще не было на крыше здания.

Пришлось вникать в историю: благо здание сие - памятник архитектуры и вошло в разные исследования и монографии как доходный дом Такеучи.

Давайте снова обратимся к книге «Старый Хабаровск» Николая Крадина и посмотрим на доходный дом Такеучи глазами архитектора. Мы увидим, что это двухэтажное кирпичное здание, с оштукатуренными стенами, Г-образной формы. «Своими крыльями оно «втиснуто» в угол квартала. Различные по архитектурной трактовке крылья фасадов имеют характерную для модерна асимметричную композицию. Простенки окон на первом этаже отмечены крупным рустом, а на втором этаже окна обрамлены рамочными наличниками с низко опущенными «юбками». Центром композиции и акцентом всего дома является цилиндрической формы эркер, увенчанный куполом. Возвышаясь над аттиком своим завершением, эркер служит своеобразной композиционной осью всего дома и держит в равновесии оба несимметрических фасада. Нижняя часть эркера (на уровне второго этажа дома) прорезана тремя окнами, а в верхней части над окнами размещены три одинаковые декоративные вставки с изображением монограммы Такеучи. В композиции, состоящей из крупной буквы «Т», круга с листьями и звездочками внутри него, присутствуют и элементы, характерные для японских иероглифов».

Столь подробная характеристика внешнего вида «Руси», честно говоря, нам понадобилась для того, чтобы все мы, во-первых, «грамотнее» относились к восприятию архитектуры, а во-вторых, чтобы понять, что нашему с вами петушку в первоначальном замысле здания уж совершенно точно не отводилось никакого места. Кстати, на фотографии «Руси» 1912 года отчетливо видно, что на башенном шпиле развевается российский трехцветный флаг.

Звонки в редакцию начались, как говорится, по горячим следам. Бывшая наша машинистка, давно вышедшая на пенсию, Зинаида Виссарионовна Макарова откликнулась первой. И стала горячо уверять, что петушок сидел на спице, и очень долгие годы.

А потом был звонок Лидии Петровны Кулешовой. Долгие годы она работала в агентстве «Аэрофлота», что на Амурском бульваре. Добираться до службы приходилось автобусом, ехать мимо здания ресторана «Русь» (перебывавшего и «Лотосом», и просто столовой без названия). «И всякий раз я специально выглядывала в окно, - сообщила Лидия Петровна, - чтобы полюбоваться петушком, свериться, с какой стороны сегодня дует ветер. Поскольку петушок - это флюгер. Неподалеку на здании Дворца пионеров тоже были на крыше декоративные флюгеры, но, бесспорно, они уступали в красоте ресторанному. Думаю, не мне одной его не хватает сейчас».

Из писем, пришедших в редакцию по этому поводу, больше всего обращало на себя внимание письмо М.Т. Андреевой (к сожалению, полного имени, отчества не указано). Она отсылала автора заметки к изданию, где есть серия цветных фотографий «Облик старого Хабаровска» и где на одной из них петушок виден вполне отчетливо. Появился он, предполагала наша корреспондентка, в конце 80-х или начале 90-х годов, когда был обновлен купол. «Можете сравнить форму купола на фотографиях в других книгах, посвященных Хабаровску советского времени. Например, в книге «Хабаровск» (Е. Кисин и Р.Г. Расторгуев, Хабаровское книжное издательство, 1983 г.) на странице 34 купол ресторана не так декоративен, как теперешний, и не только без петушка, но и без спицы вообще. Значит, все-таки петушок был, и даже очень хорош. Жаль, что его то ли ветром куда-то сдуло, то ли в лом цветных металлов украли».

Но основной интерес М.Т. Андреевой заключен даже не в этом. «Кто был автором нового купола и «улетевшего» петушка? - спрашивает она. - Не я одна была бы вам благодарна за публикацию на эту тему».

Последние сомнения исчезли после прихода в редакцию часового мастера Василия Гомзянова, который оказался страстным поклонником старого Хабаровска, любителем-краеведом, да к тому же и отменным фотографом. «Вот, - выложил он на стол фотографию ресторана «Русь». - Снимал в 1996 году, видите, на обороте указания на сей счет имеются». (Снимок В. Гомзянова перед вами. - Ред.) Но когда же тогда «улетел» петушок и почему, как отмечают самые внимательные читатели, претерпел существенные изменения купол здания?

Многочисленные звонки и расспросы в конце концов привели нас к Александру Леонидовичу Алтухову, автору проекта реставрации здания «Русь» из фирмы «Архипелаг».

- Первоначально никакого петуха на доме Такеучи не было, - подтвердил и Александр Леонидович. - Был довольно высокий флагшток. Купол был также немного другой формы, гораздо пропорциональней и, естественно, в стиле всего здания - в стиле модерн.

У меня собран фотоархив этого дома, его история, начиная с возведения фундаментов, отделки, сдачи. На них хорошо видно, как купол с годами гнил, «приседал», ведь был он деревянный, крытый черным железом и покрашенный. Как его ни подпирали-подправляли, но к шестидесятым годам он потерял совершенно свою форму. Исчез даже деревянный шпиль с деревянным набалдашником, на котором прикреплялись флаги, - сначала российский, потом Дальневосточной республики, потом СССР...

Переделку купола власти поручили художественным мастерским. Там подошли к заказу серьезно: купол сделали из листовой бронзы, по технологии, качественно, профессионально, словом, с гарантией не менее ста лет. Однако в ту пору понятия охраны памятников, реставрации не существовало, оно появилось только десять лет назад. Поэтому никаких исследований, старых фотографий здания никто не изучал. Художники на свой вкус нарисовали купол, а для красоты еще сделали завитки (хоть это совершенно не в стиле дома), кружева, гребешки. Вполне вероятно, что в то же время появился и петух на крыше.

Словом, когда мы шесть лет назад приступили к реставрации здания, то, по сути, оно было брошено всеми. Три года мы не занимались ничем другим, как укрепляли здание изнутри, варили его металлом. Сейчас металла в нем - много-много тонн. Менялись перекрытия, балки, прокладывались стены, чтобы они не вывалились наружу. Хомуты для стяжки порой достигали 30 метров длины.

Наверное, петушок пропал именно в те годы, когда здание стояло бесхозным: крыша протекала, отопление не работало, стекла побиты. Но беды в этом я никакой не вижу: пропал и пропал. Даже если его снял кто-то из прежних арендаторов. Это была не самая большая утрата.

А вот когда мы, наконец, принялись за непосредственную реставрацию, то оказалось, что у дома пропала часть деталей, которые были видны на старых фотографиях. Скажем, заполнение окон, дверей было раньше другое, резных деревянных колонок не сохранилось совсем, как и гирлянд из бетона, которые нам пришлось отливать в Петербурге... Собирались, естественно, заменить и купол. Но он настолько качественно и хорошо сделан, что мы просто пожалели деньги и тяжелый труд. Решили ограничиться тем, что срежем с него завитки, поменяем шпиль, чтобы он был снова под флаг, и на этом пока остановимся. Но все упирается в деньги. Пока охрана памятников их не найдет, ясно, что работы не начнутся.

Мы списывались с потомками Такеучи, живущими в Японии. Они прислали нам много старых фотографий. Есть на них и члены семьи в интерьерах дома, из чего видно, что внутри, кроме лепных розеток и арочных проемов, ничего не осталось от прежних времен, все переделано, перестроено, и не на раз.

Под конец беседы А.Л. Алтухов припас и пикантную деталь. Такеучи, как известно, построил дом за год, ведь церковь дала ему этот участок в аренду всего на десять лет, и каждый день у него был на счету. Вероятно, Такеучи нанял большое число людей на стройку, поставил их цепочкой на кладку стен, и каждый на своем участке «гнал» дом вверх. Когда реставраторы стали отчищать штукатурку, оказалось, что кое-где между этими столбиками нет даже перевязки. А если в цоколе кирпич еще нормальный, обожженный, то выше - уже сырец. Потому стены и стали сыпаться.

...Как ни печально сознавать, но доходный дом Такеучи сто лет вряд ли простоит...

Поисками занималась

Нина РИМШИНА.