Каждый сентябрь начинается на Амуре эта лихорадка, называемая путиной. Жужжат лодочные моторы, раздаются над акваторией рыбацкие голоса.

Счастливчики, купившие лицензию, а их из шестисоттысячного населения краевого центра и Хабаровского района всего 360 человек (!), процеживают сетями воду в надежде на удачу.

«Гонцы» кеты на восемнадцатый день добрались-таки до хабаровских тоней из Амурского лимана. На этот раз их пришло больше, чем в прошлом году. Не оправдался прогноз Хабаровского ТИНРО-центра: лосось нынче идет вверх по реке полновесными «волнами».

«Где можно купить лицензию?» - такие вопросы задает сегодня народ инспекторам, с тоской и завистью бросая взгляды на тех, кому повезло их приобрести. На что люди в форме вежливо отвечают, что надо было раньше думать. А на раздумье-то давалось всего три дня. К примеру, Хабаровская инспекция рыбоохраны реализовывала их с 9 по 11 сентября в порядке живой очереди.

Где можно было узнать об этом знаменательном событии рыбацкому племени?

На этот счет Николай Шкуропадский, начальник отдела регулирования рыболовства и контроля за промыслом ФГУ «Амуррыбвод», говорит, что любители спортивного рыболовства сами знают, когда и куда им обращаться. И, вообще, они должны быть рады тому, что вместо пяти тонн лимита сверху накинули еще две тонны, а количество лицензий увеличили с 260 до 360 штук.

Так кто же успел купить индивидуальные лицензии в нынешнюю путину?

На этот вопрос в «Амуррыбводе» отвечают, что у покупателей здесь о социальном положении спрашивать не принято. Платили бы только деньги. В основном достались они людям не бедным. Удовольствие это дорогое, один выход на реку на лодке с мотором и снастями обходится в копеечку. Доступны ли они маломощным пенсионерам и инвалидам? На это я услышал от охранителей рыбных стад, что этот спорт не для них, да и передавать с некоторых пор заветную квоту из рук в руки запрещается.

Смогут ли в нынешнюю фартовую путину попробовать свежую рыбку ветераны войны и труда, поинтересовался я уже у председателя краевого совета ветеранов Михаила Житникова. На что услышал, что он уже десять лет ходит за «деликатесным продуктом» на рынок сам, хотя если бы 102 тысячам пенсионеров среди которых любителей хватает, дали возможность раз в год забросить сеть в воду, то от желающих отбоя бы не было.

А как сегодня распределяются лимиты в приамурских селах, где народ живет у реки?

В Троицком, несмотря на рунный ход рыбы, пожилым людям удалось выбить всего 12 льготных лицензий. Здесь за восемь рыбин со стариков затребовали 130 рублей, хотя в прошлом году рыбалка для них была бесплатная. В Богородском их дали больше, но у ветеранов свои претензии к погоде и неудобным «проловным» дням. Так что из-за разгулявшейся стихии рыбье стадо прошло мимо их снастей. В Елабуге, по словам главы администрации села Елены Залата, жители уже два года не выходят на Амур - лицензии вообще не достать, а жителей Малышево от лососевой рыбалки отвадили так давно, что они забыли, как лицензии выглядят.

Можно ли как-нибудь помочь селянам с рыбой, поинтересовался я у Николая Шкуропадского. И услышал: закон для всех одинаков. Что есть специально отведенные для ловли места, дескать, захотели бы в той же Елабуге закинуть сети, нашли бы время приехать в Хабаровск на улицу Тихоокеанскую, 164«а», где с 10 до 17 часов шла продажа лицензий. А если не приехали - их проблемы. Вот и весь сказ.

Странная, однако, забота о людях, которые живут вдалеке от отдела по регулированию рыболовства и лишены элементарной информации о предстоящей продаже лицензий.

Однако лично мне непонятно: почему выписано 360, а не в три-четыре раза больше лицензий? Понятно одно: живущие на берегах реки все равно будут ловить лосося, даже нарушая закон. Кто-то из браконьеров попадется рыбоохране, заплатит штраф. А кто знает, сколько жителей амурских сел, минуя заслоны и блок-посты, все же обеспечат свою семью икрой и рыбой на зиму да еще и на продажу ее добудут. А если бы все они могли купить лицензию? Могли бы спокойно, на законных основаниях выйти на тони, да и рыбоохрана получила бы не жалкие гроши от продажи 360 лицензий, а солидные средства. И - главное - промысел был бы под контролем.

Известно еще, что с приходом очередной путины какая-то часть от рыбного пирога (всего 70 тонн нынче спущено на лицензионный лов) перепадает воинским частям, артелям, пограничникам, службам МЧС, пожарникам и прочим далеко не бедным организациям. Когда же я захотел посмотреть их полный список, а также списки прошлых лет, узнать о лимитах, им выделяемых, о конкурсах, то мне сказали буквально следующее: «Да зачем вам это знать? Зачем злить людей?..»

А мой хороший знакомый Сергей Снесарь, который прежде, чем стать главным экологом Хабаровского района, лет двадцать охранял Амур от браконьеров, ситуацию оценил своеобразно. Он предлагает всем рыбакам (и браконьерам тоже) без указания имен и фамилий честно назвать количество пойманной рыбы за сезон. Зачем это надо? Чтобы опеределить истинные масштабы вылова лососей на водоемах (с лицензиями и без них). Тогда и будет ясна картина, тогда и можно будет оценить точность рыбной науки, которая дает необъективные прогнозы.

А еще пришлось услышать на тони мнение, что цивилизованных правил лицензионной рыбалки на Амуре и близко у нас нет. Сегодня идет самая настоящая охота за кетой. Что население края намеренно превращают в браконьеров вместо того, чтобы дать людям возможность, заплатив за лицензию, заняться исконным промыслом. «Черный рынок» красной рыбы и икры порождается как раз неразумными запретами.

Александр САВЧЕНКО.