«Давайте сразу договоримся, что имена авторов названы не будут. Этого требуют врачебная этика и человеческий такт», - сказала Галина Туркова, главный врач Хабаровской городской клинической больницы имени профессора Галанта. Больницы, которая называется у горожан коротко и просто - «психушка на Кубяка».

Картины, стоящие вдоль стен кабинета главврача, вызывают невольный и особый интерес. Эти работы - дар пациентов, прошедших или проходящих курс лечения. Живопись. Графика. Пейзажи. Натюрморты. Вышивка. Поверьте, лучшие из них вполне могли бы занять достойное место на художественной выставке. Например, своим чувством взгляд притягивает вот эта - «Весна пришла». Рука мастера. Белое пространство с нежными, неуловимыми полутенями веток, которые обозначены розовым всплеском набухающих почек. Еще снег, но уже по-весеннему тепло. И под сугробами пробивается поток талой воды...

Два других холста, тоже написанные другим автором, передают совсем другое состояние, состояние глубокой депрессии. На одном - изломанная женская фигура с искаженным, вероятно от боли, ликом. Ее левая рука заканчивается когтистой кистью вурдалака. Женщина изображена на дне скалистой пропасти, а скалы эти - застывшие человеческие фигуры... Преисподняя? На другом полотне чувство страха и беспомощности выражено изображением голого человека с панцирем черепахи на спине. Человеку не хватает этой «защиты», и он, сжавшись в комочек, прячется под огромную раковину. Пейзаж - осушенное морское дно с разбросанными ракушками, цветами - павлиньими перьями с человеческими глазами. На песке лежат ярко-красные губы - кем-то потерянная улыбка...

И, несомненно, не оставляет равнодушным один большой холст. Это копия картины «Пинель, освобождающий от цепей». (К сожалению, имя автора, скорее всего француза, мне неизвестно. Покопавшись в энциклопедии, я прочитал, что Филипп Пинель (1745-1826) был основоположником научной психиатрии, превративший места заключения умалишенных, сняв с больных кандалы и наручники, в лечебные заведения.) Копия точная и символичная. Точная, потому что кисть профессиональна. Художник, досконально повторив сюжет черно-белой картинки из учебника по психиатрии известного русского врача С. Корсакова со сложной многофигурной композицией, внес свое цветовое видение обстановки. Символична, потому что, изобразив людей в старинных костюмах - врачей, пациентов, кузнецов, посетителей, он написал им лица лечивших его хабаровских медиков. А в одном из персонажей изобразил себя. Это полотно производит сильное впечатление.

Об исцеляющем влиянии искусства и творчества на людские души говорится давно. Арт-терапия - так в психиатрии называется одно из направлений лечебного процесса. И когда я шел в больницу, прослышав о работах пациентов, то воображение рисовало мне такую картину: светлый кабинет, где за столами и мольбертами сидят люди в халатах, рисуют, пишут и напряжением своего творчества, умело направляемого врачами, освобождаются от душевного недуга. Размечтался!

Да, говорит Алексей Андреянов, заведующий отделением, в западной части России есть специалисты, занимающиеся арт-терапией. Они пишут научные работы, имеют необходимые условия. У нас в Хабаровске такой возможности нет, как нет и подготовленных в этой области психиатров. А работа эта тонкая, долгая, кропотливая. Алексей Александрович любуется маленьким графическим рисунком - старый засыхающий пень, из которого упрямо пробивается молодой побег: «Это символ преодоления болезни, избавления от алкогольной и наркотической зависимости. Правда, здорово?»

Известно, что вдохновение - это особое творческое состояние художника, работа его мысли и интуиции на запредельной для обыкновенного человека грани. Художник по-своему видит, понимает и изображает окружающее его или находящееся внутри него. Вдохновение - это возбуждение, требующее «входа» в сферу слияния с неведомыми мирами и, конечно, «выхода» из этого состояния. С картиной или без. Окрыленным или опустошенным.

Тонка и ранима творческая душа, глубоко переживающая и очень податливая нервным потрясениям. Художник - инструмент самого себя. У каждого творца свой строй и звучание. Но не у каждого есть силы перенастроить свои струны. Чюрленис, известный художник и симфонист, создавший полотна и циклы-сюиты, полные мистики и музыкальности, балансировал на грани душевного равновесия. И не он один. Разрушилось здоровье Врубеля, Ван Гога...

А тому, кто стимулирует творческое воображение с помощью зелья, грозит опасность застрять в неизведанном надолго, если не навсегда. Горька судьба художника Саврасова, пустившего свой талант по кабакам.

- Алексей Александрович, а может, все художники малость того? Кто больше, кто меньше? Абстракционисты, авангардисты...

Андреянов на шутку отвечает серьезно:

- Конечно, нет. Переход человека из нормального психического состояния в больное неуловим. Но то, что такой переход состоялся, мы определить можем. Существует комплекс критериев. Например, попросите двух человек выразить рисунком чувство, скажем, отчаяния. Один нарисует лицо, закрытое руками, слезы... Другой - чайник с исходящей стрелочкой, «от чая...». Первый воспринимает главное. Второй, наш потенциальный пациент, акцентирует свое внимание на невнятной ассоциации, не имеющей никакого отношения к сути задания.

- А если художник пытается пойти путем ассоциаций?

- Сознательно? Это его право.

...Только не подумайте, что больницу эту заселяли и заселяют сплошь одни художники! Сюда попадают по разным причинам люди из всех социальных групп. В наше время это неудивительно, как, увы, неудивительно и то, что наши умницы-врачи не имеют возможности применять в своей практике все существующие методы лечения заболевших. Такая уж у нас сумасшедшая экономика. Мои мысли о том, что выставка картин, созданных в процессе арт-терапии, представляла бы интерес не только для медиков (а такие выставки, знаю, проводятся), прервались вопросом какого-то серого человека на крыльце: «У вас не найдется немного денег? Я бы чаю купил...». Сразу вспомнилось: «Нарисуйте отчаяние».

Михаил СВЕРДЛОВ.