Подстаканник как вещица из домашнего обихода с виду, может, и обычный, хотя и из серебра, а вот резьба-подпись по комельку-донышку - историческая: ей скоро сто лет. В русском флоте, похоже, водились «левши» и по гравировке. «Командиру парохода «Нероновъ» Архипу Моисеевичу Богодайко на память о совместном плавании. Офицеры отряда миноносцев С. Невжниковъ, Д. Синявский, К. Павловъ, В. Анжу, п. Шутовъ, Э. Морозъ, Г. Седовъ».

Семейную реликвию деда передал на днях в дар музею Амурского пароходства внук Архипа Моисеевича - Владимир Богодайко. История с подстаканником не просто штришок судьбы прославленной семьи речников. Родоначальник династии А.М. Богодайко, к слову, пятерых сыновей-дубков поднял на дальневосточной земле. Четверо - Леонид, Павел, Илья и Петр, взрослея, равняясь на батьку, по-мужски безоглядно впрягались в амурскую «бечеву».

Серебряный подстаканник берегли три поколения семьи. Год назад Илья Архипович умер. Володя не забыл отцовских рассказов о деде, о его знакомстве с легендарным Георгием Седовым (имя знаменитого полярника позже носил один из хабаровских пароходов). Тогда, в 1904 году, Г. Седов был русским офицером, кому Архип Моисеевич, бороздя лиман Амура, раскрывал тайны лоции. Устье реки денно и нощно охраняли тогда и капитан транспортного буксира «Нероновъ» Богодайко, и миноносный отряд военных моряков, где командиром миноносца № 48 и служил поручик адмиралтейства Г. Седов - один из семи офицеров-подписантов. «Нероновъ» стал в ту пору как бы базой отряда. На Амуре было неспокойно, Россия сильно опасалась Японии. Они еще не сошлись в смертельном бою на Цусиме, флот противника мог в любой момент появиться и здесь, у русских берегов, в устье малоизведанной реки...

Признаться, впервые оказавшись в музее пароходства, хотя бывал тут не раз, как житель края, поразился обилию уникальных экспонатов, архивных документов, редких фотографий, ценных личных вещей речников, корабельных предметов и т.д. И это - «ведомственный» музей? Причем закрытый, не известный хабаровчанам, особенно молодым.

- Не обкрадываем ли мы себя? - спросил я у смотрителя музея Р.Л. Колосовой. - У вас ведь столько «закрытой» исторической да и прочей информации. Ее, поди, и в архиве не сыщешь...

Римма Лаврентьевна, в прошлом «кадровичка» пароходства, согласилась:

- Поверьте, это не все. Многое еще в запасниках...

Под музей речники приспособили актовый зал. Оформили его под «корабль», где есть якоря, впечатляющий штурвал и даже судовой натуральный колокол. Объемная картина с панорамой Хабаровска (говорят, есть на Амуре точка, откуда данный пейзаж смотрится один в один) вряд ли кого оставит равнодушным. В пароходстве, оказывается, есть и свой... гимн на слова дальневосточного поэта С. Смолякова, но вот знают ли о нем сами его работники? Сомневаюсь. Что уж говорить о тех, кто здесь никогда не бывал. Хотя отсюда до нашего знаменитого краеведческого музея пять минут ходьбы. В каком-то смысле они дополняют друг друга, особенно тем, что касается вопросов освоения Амура, жизни, работы тысяч речников. История эта драматическая, интересная и по-своему еще не законченная.

Пароходство в последнее десятилетие переживает сложные времена. Акционирование, раздел флота и передел собственности, «северный завоз», загранперевозки, строительство новых судов... Проблем много...

- А коллектив стареет, - не без грусти, прощаясь, заметила Р.Л. Колосова.

Но музей мог бы взять на себя духовную «ношу» - приобщить юных хабаровчан к романтической флотской службе. Но в музей-то не попасть...

Р.S. Как сообщили редакции, в Амурском пароходстве принято на днях решение открыть свой музей для широкого посещения. Причем на бесплатной основе. Заявки принимаются по телефону 39-87-07.

Что ж, лучше поздно, чем никогда...

Борис ФЕДОСЕНКО.