«Тихоокеанская звезда» получила эксклюзивный материал работника пресс-службы УВД края подполковника милиции и просто хорошего друга газеты Вадима Решетняка из Чеченской республики. Он с 12 апреля этого года служит там начальником временного пресс-центра МВД РФ по Северо-Кавказскому региону. То есть уже более месяца. Но только на днях сумел с оказией передать свой первый материал в Хабаровск. Уверены, что Вадим продолжает свои заметки о войне, и они обязательно станут достоянием наших читателей. Ну а пока его первые дорожные впечатления.

«Именная» телеграмма из Москвы о том, что мне предстоит командировка в Чечню, причем в роли начальника временного пресс-центра МВД по Северо-Кавказскому региону, пришла достаточно неожиданно. Но для нормального человека в погонах такой документ равносилен приказу, поэтому лишнего времени на раздумья тратить не пришлось.

* * *

Продолжающимся противостоянием «непримиримых» к федеральным силам пахнуло уже в родном аэропорту. Двое пассажиров с Кавказа, также намеревавшихся отбыть из краевого центра авиарейсом Хабаровск - Минеральные Воды, сдав свой багаж, на посадку почему-то не явились.

Вылет, естественно, на несколько часов пришлось отложить. Но никто не роптал - к дополнительной проверке сумок и чемоданов все отнеслись достаточно серьезно и с пониманием.

Но вот, наконец, мы отрываемся от бетонки. Мы, в общем-то, громко сказано, поскольку непосредственно в Чечню я направляюсь в гордом одиночестве. Вновь прокручиваю в голове, верный ли выбрал маршрут. Потому что бывалые люди предлагали целых три варианта, в том числе через Махачкалу или Ростов-на-Дону.

Последний, кстати, мне особенно не понравился. Из Ростова я должен был поездом добраться до Прохладного - это в Ставрополье, а переночевав, наутро сесть уже до чеченского Гудермеса на так называемый «подкидыш». Это своего рода короткая электричка, только в большинстве районов Чечни электричества по-прежнему практически нет, и несколько вагонов тащит тепловоз.

Как впоследствии выяснилось, ехать «подкидышем», в принципе, безопасно - во всяком случае, боевики его пока не трогали, поскольку в нем едут в основном местные жители, в том числе наверняка и их же родня. А вот на пути бронепоездов не раз ставили мины и фугасы - инженерной разведке обнаруживать и обезвреживать такие опасные закладки, к сожалению, приходится достаточно регулярно.

* * *

Впрочем, гарантировать что-либо в Чечне крайне сложно. Нередко боевики сами подрываются на своих собственных фугасах. А недавно в Ленинском районе Грозного, устроив огневую точку в разрушенной пятиэтажке на улице Коммунальной и обстреляв из гранатомета идущий перед ними на большой скорости «Урал» с сотрудниками милиции - ехать медленно слишком опасно, злоумышленники промахнулись. В результате пострадали две студентки Чеченского государственного университета, 1976 и 1977 годов рождения. Последней вообще оторвало обе ноги. В срочном порядке девчонкам оказали первую помощь и доставили в 9-ю городскую больницу. Возможно, это промедление и позволило выродкам скрыться. Но это было уже потом...

Пока же некогда кишащее как муравейник здание аэровокзала Минеральных Вод просто поразило своей малолюдностью. Сотрудники транспортной милиции пояснили, что пассажиропоток стал намного меньше, чем в прежние годы. Праздных же посетителей - опять-таки в целях безопасности - сюда не пускают. А в выходные на несколько дней намечено закрыть и рынки на всей протяженности кавказских минеральных вод (а это и Кисловодск, и Пятигорск, и другие населенные пункты).

- Почему?

- Из радиоперехвата удалось узнать о новом готовящемся теракте. Боевикам, сетовавшим на то, что они зарядили автомашину взрывчаткой и рубленым металлом, но из-за жестких мер, предпринимаемых правоохранительными органами, не могут ее «пристроить», была дана жесткая команда соблюдать ранее оговоренные сроки...

Исполнена она, впрочем, так и не была - оперативникам вскоре удалось вычислить и задержать даже не одну, а сразу две группы террористов-подрывников. И далеко не все из них оказались чеченцами. Но об этом - в следующий раз.

* * *

Брать первого попавшегося частника до Моздока, откуда предстояло уже автоколонной или вертолетом добираться в Чечню, местные милиционеры сразу отсоветовали. Во-первых, слишком дорого, а во-вторых, человека в форме могут и увезти не туда, куда надо. Такое уже несколько раз случалось. Правда, похищение людей с целью получения выкупа или дешевой рабочей силы сейчас почти не практикуется. Но есть информация, что боевики и их пособники могут прихватить кого-нибудь из служивых, чтобы попытаться обменять на одного-двух из задержанных членов незаконных вооруженных формирований.

Направляюсь на железнодорожный вокзал, где полно людей в камуфляжной и серой милицейской форме. Но когда начинаю искать попутчиков, оказывается, что все они уже возвращаются. Оттуда. Сами над собой мужики подтрунивают:

- Хватит оглядываться по сторонам и искать возможные огневые точки или растяжки...

- Все, командировка на войну закончилась, пора снова привыкать к цивилизации. Смотрите, сколько женщин...

Когда же подходит электричка «Минводы - Стодеревская», в нее набивается главным образом народ гражданский. Но ближе к Моздоку все в основном выходят, в моем вагоне остаются лишь трое смазливых девиц, распивающих потихоньку водку и рассуждающих о «голодных бойцах», а также женщина в черном с мальчишкой лет восьми-девяти, который по-хозяйски поправляет то и дело сваливающиеся набок мешки, скорее всего - с мукой.

Правда, по дороге вошли несколько офицеров. Когда подъезжаем, они и подсказывают, как добраться до «штаба МВД».

Впрочем, бойкие моздокские таксисты с ходу предлагают отвезти туда же или в аэропорт. Только появляюсь в штабе, выясняется, что мне срочно нужно как раз на бетонку - вот-вот взлетит борт на Ханкалу, где и надлежит в первую очередь объявиться. А поскольку следующий вертолет будет не раньше завтрашнего утра, пускаю в ход один из «хвостов» кеты, прихваченных для особых случаев.

«Конвертируемая дальневосточная валюта» срабатывает и здесь. Мне тут же дают машину, а по радиостанции просят командира экипажа дождаться «крайнего пассажира» - слово «последний» на Кавказе суеверно стараются не упоминать.

Взлетаем из-за небольшого перегруза «с разбега». Из-за этого же, как потом выясняется, идем на небольшой высоте. Хотя, признаться, первой мыслью было: чтобы не расшибиться в лепешку, если вдруг подобьют.

Зрелище внизу не очень приглядное - то и дело встречаются разрушенные строения, а когда пролетели над полыхающей нефтяной скважиной, следующий затем небольшой (по нашим дальневосточным меркам) лесок показался мне каким-то зловещим. Дороги, что асфальтированные, что проселочные, абсолютно пустынны, словно вымерло все. Но мне объясняют, что идем в стороне от основных трасс, к тому же ближе к вечеру движение по Чечне практически замирает. И оживает с утра, часам к 10-11, когда пройдет инженерная разведка, призванная обезвреживать всевозможные взрывные устройства.

Вообще, обстановка в республике по-прежнему остается напряженной. Бандгруппами постоянно предпринимаются попытки осуществления диверсионных актов, обстреливаются автомобильные колонны и места дислокации подразделений, участвующих в проведении контртеррористической операции.

Идейных непримиримых среди бандитов, говорят, осталось немного. Но с помощью зарубежных спонсорских денег - а здесь очень много безработных, и этим все сказано - вербуются новые боевики, в основном молодежь. Наряду с этим высказываются далеко не всегда пустые угрозы в адрес лиц, сотрудничающих с представителями федеральных органов власти. И все-таки, несмотря на все происки лидеров незаконных вооруженных формирований, мирная жизнь в Чечне потихоньку налаживается. Восстанавливаются предприятия, идут полевые работы, разворачивается строительство...

* * *

Но вот и Ханкала - это практически пригород Грозного. Здесь и своего рода укрепрайон, окруженный минными полями, и «наш» жилой сектор, состоящий из множества палаток и вагончиков. С коллегами приходится знакомиться на ходу - нужно включаться в работу. Сотрудники оперативной бригады в результате четко спланированной операции освободили двух солдат срочной службы, которые из-за собственной неосторожности были захвачены боевиками и несколько месяцев провели в «зиндане». Такие хорошо укрытые от постороннего глаза глубокие ямы-схроны, сейчас в основном пустые, накопаны по всей Чечне. Заложников намеревались обменять на задержанного с поличным подрывника, но похитители сами, и гораздо раньше, угодили в ловушку.

Аккредитованных журналистов центральных телеканалов и информационных агентств, которые размещаются здесь же, в Ханкале, долго звать не пришлось. Правда, сами оперативники говорить что-то перед видеокамерой наотрез отказались. И не столько из скромности, сколько из-за конспирации, ведь им еще работать здесь. А если тебя знают в лицо - какие уж тут специальные операции! А так они смогут спасти жизнь еще кому-нибудь. Освобожденных и задержанных - пожалуйста, снимайте...

Уже ночью к нам дозвонился министр печати Чечни В.А. Василенко - просил утром привезти журналистов в Грозный, на заседание местного правительства. Мне подсказывают: сейчас это тоже наша работа - организовать поездку и обеспечить безопасность работников прессы. Надо - так надо, едем в Грозный. Но это будет завтра. А пока - спать...

Вадим РЕШЕТНЯК. Чечня.