- Идет хищническое уничтожение рыбных ресурсов, и это далеко не новость. Мы постоянно говорим, что дело не только в плохой охране наших богатств от браконьеров. Краевая дума, например, который уже год не может принять закон о рыболовстве. Как наказывать нарушителя? Ищем соответствующие статьи в Административном кодексе, в законах «Об охране окружающей природной среды», «О животном мире»... К слову, закон «О пчеловодстве»-то принят. Неужели пчеловодов в стране больше, чем рыбаков?

С такого эмоционального монолога начался у нас разговор с начальником Хорской рыбинспекции Евгением Ивановичем Степановым.

Эта инспекция особенная. И не только потому, что ее работники отвечают за три района: Бикинский, Вяземский и имени Лазо. 15 сотрудников, из них 6 инспекторов, 260 км границы с соседним Китаем (она идет по реке Уссури от Хабаровска до Покровки), 460 км свои, внутренние - реки Хор, Кия, Подхоренок... Владения немаленькие, и потому каждую весну, лето и осень инспекторам приходится проводить на воде.

В этом году госинспекторы вышли на Уссури едва прошел лед, 24 апреля. Уже ведь традиция сложилась: только лед уходит, китайцы шустро наваливаются на наш берег...

Поначалу пришлось трудновато: соседи бесцеремонно заходили в наши протоки, ставили сети в заливах. А ловят рыбу они, между прочим, сетками длиной 300-400 метров с ячеей 18 миллиметров: то есть гребут всю мелочь. А насчет популярности рыбы в соседней стране и говорить нечего. В Фуюане, например, рыбный базар работает лишь до 10 утра: за три-четыре часа здесь раскупают улов любого размера!

В мае на Уссури появились два пограничных корабля и два «Аиста». Стало полегче: госинспекторы брали на борт пограничников, требования к нарушителям ужесточились.

- Вот тогда мы забрали у китайцев в общей сложности шесть с половиной километров сетей, составили 78 протоколов, - говорит Евгений Иванович. - Задержали 70 чужих лодок.

За этими сухими цифрами скрывается немалый драматизм. Ведь китайские рыбаки, без зазрения совести нарушающие границу, сопротивление оказывают нешуточное. Степанов привел мне один пример.

- Прижали мы чужую лодку в небольшой протоке. Нас двое, их четверо. Подумали, загнали браконьеров в угол. Но их лодка притаилась у берега. Куда делись? Пошли по протоке, увидели ее. Подходим - и тут четыре вспышки! Стреляют! Только стекла на нашем катере брызнули... И так, под огневым «прикрытием», проскочили мимо нас...

А вот когда наша рыбинспекция работает вместе с пограничниками, результаты неплохие. Задерживают нарушителей, доставляют на погранзаставу. Правда, сразу выпускают (охранять, кормить - надо ли?). Тем более, китайские власти заверяют: мол, сами разберемся.

Разбираются? По-своему. Прошлой осенью, вспоминает Степанов, в кетовую инспекторы работали близ одной заставы на Уссури. Чужих лодок полно. Успевают свой берег облавливать, еще и под наш норовят нырнуть. Трое суток рыбоохрана работала без сна.

- Только мы начали их сетку выбирать, - вспоминает еще один эпизод Евгений Иванович, - подскакивает китайская охрана. Миловидная женщина на русском языке просит: мол, мы сами разберемся. Сбрасываю им эту сеть, но самому любопытно, чем там разборки закончатся? В бинокль наблюдаю: рыбак открывает кубрик, бросает сотрудникам охраны семь «хвостов» - и лодка разворачивается, оставляя в покое нарушителей. Разобрались!

А что дают совместные с Китаем рейды по охране рыбных запасов? Группа наших и китайских инспекторов неделю-другую контролирует водоемы совместно. Сначала россияне едут в Тунцзян, где им устраивают хороший прием. На водоем выезжают часа на три-четыре в день.

- Что мы делаем? - возмущается Степанов. - Оставляем свои рабочие места, едем в Тунцзян и Цзямусы, где рыбы сто лет нет, соседи нас ублажают ужинами... Это рейды? Между тем из общей квоты осенних лососей 80 процентов рыбы китайцы ловят в Уссури. А Тунцзян выше Ленинского на 120 километров, что там ловить? Рыба до Фуюаня поднимается и до Хора, чтобы зайти на нерест. Мы же уезжаем отсюда, тем самым создавая благоприятные условия для браконьеров, в том числе и китайских.

Евгений Иванович справедливо считает, что осеннюю путину проводить следует не в Тунцзяне, а здесь, где львиную долю рыбы китайские рыбаки берут.

И еще один момент беспокоит Степанова. Ежегодно глава администрации края подписывает постановление об организации лицензионного лова. Там есть такие строки: «организовать охрану и узаконить дни пропуска рыбы». В эти дни, стало быть, не ловить, а пропускать рыбу на нерест.

И что? В подведомственных Хорской рыбинспекции районах не ловит никто, зато в Амурской протоке лов идет полным ходом. Степанов стал было возражать - ему постановление показывают, где черным по белому написано, что «дни пропуска установить до Хабаровска»... Но до Хабаровска и речек-то нерестовых раз-два и обчелся! Нерестовые - вот они: Хор, Бикин! Да и для кого «выше Хабаровска» пропускать рыбу? Для соседей, получается... Не настала ли пора разобраться с этим вопросом внимательнее?

Ну а пока «Амуррыбвод» делает, что может. Но без соответствующего закона, считают рыбинспекторы, они как без рук. И принять его следовало, как говорят в таких случаях, еще вчера...

Наталья ПЛАТОШКИНА.