Август. Месячник борьбы с городским мусором. А я давно как-то перестал быть чистюлей и педантом. Это раньше шел, бывало, по улице, курил и окурок обязательно - в урну! И вдруг урны исчезли. На заре реформ. Остались одни голосовательные.

Поначалу стыдился, незаметно совал бычок под подошву и растирал ногой. А потом влился в массы и привык. Все мы, куда ни глянь, как болельщики на трибунах, чем-нибудь швыряемся и, как футболисты на поле, харкаемся и сморкаемся. И на пляже жизни лежим на битом стекле, как йоги на гвоздях. Привыкли.

Идет, к примеру, по улице вполне приличный мужик. С дамой. И вдруг как ухватится за свой нюхательный аппарат двумя пальцами да ка-а-ак дунет! И об асфальт - шмяк! И тут же руку в карман штанов сует, как будто платок ищет, пальцы вытирает. Чтобы спутнице пломбир купить и культурно преподнести. Ну какие, скажите, могут быть носовые платки в наше время? Их же стирать и гладить надо. А воды-то в кранах тю-тю. А электротарифы-то нынче ого! Как не сплюнуть? Неужели, действительно, “что естественно, то не безобразно”?

Вчера я даже чуть вслух не выругался. Когда бутылки с чьего-то балкона перед носом - хрясь-хрясь! А я еще на дачу не съездил, урожай за ворьем не доубирал. Нынче без мата никуда. Но я комплексую. Современный «великий и могучий» во рту не поворачивается. Не могу с молодежью на ихнем языке разговаривать. Мне за «нашим будущим» не угнаться. Юноши и девушки легко выражают свои чувства и эмоции: «Я, ётм, тебя так люблю, п...ц всему!». И прощаются-целуются запросто: «Пошел ты в ... ! Захочется, звякни, б..., завтра». (Раньше такого бы не написал, но сегодня - свобода слова. Значит, не зря под танки бросались.)

Стареть, видно, стал... Присесть бы. Жаль, вслед за урнами на бульварах исчезли скамейки, а с ними и тротуарные старички, которые всегда сидели в сквериках, смотрели на младое и незнакомое поколение и о чем-то думали. Видно, их мысли не по душе властям, и решено их ликвидировать как класс. А может, стройматериалы для своих коттеджей экономят...

А потом вдруг снова появляются урны! Переворачивающегося типа. Могучая мысль какого-то НИИ. Но так как от урн все уже успели отвыкнуть, то их только и делают, что переворачивают. Мусор расстилается вокруг... В мусоре сидят-курят пьяные компании и отсыпаются бичи. И те, и другие своими мыслями за отсутствием оных серьезного беспокойства властям не доставляют.

Недавно опять стали ставить скамейки. Но убрали урны. Толку от них! На сдвинутых скамейках в окружении помойки балдеют пьяные компании и спят бичи. Для них на стыке Уссурийского бульвара и улицы Запарина открыт круглосуточный пункт приема стеклотары. Это цыганский табор, Смольный в Октябре, очередь за талонной водкой... Зоопарк, одним словом. Трудно его не замечать, когда обезьянник сам на тебя глаз пучит: «Дай хотя бы рупь, третий день не закусываю!».

Одно хорошо: по мусору можно определить степень прогресса и глобализации. Мятую селедочную газетку и пачки «Беломора» сменили яркие пакетики из-под чипсов и упаковки «Мальборо», появились одноразовые шприцы, прокладки с крылышками и памперсы...

Чего-чего, а мусора у нас вне «красной линии» хватает. Хоть на ядерные отходы меняй. Вот только милиция при слове «мусор» почему-то вздрагивает и ускоряет шаг, проходя мимо. Говорят, служба общественного порядка будет усилена «санитарной милицией». А если и она не справится? Дворников военизировать? Самое сложное - привыкнуть к простому: каждому убирать за собой. Всегда и везде. Но для этого надо любить свой город. Но любить - это иметь здоровую душу. А вот с этим у нас сложнее.

Эх, скорей бы зима! Она, белая и пушистая, многое скроет. До весны, до очередного субботника.

Антон ФЕЛЬЕ.