С первого же дня Нового года мы стали жить в другом тарифном измерении. За киловатт электроэнергии с 1 января будем платить не 70 копеек, а на 12 копеек больше. Возрастет цена за тепло, но с 1 февраля. Газ нам продадут по 10 рублей 37 копеек за килограмм.

Сегодня тарифы для нас, как подневольное ярмо: и шею натирает, и снять невозможно. Послабления не дают, а, напротив, еще пуще затягивают. Особенно потребительские цены на электрическую, тепловую энергию и газ.

Причин этому множество: и низкая платежная способность потребителей, и якобы высокая себестоимость энергоносителей, и безудержное своекорыстие их производителей. А мы, дальневосточники, в отличие от большинства россиян, тут оказались в положении Адама, к которому Бог подвел Еву и сказал: «Выбирай себе жену». Выбирать-то нам не приходится: из почти девяти миллионов тонн угля, необходимого на зиму, три четверти нужно везти из далеких пределов. А удовольствие это очень даже дорогое. Особенно по нынешним временам. Потому что и «телушка», то есть уголек, - не полушка, и перевоз - не рубль. В прошлом году, как ни хорохорился ущученный в кое-каких проделках теперь уже бывший главный железнодорожник Николай Аксененко, как ни божился, что менять тарифы не будут, а все же подняли провозную цену на 12 процентов. Вот вам и цена, то есть тариф амбиции наших славных транспортников.

А чего это вдруг они стали задирать эти самые тарифы? А того, что, мол, энергетики отпускную цену электроэнергии подняли. Те же, в свою очередь, на угольщиков кивают: вздорожал уголек. Все! Круг замкнулся. Три монополиста взяли в окружение всех потребителей и принялись их долбать.

Порой создается впечатление, что уголь для нас добывают где-то в шахтах Карибского побережья, в странах, где содрать с России за все экспортируемое норовят три шкуры. А Харанорским и Нерюнгринским разрезами они называются так, для отвода глаз.

И цену на свою продукцию шахтеры подняли за минувший год в 2,6 раза. Нерюнгринские горняки смикитили, что без их угля хабаровской ТЭЦ-3 и электростанциям Комсомольска не обойтись, поэтому без зазрения совести заломили сумасшедшую цену. Это же сделали и шахтеры Харанора. И дело они поставили так: утром - деньги, причем полной суммой, вечером - уголь. Теперь Региональная энергетическая комиссия (РЭК) намерена обратиться с протестом в антимонопольный комитет.

Три российских монополиста: железнодорожники, энергетики, угольщики - никак не могут прийти к соглашению и найти тот уровень компромиссных взаимоотношений, которые бы устроили их всех и не ставили бы жителей огромного региона в положение крайнего. То есть того, на ком все отыгрываются. А то что же получается? АО «Хабаровскэнерго» решило изменить тарифы: на тепловую энергию на 25 процентов, на электрическую - в 1,8 раза. С таким намерением комиссия не могла согласиться.

Что бы ни говорили про энергетическое благополучие нашего края, избытка электроэнергии у нас нет. И если иногда по перетокам передаем часть ее в Приморье, то это не от хорошей жизни там и вовсе не от жирного подбрюшья здесь. А от безвыходности положения. Ставшая, как нынче говорят, почти виртуальной, легендарная мощь Зейской ГЭС едва обеспечивает электроэнергией Амурскую область. Бурейская ГЭС первый ток может дать только через полтора года. Так что остается надеяться только на себя. А поэтому нужно вводить режим строжайшей экономии всего, что связано с электро- и теплоэнергетикой. А в этом деле у нас полнейший раскардаш. Парят теплотрассы, сифонят внутридомовые отопительные системы, сутками напролет горят электрические лампочки. Воистину: мы бедны потому, что богаты.

Леонид ГАПИЧ.