Новость о том, что в «Амуре» будет играть бывший энхаэловец Сергей Кривокрасов, пожалуй, была одной из самых будоражащих в предсезонье...

- Сергей, наверняка у вас было множество предложений от других команд, почему же вы подписали контракт именно с «Амуром»?

- В принципе, причин две: я родом из Сибири, и Хабаровск ближе всего к родному дому; да и условия, предложенные руководством «Амура», были наиболее выгодными.

- Как адаптировались к российским условиям?

- Никаких проблем - я быстро ко всему привыкаю. Конечно, возвращение на площадку европейского размера далось достаточно трудно, но сейчас все нормально: я перестроился.

- За годы, проведенные в НХЛ, вы должны были отвыкнуть не только от европейской площадки, но и от принципов русского хоккея, который несколько отличается от западного...

- Да, в НХЛ стараются работать на личный результат, поскольку после каждой игры проводится подсчет бросков, сделанных каждым игроком. Здесь же практикуется командная игра. Бросков по воротам ребята делают намного меньше, но зато их количество переходит в качество.

- Правда ли, что в НХЛ игрок узнает, будет он играть или нет, буквально накануне матча: если в раздевалке висит его свитер - значит, будет. Если нет - значит, сегодня он не выходит.

- Нет, на самом деле ребята обычно узнают о решении тренера уже накануне, и те, кто не выйдет в завтрашней игре, на предшествующей ей тренировке работают больше, чем игроки основного состава.

- Как вы освоились в «Амуре»?

- Нормально. Ребята приняли неплохо, правда, говорить о том, что я уже абсолютно освоился, пока рано. Но и проблем никаких нет.

- За годы, проведенные в Америке, у вас появился акцент...

- Скажу больше - за эти годы я даже думать начал, если так можно сказать, по-английски. Поначалу, когда я вернулся в Россию, было достаточно трудно общаться по-русски. Впрочем, когда через некоторое время мне нужно было съездить на недельку в Штаты по делам, я первое время следил за собой, как в России. То есть думал по-английски и говорил по-русски (смеется).

- Скажите, насколько тяжело было смириться с тем, что ваша карьера в НХЛ завершилась так рано из-за травм?

- Моя карьера в НХЛ завершилась не только из-за травм. Было много других причин. Скажу так: я доволен тем, что мне удалось сделать, хоть и не на сто процентов. По-моему, мог бы сделать больше... Но обсуждать это сейчас как-то не хочется. Глупо винить себя за прошлое, когда нужно смотреть в будущее. Если здесь, в российской суперлиге, будет все нормально, и я буду доволен своей игрой, плохое просто забудется окончательно. Для меня будет вполне достаточно, если то, что не получилось в НХЛ, получится в суперлиге.

- Тем не менее, у вас за спиной достаточно солидный послужной список: игра в НХЛ, серебряная олимпийская медаль Нагано... Не чувствуете психологического прессинга: ведь многие болельщики полагают, что вы чуть ли не в одиночку способны противостоять любой команде соперника?

- Да, я сталкивался с таким мнением. Люди считают, что если игрок приехал оттуда, то должен по 50 шайб в одной игре забрасывать. Похожая проблема была у Коваленко, когда он не мог сразу же начать забивать в Ярославле... Думаю, не все понимают то, что в хоккее ты никогда не знаешь, получится у тебя или нет. Ты можешь много тренироваться, работать над собой, стараться изо всех сил, но порой и этого недостаточно. На пути к победе множество нюансов, в том числе психологических. Я не могу гарантировать, что сумею оправдать все надежды. Могу лишь пообещать, что буду выкладываться на сто пятьдесят процентов. Надеюсь, что и результаты будут соответствующие.

Елена РОВИНСКАЯ.