«Поздравляю с началом чемпионата России. Желаю всем здоровья, успехов, побед на протяжении всего чемпионата. С уважением, Фролов». Телеграмма такого содержания пришла в клуб СКА-«Нефтяник» из Нижнего Тагила накануне 21 ноября - даты открытия XI чемпионата России по хоккею с мячом в Хабаровске.

К сожалению, Анатолий Фролов, который приезжал в город на Амуре на открытие первенства страны несколько лет подряд, нынче не смог этого сделать. Но свой бывший клуб, как видим, не забывает. Как не забыли его искрометную игру болельщики со стажем.

Как известно, вокруг талантливых людей легенды рождаются еще при жизни. Анатолий Иванович - из этого круга. И часто не поймешь, где в разговорах о нем заканчивается быль и начинается вымысел.

Из воспоминаний детства. Хабаровские армейцы, обычно не «отпускавшие» на своем поле никого, даже самых именитых конкурентов, столкнулись с отчаянным сопротивлением менее авторитетного соперника и никак не могли взломать его оборону. Мой сосед по восточной трибуне, мужчина достаточно респектабельного вида, едва ли не со слезами на глазах шепчет, словно молитву: «Фрол, сверкни, Фрол, сверкни...». И Фролов, будто услышав эти слова, совершает один из своих фантастических сольных проходов и проводит столь нужный хозяевам победный гол. Мой сосед уже не скрывает слез, счастливо нашептывая: «Сверкнул!».

В тот момент я понял, что хоккей с мячом для кого-то тоже может быть религией.

А Фролова, который на ледовом поле был настоящим творцом, невозможно было не любить. Вспоминаю, как в 1964 году после заключительного матча чемпионата с иркутским «Локомотивом», когда хабаровский СКА впервые в своей истории завоевал серебряные медали всесоюзного чемпионата, наша команда совершала круг почета, и 25-тысячная чаша стадиона имени Ленина при этом дружно скандировала: «Фрол, останься! Фрол, останься!». Дело в том, что ходили небеспочвенные слухи о возможном переходе кумира дальневосточных болельщиков в столичное «Динамо», чтобы «быть поближе к сборной страны», основу которой в ту пору динамовцы и составляли. И Фролов остался в Хабаровске! Не исключаю, что в том числе и под воздействием той самой трогательной сцены на стадионе.

Потом он попал в опалу... Не без прямого участия, между прочим, журналистской братии. Инцидент в Хабаровском аэропорту, в другом случае не стоивший бы выеденного яйца, из-за громкой фамилии Фролова получил широкую огласку по всей стране. И пошли всяческие «санкции».

Партийные органы могли запретить Фролову многое, кроме одного - играть в хоккей. В свое удовольствие. Впрочем, по-другому он не умел. Закончив карьеру в команде мастеров, Анатолий Иванович продолжал выступать в первенстве Хабаровска в составе заводской команды. Как раз с этим периодом его биографии связана одна из легенд.

Говорят, что какой-то состоятельный фанат хоккея мечтал иметь у себя коньки Фролова. Как реликвию. И замучил этой своей просьбой друга Фролова - того, который привозил на матчи городского первенства хоккейную форму Анатолия Ивановича. Так вот, приятель в конце концов якобы уступил назойливому коллекционеру фроловские коньки, заменив их другими - практически такими же. Но Анатолий Иванович подмену, естественно, обнаружил (известно, что каждый спортсмен привыкает к своим «орудиям труда») и спросил друга: «Что это ты мне подсовываешь? Где мои коньки?». И тот будто бы в ответ пошутил: «Толя, ты же чемпион мира, в любых коньках можешь сыграть...», после чего Фролов встал, снова накинул на себя офицерскую шинель (он продолжал служить в Вооруженных силах и приезжал на матчи в армейской форме) и молча вышел из раздевалки...

Человек, от которого я услышал эту то ли быль, то ли байку, мотивировал такую реакцию Фролова болезненным отношением ко всему, что напоминало ему о былой славе и скомканном - по известной нам причине - окончании яркой карьеры хоккеиста...

Но он переживал напрасно, в чем убедился во время первого же приезда в Хабаровск после долгого перерыва по приглашению СКА-«Нефтяника». Теплый прием болельщиками, возможно, напомнил Анатолию Ивановичу тот самый круг почета сорокалетней давности под возгласы: «Фрол, останься!».

Запомнились слова благодарности Фролова тем людям, которые возродили былую славу хабаровского клуба. Одним из первых в этом ряду должен стоять бывший директор Хабаровского нефтеперерабатывающего завода Николай Шалавин, который несколько лет назад протянул руку помощи «гибнущему, но не сдающемуся» армейскому «кораблю». Добавление к названию СКА приставки «Нефтяник» с соответствующими финансовыми вливаниями стало тем самым «топливом», которое не позволило ему окончательно «стать на прикол». А взявшая под свою опеку хоккейный клуб СКА-«Нефтяник» «Группа «Альянс-Хабаровск» не только поддерживает его на плаву, но и делает все, чтобы он вернул себе славу одного из лидеров отечественного хоккея с мячом.

Первой ласточкой в этом смысле стала победа хабаровской команды в прошлом розыгрыше Кубка России. Впрочем, дело не только в наградах. Самое значимое достижение нашего клуба - возвращение в городе интереса к русскому хоккею. В последние два-три года стадион «Нефтяник» «пережил» уже несколько аншлагов.

К слову, некоторые любители хоккея с мячом в свое время негативно восприняли известие о «переезде» оранжевого мяча с центрального городского стадиона на небольшой заводской. «Ноги моей там не будет!» - помнится, эмоционально отреагировал на это один наш читатель, принесший в редакцию письмо по поводу «рокировки». В прошлом сезоне я увидел его на «Нефтянике» среди массы зрителей...

В самом деле, куда мы без своей «религии» - любимой русской игры?!

Сегодня снова хоккей... Значит, встретимся на стадионе!

Геннадий ГАПОНОВ.