Об этом районе города заговорили в первой половине 90-х. Те, кому довелось проезжать по Владивостокскому шоссе в районе 12-го километра, с удивлением рассматривали появившиеся, как из-под земли, в одночасье коттеджи. Да какие коттеджи! Настоящие средневековые замки - бастиончики, кронверки, зубчатые стены.

Ни одного похожего дома - сплошь оригинальная архитектура. Не раз наблюдал по пути на свой загородный участок, как дачный люд глазел на это великолепие из окна тряского автобуса - кто с восхищением, а кто почти с ненавистью. Мол, проклятые «новые русские», на честно заработанные деньги такого не построишь.

Потом на новых картах Хабаровска этот коттеджный район обозначился более конкретно. Появились улицы, каких не встретишь не только в Москве, но и, скажем, в самом Париже, - Версальская, Царская, Боярская, Афинская, Римская, Княжеская, Зазеркальная и даже Королевская. Кичливость этих названий, на первый взгляд, вполне соответствовала внешнему виду поселения и местами, наверное, отражала социальный статус его жителей. По крайней мере, так думали.

Если в 1998 году «версальский» городок рос и расширялся, то после «черного» августа бурная деятельность там совсем прекратилась. Не сновали туда-сюда джипы, не вились дымки над крышами вилл, не сверкали огнями сами виллы. Теперь народ в автобусах уже злорадствовал - не все коту масленица, допрыгались буржуи. Так и стоят доныне в чистом поле одинокие замки, шале, палаццо.

Однако не может такой не характерный для Хабаровска район вот так взять и совсем опустеть. Наверняка кто-то остался. И мы отправились втроем проведать, как живется на улицах боярских, царских и афинских.

По пути я размышлял, что, как ни крути, но жить на улице Королевской все же приятней, чем, например, на Пропарочной, Промывочной или Хирургической. Вот в Париже есть улица Добрых детей. Очаровательное название. А в Нью-Йорке - Конец океана. Тоже ничего. Поэзия таких имен облагораживает человека. И самоуважение какое-то вызывает тоже (а не махнуть ли нам, девочки, ко мне на Версальскую?). И все же, кто тот юморист, кто эти улицы на окраине Хабаровска так поименовал?

Реальность оказалась совсем непоэтичной. Свернув с трассы к видневшемуся невдалеке «боярскому» району, мы обнаружили, что дороги здесь едва обозначены. Даже и не дороги, в общем-то, а так - направления. Если бы не полный привод, застрять бы нам в метровых сугробах. Не потому ли «новые русские» так любят джипы?

С легендами про «новых русских» пришлось расстаться, как только въехали в поселок. Такая тишина бывает только на кладбище. Ни одного живого человека. Следов на дороге, и тех нет. Огромные дома выглядят нежилыми. Хотя во многих целы стекла, а на входе в один замок даже торчат камеры слежения. Тихой сапой мы продвигались к центру поселения, когда обнаружили за собой «хвост».

Неприметная иномарка вынырнула невесть откуда. Она строго соблюдала дистанцию и двигалась с такой же скоростью, что и мы. «Всё, щас отстреливать начнут», - мрачно пошутил мой коллега, фотокорреспондент.

На перекрестке с улицы Боярской решили повернуть налево. Во-первых, там, в конце улицы возле небольшого гаража, маячили две фигуры людей. Во-вторых, проверить, как поведет себя иномарка. Она, как привязанная, последовала за нами. Более того, заметив нас, одна из фигурок метнулась в гараж. Дело запахло керосином. Известно же: «новые русские» аки волки - свою территорию метят. Зубами рвут непрошеных чужаков. Ну и попали мы в переплет...

Однако все сложилось как нельзя лучше. Иномарка остановилась возле соседнего замка, а две фигурки оказались душевнейшими людьми, местными жителями. Владимир Федотович, хозяин самого крайнего дома на улице Боярской, поведал нам о нелегкой жизни в этом краю вилл и замков.

«Заселился я здесь одним из первых. Еще и улиц-то никаких не было, только землю нарезали, - рассказывает Владимир Федотович. - Я работал на одном хабаровском заводе. Не простым рабочим, начальником средней руки. Предприятие тогда предложило своим работникам - кто хочет земельный участок, вносите деньги и пользуйтесь. Осваивали это место много организаций. Дело у меня шло к пенсии, вот я и решил дом построить».

Изначально коттеджный городок должен был состоять из примерно 240 домов. Большинство успели построить. За три-четыре года сменилось много хозяев усадеб. Действительно, несколько десятков богатых людей перекупили здесь участки и построили на них замки.

«По плану предполагалось проложить здесь водопровод, канализацию, провести электричество и телефон, - продолжает Владимир Федотович. - Тогда бы, конечно, здесь жизнь закипела».

Но грянул дефолт. Многим стало не по карману продолжать вкладывать деньги в загородные дома. Хотя почему в загородные? «Боярский» поселок находится вполне в городской черте. Только существует он как призрак.

«Однажды приехала мафия, - Федотович топает ногой по земле, - вот на этом самом месте они высадились. Молодые, наглые, грубые. Начали пояснять, что отныне весь наш поселок будет платить им дань. В противном случае сожгут. Мол, вы все здесь богатые, крутые, надо делиться. А у меня, если что, пенсия полторы тысячи рублей. Посмотрел я на них и говорю: «А ну пошли отсюда». Сам думаю, пойду в дом, возьму берданку и, если буза какая начнется, открою огонь. Они поматерились, уехали, а я пошел на пост ГАИ на 14-й километр. Пришел. Так и так, говорю, угрожают. Они отвечают: езжайте в Южный, там ваше отделение милиции. Поехал в Южный. Там - от ворот поворот: ваш поселок за нами не закреплен. Потом я выяснять начал - нас нигде нет. За милицией мы не закреплены, «скорая» к нам не ездит, пожарные - тоже. Мы только на карте существуем. Хорошо, хоть почту носят. И то, это мы с соседями скинулись - сами девчонке-почтальону платим».

Боярская, а равно Версальская, Римская, Королевская и другие улицы этого необычного района так и остались без каких-либо коммуникаций. Дома протапливают углем или мазутом. Телефонов нет. Даже у самого крутого замка все «удобства» на улице. Брошенное место.

На улице Боярской, например, живут всего четыре семьи. Остальные три десятка коттеджей пустуют. По ночам на них совершают набеги. Разворовывают все, что можно утащить. Кто ворует? А бог его знает. Вокруг дачи, села. Дворы с собаками воры обходят. Но от этого не легче - на улицу все равно после наступления темноты не выйдешь.

Кстати, откуда взялись такие вычурные названия? Владимир Федотович говорит, что, наверное, кто-то в мэрии придумал. Сочинили жители точно не сами. Сам он узнал, что живет на улице Боярской сравнительно поздно. Уже когда опустела улица Римская.

Единственное преимущество жизни здесь - это чистый воздух. В остальном - полное средневековье, как во времена Ивана Грозного и бояр. Магазинов нет, ближайшая школа - в районе химфармзавода. В «боярском» поселке живут несколько детей. Каждое утро они вынуждены идти в темноте по заснеженным полям и ловить на дороге автобус. Автобус может и не остановиться, потому что остановки здесь не предусмотрено.

Процветает натуральное хозяйство. Владимир Федотович провел меня по своему дому. Здесь есть что-то вроде котельной с угольными котлами - когда сильные морозы, приходится запускать все два. Имеется слесарная мастерская, овощехранилище, ледник, погреб. Есть также небольшая, но жаркая банька. В коровнике живет буренка, в хлеву возятся подсвинки. На огороде и в теплицах вызревает все, что нужно для нехитрой сельской жизни. Одно слово - Боярская слобода.

Простившись с гостеприимным Владимиром Федотовичем, мы немного поколесили по поселку. Подсчитали, что жилой дом - примерно каждый десятый.

А когда возвращались, думал вот о чем. Если даже Промывочные и Пропарочные переименовать в Елисейские поля, то жизнь на них вряд ли изменится. Если на улице Версальской так живется...

Макс Молотов.