Финны строили в Хабаровске клинику микрохирургии глаза. Строили хорошо, но появились разговоры, что они плохо себя ведут в свободное от работы время в ресторане гостиницы «Интурист». Генерал поручил мне узнать, что там происходит.

Проверив все основательно, я ему докладываю: «Никаких происшествий, связанных с финскими строителями, в действительности нет. Разве много водки пьют. Но при этом ведут себя нормально. До начала ужина дают деньги дежурному на входе «Интуриста», чтобы тот, когда они закончат вечер, тут же нашел такси. Вот и все».

- Ясно, - сказал генерал. Немного помолчал и то ли спросил, то ли просто подумал вслух: - Как же они работают, ведь после обильной пьянки по утрам голова болит?

- Кто вам такое сказал? - возмутился я. Но, увидев недоумевающие глаза генерала, тут же поправился: - Да, конечно, вы правы...

«Старик Хоттабыч» в Хабаровске

Было время, когда многие территории Дальнего Востока были закрыты для приезжающих из других районов. И только Хабаровск оставался «свободным» городом. Поэтому многие, впервые ехавшие на Камчатку, в Приморье, на Сахалин или в Советскую Гавань, вынуждены были для оформления необходимых пропусков задерживаться в Хабаровске.

Конечно, в том, что эти транзитники довольно надолго оседали у нас, виноваты прежде всего авиа- и железнодорожные кассиры западных регионов страны. Они прекрасно знали все закрытые районы, но, боясь потерять приличную выручку, продавали билеты до Хабаровска. Мол, там в милиции все решите.

Работники паспортного стола УВД края просто сбивались с ног от таких транзитников. Ежедневно они шли и шли, и с каждым надо было разобраться, послать телеграмму с запросами, оформить соответствующие бумаги. И так с утра до вечера.

Захожу как-то по делу в кабинет начальника этой службы, а там как раз такой посетитель. Старик-таджик, а может, и туркмен. Стеганый халат, на ногах обувь с загнутыми вверх носами. В общем, вылитый старик Хоттабыч из известной сказки.

Не сразу, но все же удалось выяснить, что «Хоттабычу» добираться до Владивостока, к сыну, который служит срочную. Тут начальник стал ему объяснять, что пропуск нужен, а для этого вызов и т.д.

- Вызов у вас есть? - спрашивает. - Ну телеграмма - основание?

- А, основание, - обрадовался «Хоттабыч». - Эта есть, канышна. И, запустив руку в глубину халата, вытащил какую-то бумагу. Оказалось, телеграмма. Читаем вместе: «Папа, меня сажают в тюрьму. Срочно вези деньги»...

По ту сторону свободы

Амурск. Завершалась долгая командировка. Уже не хотелось ничего проверять, собирались домой. Но начальник 14-й исправительно-трудовой колонии усиленно приглашал посмотреть его учреждение. Обещал удивить. В общем, очень, видимо, хотел похвалиться. Пришлось уступить.

Колония действительно выглядела здорово. Руками осужденных умельцев она была ухожена и оформлена не хуже хорошего санатория или дома отдыха. Особенно поразила красотой и стерильной чистотой столовая. Начальник цвел от похвал гостей.

А я вижу, в столовой за столом сидит осужденный и ест. Смотрю на часы: время 11 утра. Спрашиваю:

- Почему так поздно завтракаешь?

Тот поднял голову, внимательно оглядел гостей, встал, вытянул руки по швам и спокойно ответил, обращаясь ко мне:

- Я, гражданин полковник, не завтракаю поздно, а первый обедаю!

Февраль. В Заозерном в женской колонии идет амнистия. Большая комиссия рассматривает дела заключенных, подготовленные администрацией учреждения. Перед комиссией одна за другой предстают осужденные. Все как обычно. И вот член комиссии, секретарь горисполкома, торжественно обращается к кандидатам на амнистию: «Советское государство, руководствуясь гуманностью по отношению к оступившимся, надеется, что вы оправдаете оказанное вам доверие и...»

И вдруг громкий голос заключенной прерывает речь:

- Ничего себе гуманность, посреди зимы на улицу выбрасываете!

В списках происшествий - не значится

В один из поисковых дней взлетели как обычно, летим, и вдруг снаружи будто кто-то стучит по обшивке вертолета. И не раз, и не два, а постоянно. Что такое? Я к командиру: слышите?

- Да, я тоже слышу, - говорит он.

- Может, заправляющий техник зацепился, да и летит с нами? - мелькнула дикая мысль. Но уже бортмеханик ходил по вертолету, заглядывал в каждый иллюминатор. Ничего необычного он не обнаружил, а вскоре и стуки прекратились.

Лететь дальше или возвращаться - решать командиру. Но все на борту штатно, уже Переяславку вдали видно, там, конечно, люди ждут - решил он продолжать полет.

Сели, пошли осматривать вертолет. Все, вроде, на месте и лишнего ничего не видно. Но вертолетчики продолжают все внимательно осматривать. И находят-таки причину постороннего шума. На баке с горючим отсутствует крышка, и только цепочка, ее державшая, болтается.

Крышку, достаточно широкую, диаметром с тарелку, после заправки техник плохо закрутил. В полете она слетела и, болтаясь на цепочке, постоянно стучала о борт вертолета. Ну а в какой-то момент цепочка лопнула, и «тарелка» полетела к земле.

Вечером в Хабаровске сразу просмотрел сводку происшествий за этот день. Пострадавших от неопознанного летающего объекта в ней зафиксировано не было. Слава богу. «Летающая тарелка» весила все-таки что-то, да еще скорость набрала, летя с высоты, немалую. Но обошлось.

Записал Алексей ШАБАНОВ.