Людмила Александрович, наверное, ходила бы по докторам еще не один год и выложила не одну тысячу рублей, если не решила бы провести собственное расследование того, что произошло. «В конце концов, спасение утопающего - дело рук самого утопающего», - решила она. А в том, что произошла ошибка, женщина уже не сомневалась.

…А началось все с того, что три года назад Александрович (все фамилии в материале изменены. - Т.Б.) пошла в одну из стоматологических поликлиник Хабаровска вставлять зубы. На семейном совете решили: дочь дает 200 долларов, а Людмила Александровна вставляет протезы и выходит на работу. Жить с мужем на пенсии, причем одну по инвалидности, невмоготу, а тут подвернулась хорошая вакансия. Работать предстояло с людьми, и ей надо было срочно привести себя в порядок.

Вообще-то пенсионеры имеют право на льготное протезирование, но ждать очереди к врачу приходится годами. Чтобы сделать все быстро и качественно, Александрович решили заплатить. «Какие протезы поставите и сколько они будут стоить?» - поинтересовалась пациентка у стоматолога-ортопеда Юрьевой. Согласитесь, резонный вопрос пенсионерки, у которой каждая копейка на счету. Юрьева посмотрела на пациентку, как на марсианку: «Буду протезировать, как положено, не волнуйтесь». И Людмила Александровна доверилась врачу.

Начать решили с примитивного: поставить два протеза на верхнюю челюсть. Первый мост оказался неудачным - штифт, на который он крепился, проколол тонкую пластмассовую стенку. Потом искусственные зубы вышли под углом. Третий мост простоял лишь несколько часов, правда, четвертый все же «прижился». На год. Второй протез на этой челюсти простоял еще меньше. После очередной переделки он продержался еще пару месяцев и вновь дал трещину… Не хочу морочить читателя изнуряющими деталями этой «зубной» эпопеи - сколько раз и через какие промежутки протезы ломались и переделывались. Много, непростительно много для современной стоматологии раз. Выслушивая детали и подробности трехлетней эпопеи, можно сойти с ума. А представьте, что может чувствовать пожилая женщина, прошедшая этот ад: примерка, многократная обточка «живых» зубов, снятие (без анестезии) сломавшихся штифтов и коронок и т.д.

Долгое время Александрович попадала в кабинет врача, лишь отстояв длинную очередь. А вокруг подогревали: «Пока деньги в руки не отдашь, будешь и дальше стоять у кабинета». Так и случилось, стоило женщине сказать, что работу оплатит сама, интерес доктора заметно усилился. Она начала приглашать пациентку сама. И деньги Юрьева попросила отдать ей, а не в кассу. Линию эту вела неуклонно: «Если всей суммы сразу не хватит, - приободряла ортопед, - то можно отдавать частями». За протез на верхней челюсти Александрович отдала врачу больше двух тысяч рублей, для нижней челюсти врач выбрала пенсионерке протез за 14 тысяч. Как потом выяснилось, это самый дорогой, но самый не подходящий для ее челюсти вариант. Ведущий специалист Хабаровска и профессор ДВГМУ были единодушны: Александрович нужна иная и не такая сложная конструкция, и стоит она, кстати, в пять раз дешевле.

Дорогой протез Юрьева переделывала пять (!) раз. Наверное, все это можно было бы терпеть, если бы после долгих мучений был нормальный результат. Но когда Людмила Александровна на последней примерке вновь пожаловалась на неудобства, то услышала от врача отказ: «Больше переделывать не буду». Александрович была в шоке. После нескольких месяцев хождения к врачу она осталась у разбитого корыта - один протез ни к черту, под другим зубы болят и кровоточат, а деньги доктор уже положила в карман… «Разрулила» ситуацию зам. главного врача поликлиники Черная: отправила пациентку переделывать дорогой протез в частную стоматологическую клинику. Сама же и договорилась со специалистами, правда, оплатить переделку заставила Юрьеву.

- В клинике история пошла по второму кругу: коронки, замки, штифты, ноющие обточенные зубы и новые слепки… Скорее всего, - предполагает Людмила Александровна, - это надо было для того, чтобы «набрать» нужную сумму. Продлилось «перелечивание» два месяца, но после многочисленных переделок дорогой протез простоял всего 11 месяцев.

В редакцию Людмила Александрович пришла в марте этого года. Ей нужны новые протезы. Доказать, что события развивались именно по этому сценарию, женщине сложно - ортопед Юрьева даже не завела на пациентку медицинскую карточку. Конечно, можно восстановить события трехлетней давности, не перепутав детали и даты. Но кто этому поверит? И известную врачебную корпоративность со счетов тоже не надо списывать. О том, что технология изготовления протеза, метод протезирования были выбраны врачом неверно, что протез на верхней челюсти - самый ненадежный, а тот, что дорогой, - немецкое изобретение, и качественно его может сделать только тот, кто прошел учебу в Германии, Александрович узнала сначала из кулуарных разговоров, а потом уже на консультациях у специалистов. Но скажут ли они эти же слова на суде, уже свидетелями, Людмила Александровна не уверена. Дело в том, что Александрович подавала иск на частную стоматологическую клинику. Суд отказал ей в рассмотрении дела, сославшись на заключение врачебно-медицинской экспертизы. В нем сказано, что «плохая фиксация протеза на нижней челюсти кроется в чрезмерной нагрузке, механическом воздействии или нарушении правил пользования». Словом, в этом документе судья нашла «смущающие» обстоятельства. Кто гарантирует, что Людмила Александровна не перекусывала протезами, допустим, стальную арматуру? А причиной поломки протеза на верхней челюсти «могло стать то, что она не пользовалась съемным протезом на нижней». Нагрузка неравномерно распределялась - и вот результат. Александрович не согласилась с тем, что протез сделан качественно и подходит ей, и подала кассационную жалобу. Дело будет слушаться вновь.

Медицина, конечно, - сфера сложнейшая, но могут ли быть столь полярными мнения экспертов? Людмила Александровна много лет проработала инженером-технологом на одном из хабаровских заводов и понимала, что в каждом деле должны быть нормы, по которым можно оценить, насколько качественно выполнена работа. По логике вещей, должны они быть и в стоматологии.

«Нет вещи более хрупкой и тонкой, чем стандарт, - пояснил один из экспертов-юристов, к которому мы обратились за консультацией. - Дело в том, что он носит рекомендательный характер и не обязателен для врача. Это зафиксировано даже в приказе Минздрава. Врач может прислушаться, а может отклониться от него, если другого выхода нет».

Стандарты придумали педантичные немцы для того, чтобы оценить вину медработника на суде. Но даже они признали, что врачевание не вкладывается в узкие рамки. И мировая медицинская практика говорит: если врач видит, что стандарт нежелателен, то вправе от него уйти, но на основании официальной медицинской литературы - учебников, справочников, методических пособий и т.д. Словом, нарушить стандарт - полбеды, выйти при этом еще и за рамки официальной медицинской литературы - уже наказуемо.

Словом, чтобы доказать, что врач не прав, надо обосновать, что он пренебрег двумя нормами. Но сможет ли это сделать несчастный пациент или прокурор, далекий от медицины? Тем паче, что и среди самих докторов согласия нет.

От Людмилы Александровны отмахиваются сейчас, как от назойливой мухи, ее не записывают на прием ни к главному врачу стоматологической поликлиники, ни к начальнику управления здравоохранения Хабаровска. И это после того, заметьте, как все признали, что Александрович была оказана некачественная медпомощь. Администрация стоматологической поликлиники предложила изготовить Александрович новый протез или оплатить работу в другом лечебном учреждении. Парадокс в том, что отвечать поликлиника готова лишь за дешевый протез. Дорогой переделывали в частной клинике, с них, дескать, и спрос. С этим Александрович не согласилась и тоже подала в суд.

А специалисты утверждают, что проще всего доказать ошибку доктора в хирургии, акушерстве и … стоматологии. Потому что их промахи очевидны. Но на практике все обстоит по-другому.

Кстати, когда я вникала в хождения Александрович по больницам и судам, то вспомнила другую историю. Больше года слежу за судьбой женщины, попавшей в схожую ситуацию. Она протезировала зубы у знакомого доктора, и, как водится, без договора. А теперь несколько лет пытается доказать, что работа сделана плохо: из-за неправильно сделанных протезов у нее возникли проблемы с суставами. Теперь она без слез ни кушать, ни разговаривать не может - больно. Эта женщина собрала массу справок, написала несколько десятков писем и жалоб, обследовалась у массы экспертов. Юристы, изучившие тонкости дела, в один голос утверждают, что выиграть дело невозможно: каждый шаг должен быть документально подтвержден.

Последнее письмо несчастная написала в краевой минздрав. Она требовала у министра немедленно уволить всех докторов, с которыми ей пришлось столкнуться, чиновников, не оказавших ей поддержку, и… по миллиону рублей «за каждую пролитую слезинку». Стоит этому письму попасть на стол к психиатру, и доктор незамедлительно выдаст диагноз. Вот что может произойти, если человеку годами приходится обивать пороги медицинских, судебных инстанций, доказывая очевидное.

Татьяна Баулина.