Субсидия для тех, кто беднее бедных?

Потрясение, которое испытали старики после того, как многим из них отказали в субсидиях, сравнимо, пожалуй, только с последовавшей за тем монетизацией. В сознании пожилых людей они слились воедино, и стало понятно, что бесплатных коммунальных услуг, как и лекарств за государственный счет, хватает далеко не всем бедным.

Новая методика расчета субсидий, которая принята с 1 октября 2004 года, гарантирует помощь при оплате жилищно-коммунальных услуг малообеспеченным людям, у которых доходы ниже прожиточного минимума. Напомню, что размер субсидии определяется как соотношение среднедушевого дохода семьи и прожиточного минимума, с 4 февраля он равняется 3670 рублей. Получаем коэффициент, который умножается на 22 процента, максимально возможную сумму расходов семьи на оплату жилья и коммунальных услуг. Далее из суммы предъявленного платежа за услуги ЖКХ вычитаем допустимую сумму семейных расходов, это и есть субсидия. Остальное придется оплачивать самим.

Вопреки логике, старики, которые живут в небольших квартирах, субсидии лишились вовсе или она оказалась у них мизерной. Те, у кого жилплощадь больше, по-прежнему получают помощь государства. Опять же, чем многолюднее семья, тем шансы на субсидию автоматически возрастают.

Кажется, усвоили определяющую цифру: по федеральному закону коммуналка не должна тянуть в семейном бюджете более чем на 22 процента от совокупного дохода семьи. На самом деле кошелек пустеет намного больше. «Мы с женой живем в двухкомнатной квартире. Субсидия дается только на 42 квадратных метра жилой площади, за остальные платим полностью. Вот и получается, что расходы наши на коммуналку составляют 27,3 процента». И дальше наш читатель Виктор Петрович Ременный приводит подробный расчет, который ему сделали в отделе субсидий, прося редакцию стать экспертом в оценке его правильности.

Заведующая сектором субсидий Южного округа Наталья Барсукова, согласившаяся выступить в этой роли, подтвердила: расчет верный. Да, платить приходится больше потому, что субсидия дается только на социальную норму площади жилья. Ссылка читателя на услышанную им передачу из Москвы, где человек платит исключительно 22 процента, и ни копейки больше, говорит лишь о разных возможностях регионов. Правительство Москвы может не только доплачивать старикам, но и позволить женщинам, живущим в столице, сидеть дома и воспитывать ребенка до восьми лет.

У нас, к сожалению, жизнь куда скромнее, как и социальные нормы. Для человека, живущего в однокомнатной квартире, она - 33 квадратных метра, для двоих членов семьи в двухкомнатной квартире - 42 квадратных метра.

Существенная статья расходов - отопление. И опять же, чем квартира больше, тем солиднее счет. В связи с этим Л.П. Савчук даже спрашивает: как производится расчет за тепло, с квадратных метров или с человека? Наверное, если бы с каждого домочадца, счета энергетиков не выглядели бы такими угрожающими. Батареи греют пространство квартиры. Обидно человеку, а Савчук - труженик тыла и ветеран труда, что получает он субсидию всего 28 рублей 97 копеек. А до перехода на новую методику она была более ощутимой - порядка четырехсот рублей.

Несправедливость ситуации, когда именно самые бедные, чьи пенсии не дотягивают до прожиточного минимума, лишились поддержки, в которой они крайне нуждаются, очевидна. Но даже если субсидия осталась, она уменьшилась в среднем в шесть раз. Наталья Александровна считает, что стричь всех под одну гребенку нельзя. Бедные ведь тоже бедны по-разному, есть среди них откровенно нищие. Нужна градация доходов. Те, кому тяжелее всего, естественно, вправе рассчитывать на большую помощь. И она может уменьшаться по мере возрастания доходов. Почему эта простая мысль не пришла в голову законодателям? Комитет по управлению имуществом Южного округа Хабаровска отправил свои предложения на этот счет в краевую думу с тем, чтобы депутаты обратились уже в Государственную думу. Пусть парламентарии внесут поправки в закон. Иначе придется тратиться на строительство ночлежек для еще недавно вполне благопристойных граждан, которых станут выселять из квартир за долги.

Субсидии неизменно связаны с льготами. На оплату услуг ЖКХ они предполагают множество нюансов. Для непосвященного человека это настоящая китайская грамота. «Когда жив был муж, инвалид Великой Отечественной войны, за коммуналку мы платили ровно половину, причем на всю семью. Мужа не стало. И теперь льготы полагаются только мне одной, вдове участника войны. А как же дочка и внучка?» - спрашивает Анастасия Ивановна Мирошниченко. Действительно, льгота при нынешнем статусе Анастасии Ивановны работает только на нее.

Впрочем, и инвалиду Великой Отечественной войны Николаю Матвеевичу Макарову не все ясно. Раньше он сам и все члены его семьи получали льготы по оплате жилой площади и коммунальных услуг. С 1 января 2005 года 50-процентная скидка предоставляется только ему. Домочадцам оставили льготы по оплате жилья, а за все блага цивилизации платить им приходится уже полностью. Почему об этих изменениях человек узнает из квитанции? И на стендах в длинных коридорах районной власти таблицы с коммунальными льготами, которыми пользуются специалисты, не висят. И кто старикам растолкует их права, если идти в отдел соцзащиты на больных ногах трудно, а по телефону на такие вопросы у нас отвечать не принято.

Обида Николая Матвеевича еще и в том, что единовременную денежную выплату, которую он получает каждый месяц к пенсии, считают доходом, а при таком раскладе претендовать на субсидию он никак не может. Обеспеченный человек! Так что даже хлеб с молоком социальный работник приносит ему за отдельную плату. Вот такая компенсация льгот с изрядными издержками.

Старики привыкли считать не только свои деньги, но и государственные. Те, кто получают субсидию, знают свою норму на электричество - одному человеку полагается 80 киловатт. С учетом 50-процентной льготы - 40. Но часто бывает так, что одинокие люди, которые на всем экономят, не нажигают и столько электроэнергии. Нельзя ли, рассуждают они, деньги, которые остались от этой льготы, перебросить на другие статьи коммунальных платежей, к примеру, за отопление? Оно тянет на две трети в удельном весе счета. Ведь что получается.

Муниципалитет, по их рассуждению, расплачивается с «Хабаровскэнерго», отдавая им деньги за электроэнергию, которой они не воспользовались. «Как же так?» - недоумевают пожилые люди. Так вот, оказывается, по законодательству средства, выделяемые на оплату одной услуги, не пересчитываются на другую, средства не переходят из месяца в месяц, из года в год. Получить сэкономленные деньги на руки тоже никак нельзя, они целевые.

Теперь не редкость в квартирах и счетчики учета газа, на который тоже есть норма потребления. Так вот, наши старики чаще всего не расходуют столько, сколько им отпускается. И опять вопрос: выходит, муниципальные деньги улетучиваются в форточку? Говорят, нет. И с горгазом расчет идет исключительно за то количество газа, которое реально отпущено. Вся информация о фактических расходах стекается в единый расчетно-кассовый центр, который считает исключительно объемы оказанных услуг.

Мы привыкли, что суммы платежей уменьшаются, если в доме не было горячей воды или, скажем, холодной. Потребовать перерасчет может любой квартиросъемщик, но в этом случае субсидия не назначается. И тут надо считать, что выгоднее. Отправляясь в больницу или в отпуск, предупредить ЖЭУ о своем отсутствии, чтобы потом вам сделали перерасчет, или не делать его, но получить субсидию? По идее, предпочтительнее второе. И где тут логика?

К слову, субсидия не назначается на телефон, радио и коллективную антенну. Очевидно, к жизненно необходимым они у нас не относятся. И еще одно уточнение. Теперь субсидия назначается на шесть календарных месяцев. Если человек обратился до 15 числа текущего месяца, то субсидию он станет получать уже с 16. Если же документы оформлены после 16 числа, то рассчитывать на субсидию можно с 1 числа следующего месяца.

Коммунальные платежи, которые становятся непосильными для стариков, подталкивают их к мысли, что с большими квартирами, очевидно, со временем придется расстаться. Если, конечно, нет наследников, которым они естественным образом достанутся. Представим, что супруги одиноки. Пожилые люди и рады бы поменять квартиру, но их пугают трудности, с которыми подобный переезд неизбежно сопряжен. Риэлторам они не доверяют, будучи уверенными, что их непременно обманут. И, конечно, прилично оберут - услуги на рынке недвижимости, понятно, дорогие. Выходит, тупик? А ведь если бы при муниципалитете работала такая служба, старики наверняка стали бы первыми ее клиентами. Солидная доплата при обмене сделала бы их жизнь на склоне лет обеспеченной и независимой.

Елена Ищенко.

А стрелять можно и по тарелочкам

Любопытное письмо написал А. Читайко, председатель совета Хабаровского краевого общества охотников и рыболовов («Тихоокеанская звезда» за 16 марта текущего года). Он очень сильно возмущается тем, что прошлой весной в крае была запрещена охота на водоплавающую дичь. По мнению председателя, это повлекло за собой столько тяжелых последствий для края, что только одно их перечисление составит огромный список. А уж описать все несчастья под силу только крупному коллективу ученых. Здесь и потеря пяти миллионов рублей по «оказанию услуг населению», и срыв поставок снаряжения в северные районы, и нарушение учета птиц, и ущемление прав охотников-профессионалов, и упадок охотничьего спорта… Словом, катастрофа!

Возможности газеты не позволяют остановиться на каждом из этих посылов, поэтому остановимся на последнем - на охотничьем спорте. Потому что именно в этом «собака зарыта». Если, конечно, не принимать во внимание собственный интерес господина Читайко. Он - чиновник, а для чиновника собственный интерес - это все. Я не чиновник, поэтому у меня несколько иной взгляд на охоту, охотников и панику председателя.

Убийство жизни - это всегда, мягко говоря, плохо. Любой жизни. Но испокон веку человеку приходилось убивать диких и домашних животных и птиц. Раньше в этом была жестокая необходимость - чтобы выжить самому, теперь в силу привычки. Ведь изначально человек - это зверь, хищник. Тысячелетия цивилизации потрачены на то, чтобы извести в человеке зверя. К сожалению, человек все еще не стал вегетарианцем.

Но убийства, о которых печется А. Читайко, - вовсе не ради пропитания. Это убийство ради забавы. Убийство ради убийства. Те люди, которые этим занимаются, не испытывают никакой материальной нужды, скорее наоборот. Потому что сегодня заниматься охотой - удовольствие очень дорогое. При доходе в 3-4 тысячи рублей заниматься охотой только ради спортивного интереса невозможно. Убийство же ради прихоти, ради забавы сейчас в мире осуждается все больше и больше. Кое-где приравнивается к преступлениям. Люди хоть и медленно, но изживают в себе звериное, становятся людьми. «Выдавливают по капле из себя раба», как призывал А.П. Чехов. Во многих странах приняты законы, ограничивающие или запрещающие охоту. Совсем недавно в Англии, в стране с многовековыми охотничьими традициями, была законодательно запрещена охота на лис с собаками. А ведь это была целая отрасль экономики страны, в которую вовлечены сотни тысяч людей и большие деньги.

Пользы населению края от весенней, как, впрочем, и от любой охоты никакой, а вот вред - огромный.

Мир сегодня озабочен постоянным ростом жестокости. Жестокость, как электромагнитными волнами, пронизала всю нашу жизнь: терроризм, уголовщина, бессовестная коммерция, приход к управлению руководителей новой формации, лишенных многих нравственных начал, телевидение… - все это источники жестокости. Охота ради охоты - это поддержание в обществе жестокости. Сорок тысяч краевых охотников-«любителей» - солидная добавка в общий котел жестокости. Сегодня «человек с ружьем», попадающий на природу, убивает все подряд. Уничтожаются, как вид биоразнообразия, уссурийский тигр, кабарга, медведь… Таможенники от случая к случаю задерживают на границе части тела этих зверей. А сколько не задерживают? Все больше и больше дальневосточных зверей и птиц переводится в разряд «краснокнижных».

Убивает живую природу человек с ружьем. Как правило, с ружьем зарегистрированным, с охотничьим билетом в кармане. Браконьеры без разрешающих документов - это явление редкое. Потому что пойманный с нелегальным оружием в лесу может получить срок «за незаконное хранение оружия». Пойманный с документами отделается штрафом. А если он занимает соответствующее положение в иерархии нашей действительности, то и вообще отделается покраснением ушей. От возмущения, что его посмели задержать.

Господин Читайко приводит «убедительный аргумент», что численность птиц, представляющих интерес для охотников, в крае не снижается. С этим можно согласиться. Потому что если уже уничтожены все утки и гуси, то, действительно, снижаться их численности дальше некуда.

Мое мнение - не сотрудника научного учреждения, а человека достаточно повидавшего в жизни, относительно многочисленности птицы в крае. В радиусе 500 километров вокруг Хабаровска от былого изобилия зверей и птиц осталось одно воспоминание. Уничтожение тайги, ежегодные лесные пожары убивают все живое. Вот за тем, что уцелело, гоняются охотники, часто вооруженные нарезным оружием с оптическими прицелами. Более «крутые» используют современные технические средства, включая вертолеты…

Где сегодня ребенок, молодой человек… могут увидеть живьем стаю диких уток, гусей, журавлей? Увидеть то, что можно было увидеть в районе Хабаровска еще в шестидесятые годы прошлого века? То, что было составной частью нашей природы? Ответ - в кино. Потому что увидеть перепуганных до смерти пяти-шести чирков можно не ближе ста километров от города. Нормально это или это полнейшая деградация природы и людей?

Еще в советское время мне удалось побывать в тогда еще Чехословакии. Расположена она, как известно, не на малонаселенном Дальнем Востоке, а в перенаселенной Европе. Столицу страны Прагу - город с более чем миллионным населением - разделяет пополам река Влтава. На всем протяжении реки, в центре города, свободно плавали тысячи диких уток, лебедей и еще каких-то диких птиц. Там не возникает вопрос, где можно увидеть часть природы. Там чирок не шарахается от человека, как от чумы…

Я убежден, что нам нужно отказываться не только от весенней охоты, но и от охоты как таковой. Нужно постепенно становиться людьми, а не хищниками, уничтожающими все живое на Земле. Уничтожающими ради забавы, куража, по пьянке, для удовлетворения своих низменных запросов. «Охота - одна из радостей жизни», - утверждает господин Читайко. Радости жизни нужно искать не в издевательстве над жизнью, не в ее уничтожении, а в ее поддержании, ее воспроизводстве. В этом суть и предназначение человека. Разумеется, если он хочет считать себя человеком. А стрелять можно и по тарелочкам…

Весенняя охота на прилетную птицу особенно жестока и цинична. Представьте, что на свадьбе уводят жениха или невесту. Нечто подобное происходит на весенней охоте. Пережившая зиму, избежавшая гибели утиная пара прилетела на Родину, чтобы произвести потомство. И здесь их встречает огнем и дробью «радетель о фауне», убивает или калечит одного из семейной пары. Оставшаяся в живых особь в этом сезоне уже не произведет потомства.

И последний посыл господина Читайко: «настоящий охотник радеет о фауне». Я не знаю, кто «настоящий охотник», но я знаю «настоящих рыбаков». Когда «настоящие» зимой находят зимовальную яму, они вычерпывают ее без остатка. Варварским орудием - «крабами», которые нещадно рвут и ранят рыбу…

Андрей КРИКЛИВЫЙ.

Венец рода Венцовых

Мы живем в эпоху переосмысления ценностей и низвержения авторитетов. То, что казалось незыблемым еще вчера, рушится, сметается до основания, на пьедестал возводятся новые герои. И очень может потом оказаться, что вовсе они и не герои, а так, очередное историческое заблуждение. Где же они, истинные добродетели?

Она повторяет мысль, которая может показаться малопонятной нынешним врачам. Расти надо не только профессионально, но и нравственно. В свои 87 лет Зинаида Ильинична беспрестанно о ком-то хлопочет, не боясь побеспокоить высокое начальство во внеурочный час.

Бескорыстие в ней от родителей, но прежде всего от отца, который работал проводником санитарного вагона на станции Шилка Забайкальской железной дороги. Это была своего рода скорая помощь - вагон в случае необходимости цепляли к поезду и отправляли больного до ближайшей больницы. Спустя много лет она сама станет врачом, и тем же вагоном в Хабаровск привезут ее больного отца.

Биография Зинаиды Ильиничны Венцовой, которую попросили написать для архива, заняла десять страниц. Там и про мать - донскую казачку, и про отца, который до поезда двадцать лет служил в царской армии. И про мужа Федора Яковлевича, которого ночь-полночь вызывали к роженицам, так что они оставили обустроенное общежитие и на десять лет перебрались в деревянный дом с печкой во дворе больницы. Так было ближе.

Когда их внучка Наташа, врач перинатального центра, защитила в Москве кандидатскую диссертацию, ей было 28 лет. Венцова сказала, что она тут опередила деда, ставшего кандидатом в 38. Вообще Венцовы - родоначальники большой семьи, в которой восемь врачей. Откуда у них такая фамилия? Возможно, от того самого венца, первого ряда бревен, которые закладываются в основание будущего дома. Их сын Сергей и внук Алексей - акушеры-гинекологи, дочь Галина - эндокринолог. Муж Натальи - Виталий работает хирургом в третьей хабаровской городской больнице. Жена Сергея преподает в медицинском университете.

И все они понимают, какая легендарная личность их мама, бабушка и уже прабабушка. Всю жизнь проработала в одной больнице - краевой. Не просто гинекологом, хирургом. Первый и единственный раз в крае практикующий врач получил звание Героя Социалистического Труда, им стала Венцова. Ее имя есть в Большой медицинской энциклопедии. Почти три десятка лет - депутат городского совета. А заседания тогда, вспоминает Зинаида Ильинична, начинались исключительно после работы. Домой порой возвращалась ближе к полуночи.

Как же она все успевала и кто вел дом? Зинаида Ильинична смеется. А ночь зачем? Часто поставит пирог в духовку, а ее срочно вызывают в больницу, тяжелый случай. Машина у подъезда. Уже из ординаторской позвонит сыну. Тот успокаивает мать, дескать, пирог, конечно, немного пригорел, но только сверху, а так вкусный. Они с отцом уже отведали.

Было время, она мечтала отметить столетие краевой больницы, потом век родовспоможения в Хабаровске. Вспомнить первых медсестер и санитарок. А что если загадать бы ей самой дожить до ста лет. Осталось-то совсем немного.

Благодарная пациентка.

Снится война не только солдатам...

Опять приснилась война. Только странно, я не ребенок, а молодая девушка с ребенком на руках, который не плакал, не капризничал, а с широко открытыми от ужаса глазами смотрел, как разъяренные, обвешанные оружием немцы зачем-то сортировали людей, разбрасывая их в разные стороны. Мне почему-то не было страшно, но я очень боялась за ребенка, целовала его, называла умницей.

Проснулась от боли в сердце, шума в голове: опять давление поднялось! Ведь уже под 70. Это у солдат ноют раны. Я не солдат, не участник военных действий, я - их свидетельница.

В том огненном 1943 году мне было 6 лет, родилась и жила я под Прохоровкой. Показываю внукам фото из диорамы «Битва на Огненной дуге» и рассказываю: «Где-то здесь есть погреб, в котором находилась наша семья и чья-то из соседей». Так как-то было легче, когда с соседями. Погреб - это что-то вроде окопа: большая яма, вырытая в земле, покрытая снопами соломы, сверху землей засыпана. А при бомбежках вход в погреб закрывали периной: когда снаряд или бомба разрывается, осколки попадают в перину и там зарываются в пуху, не проходят дальше. К нам в погреб ни снаряд, ни осколок не попадали. Зато при очередной бомбежке перину, как пушинку, подняло взрывной волной, и в погреб влетела чья-то рука. «Васька!» - закричала соседка. До сих пор трудно понять, как по скрюченной, сине-красной руке можно было опознать сына? Но это было так. Тело его нашли неподалеку...

Не знаю, сколько дней и ночей мы просидели в погребе. В короткие промежутки затишья взрослые и дети по очереди выходили наверх. Взрослые, наверное, что-то полезное делали - искали пищу, узнавали, как у соседей дела, живы ли. А мы, дети, помню, бегали собирать листовки, которые сверху, с самолетов летели, с советских или фашистских - все равно. Было интересно поймать - дети же.

Это потом, уже в школе, мы узнавали подробности: невиданная по масштабам битва Великой Отечественной войны разыгралась именно у наших домов летом 1943 года. В ней участвовало свыше 4 миллионов человек, 69 тысяч орудий и минометов, более 13 тысяч танков, около 12 тысяч боевых самолетов.

Но не только этим сражением запомнилась мне война. Помню даже, когда папа уходил на фронт: поднялся к печке, где мы все сидели, всех перецеловал, заплакал. Никогда я раньше этого не видела. Очень четко запомнился день, когда немцы впервые вошли в наше село. Село тихо гудело, разговаривали вполголоса. И все с любопытством смотрели, откуда они пойдут. Некоторые пацаны залезали на крыши хат, хотели первыми предупредить их появление. И вот прозвучало: «Едут». Вихрем по селу пронеслись мотоциклисты. За ними приехали обозы. Одни немцы по-хозяйски заходили в хату, забирали все, что им нравилось: продукты, вещи. Другие гонялись за гусями, свиньями, грузили на подводы. Голосов людей не было слышно, только поросячий визг да гусиный гогот. Уехали, село на этот раз не заняли.

Нас колхозное начальство решило эвакуировать. Но не на поезде или на машинах - пешком шли куда-то. Люди с собой везли на коровах какие-то вещи, дети - на руках. Младшую сестру мама с рук не спускала, а я должна была держаться за ее юбку. Сестры постарше шли самостоятельно. Так и проходили - от села к селу... И везде уже были немцы. Решили селяне вернуться домой. А наша деревня была сожжена. Опять выручали погреба. Из всей деревни только у нас был деревянный дом, покрытый железом (заслуга дедушки). Он не сгорел полностью. В нем попеременно располагался штаб: то немецкий, то советский. Мы по-прежнему жили в погребе. А на Рождество мы как-то оказались в кухне, на печке, в большой комнате гуляли немцы, музыка была, елка. Нас, детей, любопытство погнало к дверям. Один немец дал нам по конфетке. Взяли, а там только обертка. До чего же было обидно.

Детская память цепкая, многое помнит: как сбежал брат на фронт, ему было 15 лет (вернулся после войны инвалидом), как мама искала по ближайшим деревням свою старшую дочь, чтобы отправить в Германию, иначе, как сказал полицай, всех остальных детей расстреляют; как весной на огороде выкапывали мороженую картошку; как побирались...

И помню, когда объявили Победу. Все люди - взрослые и дети - бежали к сельсовету...

В эти дни многие вспоминают о войне, вот и мне разбередили память. И не только днем всплывают картинки из детства, «опаленного войной», но и по ночам снятся: и солдатам, и детям.

Е. ПАЛАМАРЧУК.

За все надо платить. И ветеранам тоже

В «Тихоокеанской звезде» за 9 марта 2005 года прочитал письмо пенсионерки с небольшим стажем, но ветерана труда. Ее волнует пресловутая монетизация, но только не так, как волнует она миллионы пенсионеров с большим стажем.

Я тоже согласен, что за все надо платить, но и трудовому люду тоже надо адекватно платить, чтобы он мог платить за все, что требует государство.

Господин Кудрин пенсионеров, ветеранов назвал «доживающим поколением». Да, по результатам реформ миллионы стариков доедают, донашивают, доживают свой век. А. Закарова этих людей называет «некой эфемерной массой», которая носится со своими красными знаменами на митингах и демонстрациях. Плохо, видимо, эфемерная пенсионерка знает историю своего государства. Ибо красное знамя было водружено 60 лет назад над логовом фашизма, чем и была спасена от гибели вся Европа.

Далее автор призывает власть без всякой стыдливости применять меры силового воздействия и штрафные санкции к тем, кто бил фашистов, восстанавливал города, села и экономику после войны, прежде думал о Родине, а потом о себе, к тем, кто трудился по 40-50 лет.

Желание А. Закаровой совпадает с мыслями лидера ЛДПР В. Жириновского, который по ТВ открыто заявил, что будет двумя руками голосовать в Думе за закон, позволяющий залить улицы городов кровью ветеранов и пенсионеров, кровью тех, кто не хочет быть быдлом!

«Единая Россия» приняла Жилищный кодекс, позволяющий лишать квартир «немогущих», и А. Закарова уже готова выкупить трехкомнатную квартиру у офицера в отставке.

Жилищный кодекс - мина замедленного действия. На выходе закон о здравоохранении, об образовании - это вал, который может снести либеральную власть.

В одном права А. Закарова. Этими реформами достали и войска.

А они в руках могут держать не только знамена и призывы, на которые власть не обращает внимание, но и пулеметы.

А. СИМАКОВ.

Когда же лед тронется, господа присяжные…

Есть много признаков весны, но один из самых главных - начало ледохода на Амуре. Апрель по народному численнику недаром называют «весной воды», а также - «зачерпни сапог, промочи подметки». Любопытно, что весна идет по Земле по строгому расписанию: со скоростью пятьдесят километров в час. Как утверждают астрономы, с такой скоростью движутся на север волны тепла, от которого лед на реках в заторах «голову теряет», а перелетные птицы начинают «свадьбы» играть. С теплом нам пока не везет: солнечных деньков гораздо меньше, чем пасмурных. Погода пока капризничает: уже дохнув сыроватым теплом, вдруг обернется легким заморозком. Но прогнозов о начале ледохода сколько угодно.

Народный фенолог, его мне довелось встретить с рыбацкими снастями на Амуре, на вопрос, когда река откроется у Хабаровска, глянул на закраины и полыньи и сказал: «Ранняя весна ничего не стоит, поздняя - не обманет».

А в Дальгидрометцентре о том, когда начнется главное событие нынешней весны, сообщили: «Ждите». А потом смилостивились и раскрыли гидрологические карты: в этом году Амур особенно буйствовать не готов. Весеннее половодье обещает быть кратковременным. Если, конечно, не пройдут дождики со снегом, которые могут ненадолго поднять уровень воды в Амуре на полтора-два метра.

Сегодня наша газета объявляет традиционный конкурс на самый точный читательский прогноз: когда начнется ледоход на Амуре? Вы должны точно предсказать дату, когда первые льдины поплывут мимо Амурского утеса. Кто назовет ее первым, тот получит специальный приз газеты «Тихоокеанская звезда».

Сообщить свой прогноз вы можете только 8 апреля по телефону 34-34-51, с 10 до 12 часов. Спешите...

Александр САВЧЕНКО.