Около двух лет назад в Хабаровске произошел беспрецедентный случай захвата в заложники судебного пристава-исполнителя. Человек, по решению суда не правомерно занимавший квартиру, отчаявшись законным образом отстоять свое право на жилье, соорудил муляж взрывного устройства и под угрозой взрыва удерживал некоторое время в спорной квартире «слугу государева». Вспомнился этот случай вот почему. Публикация об этом происшествии вызвала у наших читателей огромный интерес. И это, пожалуй, чуть ли не единственный случай, когда большинство людей с сочувствием и пониманием отнеслись к приставам-исполнителям.

Увы, общественное мнение о людях этой профессии доброжелательным назвать нельзя.

Судебное решение - только полдела

Произошедшее в октябре 2002 года на перекрестке улиц Дзержинского и Муравьева-Амурского назвать ЧП трудно. Сколько дел о дорожных авариях ежедневно слушается в судах, и гадать не стоит. Много. Поэтому история Михаила Дружина типична.

Итак, время близилось к вечеру, Михаил Витальевич с женой спокойно катили с работы на своей машине домой, когда по встречной полосе вырулила иномарка. Визг тормозов, скрежет металла, крики, «Скорая помощь», сотрудники ГИБДД - декорации, плавно сменившиеся казенным залом и человеком в мантии за возвышающимся столом.

Заключение ГИБДД о том, что виновник аварии - водитель второй машины Архипов (фамилия изменена), дало повод Дружину обратиться в суд Центрального района с иском о взыскании ущерба. По словам Михаила Витальевича, чтобы восстановить его автомобиль после аварии, потребуется более 50 тысяч рублей. Сумма эта взята им не с потолка, а была насчитана специалистами автотехнической экспертизы.

В ходе следствия выяснилось, что управлял автомобилем Архипов без всякого на то права. Буквально за полчаса до ДТП за рулем сидела его сестра Лидия, которая и является полноправным пользователем этой машины. Когда автомобиль тормознул возле магазина, а хозяйка отправилась за покупками, ее брат, будучи на тот момент в некотором подпитии, решил покататься.

Архиповой не удалось доказать, что он завладел автомобилем без ее ведома. Как сказано в Гражданском кодексе РФ, «владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц». Поскольку Архиповой не удалось доказать, что брат, воспользовавшись ее отсутствием, попросту умыкнул машину, суд принял решение о том, что вина за происшедшее лежит на ней.

Впрочем, в удовлетворении первого иска Михаилу Витальевичу в суде отказали, после чего была кассация в краевом суде, и так далее и тому подобное. В общем, помыкаться и кипы бумаг исписать пришлось.

И вот, наконец, 22 января 2004 года суд именем Российской Федерации с гражданки Архиповой взыскал денежную сумму в пользу Дружина. Михаил Витальевич, выждав положенные десять дней, в которые ответчик вправе обжаловать решение суда, получает в суде исполнительный лист и относит его в подразделение судебных приставов Центрального района.

И вот тут, по его словам, начинается чертовщина. Исполнительное производство возбуждается дважды, на словах приставы сообщают Дружину, что найти ответчицу не могут и что взять с нее нечего - никакого имущества за гражданкой не числится. Последнее устное объяснение, по словам Михаила Витальевича, повергло его в шок. Оказывается, и с заработной платы ответчика в его пользу высчитывать деньги не получится, так как она попросила, якобы, своего бухгалтера деньги по исполнительному листу не перечислять.

Отчаявшись заставить приставов работать, рассказал Дружин, он и решил поведать о своих злоключениях журналистам.

Как заявил Дружин, надежда у него на то, что он когда-нибудь получит деньги за свою разбитую машину, тает на глазах. Трудно понять, почему с гражданки, которая не скрывается, имеет, судя по всему, имущество (во всяком случае, живет не на вокзале и продолжает ездить на автомобиле), продолжает работать на прежнем месте в частной конторе, представителям целой государственной структуры, наделенным соответствующей властью, никак не удается взыскать деньги в его пользу.

Объяснить, почему взыскателям порой очень не просто, а иногда и вовсе невозможно получить долг, мы попросили заместителя руководителя управления Федеральной службы судебных приставов по Хабаровскому краю Людмилу Белобородько.

Сам не плошай

Наша беседа началась с подробного изучения исполнительного дела в отношении гражданки Архиповой. Загадочное бездействие приставов по исполнительному производству в отношении Архиповой объяснилось очень быстро.

По закону взыскатель сам получает в суде исполнительный лист и относит его приставам. Оказалось, что, получив этот документ, Дружин не стал досконально вчитываться в его содержание. И так, вероятно, поступили бы многие, даже самые внимательные граждане, потому что как-то невероятным кажется, что в судебных документах возможны ошибки.

А они случаются, по признанию приставов, не так уж и редко. Вот и господин Дружин в исполнительном листе, который выдали в суде, странным образом трансформировался в Дружинина. С такими ошибками принять к исполнению иск приставы не вправе, разумеется.

Пришлось взыскателю идти в суд за новым исполнительным листом, и если вы думаете, что переписывание этого документа - дело пяти минут, то глубоко ошибаетесь. В суде тоже свое расписание, очереди и прочее.

Удивительно, но в следующем исполнительном листе тоже без ошибки не обошлось. Пока шел судебный процесс, должница успела поменять фамилию, но в решении была указана как Архипова. Причем о том, что стала Ивановой, женщина не скрывала, и об этом знали судья и истец. Но, допустим, не дока в законах Дружин мог и не придать этой путанице особого значения. Но вот почему не сочли это обстоятельство существенным в суде - вопрос. В общем, в исполнительном листе ответчица значилась под старой фамилией.

В итоге крайним оказался опять взыскатель. Ему пришлось в очередной раз идти в суд и опять выправлять исполнительный лист. Эта свистопляска с деловыми бумагами растянулась на месяцы.

Исполнительное производство было возбуждено только в начале этого года. Но и в апреле, когда Дружин написал письмо к нам в редакцию, со своей должницы он не получил ни копейки. Приставы сообщили ему, что не могут вычитать из зарплаты ответчицы деньги, как понял Дружин, потому что она попросила бухгалтера своего предприятия этого не делать.

Но, как оказалось, в устных беседах истцы не всегда правильно понимают сказанное приставами. Взыскатель написал заявление о том, чтобы деньги в его пользу взимались с зарплаты ответчицы. Соответствующее распоряжение ушло в бухгалтерию предприятия, где она трудится. Но, как выяснилось, задолжала ставшая Ивановой гражданка не только Дружину. За ней числился административный штраф, который ей следовало оплатить, прежде чем начинать рассчитываться за искореженную машину. Как заверила редакцию Белобородько, уже в начале мая на банковский счет Дружина была перечислена часть денег в счет компенсации судебного иска.

Будь работники судов более внимательны, история эта вышла бы намного короче. К сожалению, учить деловой грамоте тех, чьи решения исполняют, приставы не вправе. Единственное, что могут они посоветовать взыскателям, самим очень внимательно изучать исполнительные листы во время получения. Одна-единственная лишняя буква в фамилии или цифра способны превратить официальный документ в никчемную бумагу.

Дело нищего боится

Но пока, похоже, нашему читателю можно праздновать победу. Хоть и не сразу, но все же получить деньги на ремонт своей машины шанс у него есть.

К сожалению, далеко не каждое судебное решение по имущественным спорам исполняется. Причина проста. Судебное разбирательство способно затянуться на срок от нескольких месяцев до нескольких лет. И на тот момент, когда по закону ответчик становится должником, выясняется, что взять-то с него нечего. Все движимое и недвижимое имущество за время тяжбы он успел переписать на родственников или продать.

В общем, гол, нищ и без работы. Взыскателю же поверить в это бывает сложно, ведь человек видит, что должник, как и прежде, продолжает разъезжать на крутой иномарке, жить в той же квартире и работать на том же месте.

Приставы же, увы, верить своим глазам не могут. К сожалению, по закону даже заставить устроиться на работу задолжавшего гражданина приставы не вправе. Вот и приходится ждать, пока он потеряет бдительность и прикупит, допустим, себе машину. И продолжаться это может очень и очень долго. Потому что, в отличие от истцов, ответчики бывают более предприимчивыми.

Так что, выходит, затевать судебную тяжбу действительно не имеет смысла? Отнюдь. По словам Белобородько, истцы вправе и должны делать так, чтобы ответчики не успели до судебного решения превратиться в нищих.

Для этого необходимо подавать исковое заявление вместе с ходатайством о том, чтобы суд наложил арест на имущество ответчика. Если вердикт окажется не в пользу истца, арест будет снят, и бывший ответчик сможет делать со своим имуществом все, что ему взбредет в голову.

А если суд назовет его должником, то и приставам будет с чем поработать.

Кстати, судья может наложить арест на имущество ответчика и самостоятельно, без ходатайства истца. Вот только почему-то служители Фемиды этого не делают. Возможно, надеясь на правовую информированность самих граждан? Хотя им ли не знать, что большинство из нас не только не разбирается в тонкостях законов, но даже не имеет возможности заплатить за консультации адвокату.

А вот мнение граждан о том, что судебные решения по исковым требованиям исполняются очень редко, считает Белобородько, необоснованно.

Его опровергают хотя бы вот эти цифры: в 2004 году у судебных приставов края на исполнении находились 282679 производств, из них закончены - 230875. Это составляет 81,6 процента от общего числа исков за прошлый год.

Понятно, что тем, кто входит в статистику о неисполненных исках, от таких показателей в работе приставов не легче. За каждым судебным решением чья-то боль, возможно, слезы, страдания. И человеку, по большому счету, все равно, почему должник, названный таковым судом, не платит. Виновны в его глазах все равно приставы.

А их на весь край всего-то около 300 человек, и на каждого в месяц приходится более 80 исполнительных производств. Представьте себе, сколько одному приставу нужно обойти адресов, заполнить и оформить официальных бумаг! И все это за зарплату на порядок ниже, чем у продавца в магазине.

По словам Белобородько, из-за этого только за прошлый год в подразделениях судебных приставов края штат сменился более чем на 60 процентов. Приходят специалисты на работу, изучают нюансы профессии, знакомятся, обживаются, и в итоге находят для себя местечко потеплей.

Если к этим объективным обстоятельствам прибавить решения судов, которые порой просто невозможно исполнить, картина получится и вовсе печальной.

Вот вам один только пример. Один из районных судов Хабаровского края принял решение в пользу гражданина, который посчитал, что его сосед неправомерно оттяпал у него кусок земельного участка. Суд установил, что ответчик действительно водрузил гараж на территории соседа, и принял решение о том, что строение нужно передвинуть на 15 метров. Проследить за исполнением его должны приставы.

Каково же было их удивление, когда спорный гараж оказался не простой деревянной коробкой, а добротным каменным, на фундаменте зданием. Как прикажете поступать исполнителю, который не вправе обсуждать судебные решения?..

Оксана Омельчук.