Что мешало любви поэта к лету, известно любому школьнику. Без малого 200 лет прошло, но все те же мухи не дают наслаждаться в полной мере теплом и солнцем. Об этом красноречиво свидетельствует редакционная почта.

Впрочем, письма наших читателей лишь побудили пристальней взглянуть на явления, с которыми все мы сталкиваемся настолько часто, что, кажется, пора бы привыкнуть. Многие и привыкли. А вот жильцы дома № 21 на улице Ворошилова в Хабаровске не могут привыкнуть. Народ окрестил это явление «помойки». Официально они называются более благозвучно - контейнерные площадки для сбора мусора.
Тихий, чистый дворик, окруженный со всех сторон панельными пятиэтажками. Такой уютный зеленый оазис с детской площадкой, хоккейной коробкой. Все радует глаз яркими красками. Даже подумала, что ошиблась адресом, настолько увиденное не соответствовало картинке, нарисованной в письме. И если бы через минуту во двор не въехал мусоровоз, я, наверное, не сразу заметила местонахождение этой самой контейнерной площадки. Ограждение замаскировано под цвет зелени. Куч мусора вокруг, хотя позади три выходных дня, нет. Машина забрала мусор из контейнеров. Подошла девушка с метлой и стала заметать выпавшие бумажки, пакеты, какие-то чеки. Через несколько минут все было чисто.
Связать такой сервис с приездом представителя СМИ я не могла, поскольку о встрече информировала только автора письма. «Значит, - решила я, - для этого двора такой порядок - норма. Не каждому двору так везет». Я еще не знала, что дворник здесь работает всего месяц, а значит, норма такая была не всегда. Вспомнились другие дворы и «пейзажи» Хабаровска.
Общежитие на перекрестке улиц Большая и Вяземская. Тут и двора-то никакого не было никогда. Просто площадка перед крыльцом, выложенная плитами. Может быть, общежитию, предназначенному для временного проживания, по статусу больше и не положено. Но дом этот давно превратился в постоянное место жительства многих семей, где растут дети, живут инвалиды. А мусорные контейнеры так вообще в углу за ним приютились без всякой площадки. Ни о каких санитарных нормах, вроде положенных 15 метров от дома, здесь, кажется, даже не подозревают. Порой и контейнеров-то не видно из-за груды отходов от жильцов и многочисленных торговых объектов, разместившихся в этом же здании. И, похоже, никого это особо не волнует. Привыкли.
Зато раздолье местным бродяжкам - четвероногим и двуногим. Подбежит такая особь, оглядываясь по сторонам, выхватит из бака пакет, распотрошит его и бросит рядом или чуть поодаль за ненадобностью. Так и носит ветер бумаги, пакеты, пластик по округе сутки, а то и двое, пока дворник не появится. А то еще ветром подхватит, закрутит маленький смерч, поднимет над головами прохожих, запутает в ветвях деревьев. И стоят они украшенные, словно предновогодние елки из какого-то фильма ужасов о будущем.
Но рядом, точно из другого мира, дом под № 91, с клумбами, скамейками на гнутых ножках из чугунного литья, с елями, в три ряда посаженными. С весны до осени здесь трудятся рабочие. То землю подвозят, разбрасывают, то асфальт новый укладывают, стоянку для авто устраивают, цветы и деревья высаживают. Идешь мимо такого дома и думаешь: «Вот есть же у кого-то средства каждый год приводить этот двор в порядок».
И, кажется, радоваться надо, но грустно становится уже в следующем соседнем дворе дома № 89. Потому что, попадая туда, понимаешь, что благо одних создается за счет других. Вместо детской площадки - только обломки качелей, установленных почти два десятилетия назад. Весной и осенью, говорят жильцы, из подъезда можно выйти только в резиновых сапогах - остатки разрушенного асфальта похоронены под слоем грязи, стекающей сюда во время дождей с окрестных территорий. Добавьте «благоухание» открытых мусоропроводов и тучи мух на облупившемся фасаде здания.
Но есть «адреса» еще и поживописней этого. К примеру, чем объяснить болотце и речку практически в центре города - между домами № 134 и № 136 на ул. Калинина? Может быть, тем, что здесь как раз пролегла граница владений двух домоуправлений. С одной стороны ЖЭУ-12 МУП № 5, с другой - ДУ №8 Хабаровской КЭЧ. Речка берет свое начало под гаражами на территории первого. Создала зеленое болотце возле контейнерной площадки и, следуя законам природы, устремляется вниз, к дому другого ведомства. И будет ли ликвидирован сей искусственный водоем, остается только гадать. Кстати, некоторых жильцов это уже не очень волнует. Привыкли. «Нормально все, и площадка устраивает, хорошо даже, весело», - довелось услышать мне.
А площадка, на которой так «весело», задумана была во дворе этого дома как детская. Когда-то построенный здесь деревянный сказочный городок разрушился под действием сил, природных и человеческих. И на его месте возвели для деток новые беседки-«шатры» с лавочками. По вкусу пришлись эти архитектурные сооружения взрослым дядям - завсегдатаям круглосуточной распивочной по соседству. Утром двор и площадка представляют филиал городской свалки. Частенько этот натюрморт сохраняется весь день: «Дворник - студент, нет у него времени. Да мы уже привыкли. Вот мусор вывозят регулярно - уже хорошо».
И совсем неплохо, что местами еще сохранился асфальт у подъезда. Правда, руководитель ДУ был удивлен, что «местами». Ему почему-то казалось, что покрытие сплошное и очень даже приличное. Да и какая разница, если средств на его восстановление все равно не предвидится в обозримом будущем: «Нам важнее дома к зиме подготовить».
Бесспорно, зимы у нас лютые. Только непонятно, почему надо выбирать приоритеты? Почему средств не хватает на все? Не так давно нас уверяли, что тарифы рассчитаны с учетом всех затрат и на все услуги и потому так круто взлетели вверх. Похоже, опять просчитались?
Жильцы дома № 21 на улице Ворошилова свои пожелания о переносе помойки подальше от детской площадки и окон своего дома по простоте душевной направили мэру. Устали видеть разлетающийся по двору мусор, вдыхать зловонные запахи, бороться с зелеными мухами в подъездах. Ведь обещал же он еще в 2003 году разобраться с этим вопросом, «да видно забыл о своем обещании?». Наивные люди. У мэра города большое хозяйство, всего не упомнишь, за всем не уследишь. Даже тот злополучный двор на ул. Калинина, 136, находясь аккурат напротив дома, где проживает сам мэр, выпал из поля его зрения. Где уж вспомнить о тех, кто на окраине? Да и не так там все запущено.
Взаимные претензии
Конечно, важно, что Хабаровск очередной раз оказался в числе самых чистых и благоустроенных в стране городов. Но быть «в числе» и таковым на месте, оказывается, - не одно и то же.
У жильцов дома № 12б на ул. Путевой это известие вызвало, по меньшей мере, недоумение. Им непонятно, как может город стать лауреатом всероссийского конкурса, если во дворах нет «дворов», а есть только пространство между домами? Если подъехать к дому можно только на внедорожнике. Если из всех развлечений ребенку во дворе доступно только топание по лужам.
Немало удивлены и другие хабаровчане: «Интересно, какие критерии жюри принимало во внимание? Где его водили и что показывали? Ведь «красная линия» - это еще не весь город». Неужели в других городах еще хуже?
У коммунальщиков тоже претензии к жителям. Просят жильцы перенести контейнеры подальше от дома. Но существуют вполне обоснованные санитарные нормы - 15 метров от дома, но не далее 100. И попробуйте передвинуть дальше. Частенько пакеты с мусором можно обнаружить прямо у подъезда, под окнами - лень кому-то даже 15 метров пройти. И свалки устраивают тоже не коммунальщики. Они, как могут, обеспечивают своевременный вывоз отходов хотя бы раз в сутки - чаще не получается. И дворника не поставишь во дворе на целый день за каждым убирать. Чисто не там, где убирают, а там, где не сорят. Всегда ли мы об этом помним?
Свалки мусора в частном секторе - отдельная головная боль - растут и плодятся. И нет никакой возможности заставить владельцев частных домов заключить договоры на установку контейнеров и вывоз мусора. Потому предлагается нарушителей привлекать к ответственности.
Прошедший городской субботник показал, что для иных жильцов вся инициатива по наведению порядка заканчивается там, где надо взять в руки что-то более тяжелое, чем авторучка. «Дармоеды они, эти жалобщики из 21-го. Зря мы им ремонт в подъездах сделали. Никто на субботник не вышел», - негодовали в домоуправлении. Негодование объяснимо. Но тут уместно вспомнить, что вот уже сколько лет живем при капитализме и каждый труд должен быть оплачен. И жители домов оплачивают уборку своих дворов по совсем не низким тарифам. Тогда кто у нас дармоеды? А субботники и конкурсы на лучший двор - дело добровольное.
Точно так же жители города ежемесячно отчисляют из своих кровных на содержание многочисленных городских структур. И службы ЖКХ и заказчика - не самые малочисленные. В этом удалось убедиться в процессе блуждания по лабиринтам исполнительной власти. Отправившись на поиски исполнителя по жалобе, обнаружила, что из мэрии она последовательно была передана по нисходящей на исполнение аж (!) в пять структур различного уровня. И каждая из них занимается вопросами ЖКХ. В каждой на жалобу была наложена резолюция и «поставлена на контроль». И не беда, что жильцам будет подготовлен дежурный ответ: «соответствует нормам, и нет возможности». И подготовит его «родное» домоуправление, в которое они обращались уже не раз. Зато есть иллюзия, что все работают и каждый «честно» получает свою заработную плату. А воз, то есть проблемы, и ныне там?

Тамара Насветова.

Пока материал готовился к печати, представители филиала № 5 Службы заказчика встретились с авторами письма из подведомственного ему дома № 21 на ул. Ворошилова. В результате появился документ, который и пошел в обратном направлении, теперь уже снизу вверх. Теперь первый заместитель мэра Хабаровска Волокжанин А.Н. будет наверняка знать - «перенести контейнерную площадку в другое место нет возможности».
Жильцы же еще раз получат знакомый им ответ - «соответствует санитарным нормам». На весь этот порожний пробег бумаг ушел месяц. Проблема не исчезла. «Жалобщики», несмотря на «полученные разъяснения», остались при своем мнении. «Мы не сдадимся», - говорят они. И будет этот круговорот бумаг в природе, словно вечный двигатель. Нет бы собраться миром и подумать: вдруг есть другой ответ на извечный вопрос «Что делать?».