­Дианочка, не спи! ­- повторяла учительница, растирая девочке руки и пытаясь разговорить.

Первоклассница Диана потеряла сознание на улице. Подъезжая к школе, мы видели, как с крыльца куда­то побежала в окружении детей эта самая учительница, в одном платье, с испуганным лицом. Через пару минут девочку уложили на диван в приемной директора и вызвали по телефону поселкового фельдшера.
Как выяснилось, живет она в соседнем селе, Корсако­во-­2, на занятия ездит рейсовым автобусом. Самостоятельно, по талонам, которые выдают в школе всем детям из окрестных сел для бесплатного проезда. Дома ­ мама с младшими ребятишками, утром Диана пила только чай с конфетами из новогодних подарков.
­ И как это мама отправила тебя из дома в тридцатиградусный мороз без рукавичек, да еще и за хлебом зайти велела! ­ сокрушается учительница. ­ У них в поселке даже хлеба купить негде, да и у нас, в Корсаково­1, магазин, где он подешевле, далековато от школы, туда она и направлялась, видно, когда упала без сознания. Хорошо, что ребятишки видели...
Когда прибывшая фельдшерица заверила, что причин для госпитализации нет, и «скорая» малышку не возьмет, возник вопрос, как доставить девочку домой. Не отправлять же одну рейсовым автобусом...
Родители городских первоклассников, у которых школа если не под окнами, то на соседней улице, наверное, ужаснутся, представив такую ситуацию. Хотя случай не из ряда вон: на селе и учиться многим приходится ездить самостоятельно, и в доме далеко не у всех сытно и благополучно. Вся надежда на школу. Не зря сельским учителям положены и льготы, и доплаты к зарплате. Работать в таких условиях тяжело. Но за работу свою они держатся, как никто: ведь случись что, другой школы нет, да и зарплата в 10 тысяч рублей на селе ­ большие деньги.
Конфликты и жалобы в сельских школах ­ случай довольно редкий. Поэтому два письма, одно за другим отправленные в редакцию учителями корсаковской школы, заинтересовали: что же там такое происходит? Исполняющая обязанности на время отпуска заведующей районо Л. Смирнова ответить на этот вопрос не смогла, оказалось, что в районо неизвестно ни о каком скандале в корсаковской школе. А ответом на просьбу подсказать телефон директора школы Лидия Кузьминична вообще озадачила. Стала объяснять, что застать директора в школе трудно. Потому что все время ездит по хозяйственным делам. Сам собой напрашивался вопрос, а как же он руководит учреждением, тем более в такой непростой ситуации, которая там сложилась сейчас, и что это за хозяйственные дела, требующие постоянных разъездов.
Застать директора в школе все же удалось. А.С. Иванов был в своем кабинете, но...
­ Сами понимаете, что сейчас я с вами разговаривать не могу, ­ Александр Семенович показал рукой на Диану, которую как раз во время нашего разговора доставили в приемную. ­ Тут ребенку плохо, надо фельдшера вызывать...
Дозвонившись до фельдшера, он оделся, закрыл кабинет на ключ, объяснив, что идет встречать медика, и… пропал.
­ Уехал на обед. Домой, ­ объяснила завуч Е.Н. Суркова. Нежелание общаться понятно. В школе работает следователь ОБЭП Хабаровского сельского райотдела милиции. Учителя по очереди, как они объясняют, «давали показания». Несколько дней назад одна из учительниц зашла в бухгалтерию, чтобы взять «список на питание» ­ кто из родителей ее класса сколько должен заплатить за питание ребенка. Положила список в сумку, чтобы дома без спешки написать родителям записки. А дома на обратной стороне бухгалтерского списка она увидела ведомость ­ с фамилиями школьных работников и тех, кто уже давно здесь не работает или не работал никогда, и суммами, причем напротив некоторых фамилий довольно приличными ­ тысяч в 15­19. Для начала учительница решила поинтересоваться у коллег, получали ли они такие деньги. Мало ли, может, руководство школы хотело облагодетельствовать часть учителей, да что­то не получилось, а «чужие фамилии» ­ это какая­то ошибка, бумага­то без всяких печатей и подписей, хотя и выведена на компьютере.
Но оказалось, что учителя, напротив фамилий которых значились крупные суммы, получили их, причем при довольно странных обстоятельствах. Им объясняли, что часть денег нужно вернуть.
­ У меня разговор был с бухгалтером. Было сказано так: пришли деньги на ремонт школы, нужно их провести через конкретных людей. Мы вам выделяем такую­то сумму, две трети нам отдаете, а остальное ­ вам. Нужно было получить 14600 и 8500 (это написали мне прямо на расчетке) вернуть. Я не знала о том, что такие же «задания» дали другим, тем более, что там какие­то «мертвые души». Думала, что одна такая. Решила, что раз надо, так надо, все сделала, как сказали... ­ рассказывает одна из «осчастливленных» администрацией школы учительниц Лариса Игонина.
По рассказам, ситуация всерьез озадачила только учителя труда, который, отдав деньги, «предназначенные для ремонта», добавил к причитающейся ему сумме свои личные средства и купил станок для школьной мастерской.
Обсудив ситуацию, учителя все вместе обратились за разъяснениями к директору школы. Тот, как они утверждают, ответил, что все объяснит им, когда сам разберется, что это за деньги. Но объяснений от директора они так и не дождались.
Стали звонить по окрестным школам, интересоваться у своих коллег, получали ли те какие-нибудь «премии». Оказалось, что и в другие школы в конце года поступили приличные суммы, которые были распределены коллективу по надтарифному фонду.
Такая в школах сегодня система оплаты: каждому учителю начисляется заработная плата по тарифной сетке, в соответствии с нагрузкой и учетом стажа, квалификации и т.д. Но есть еще и надтарифный фонд - 25 процентов, который идет сегодня в школах на прибавку малооплачиваемым техническим работникам, разовые поощрения особо отличившихся учителей, оплату дополнительной работы.
Разобраться в том, как должен расходоваться этот фонд и кто им распоряжается в школах, оказалось не так уж просто.
В том, что дело это гласное и открытое, никто не сомневался. Тем более, сегодня, когда школы переходят на подушевое финансирование и новую систему оплаты, при которой распределять средства вообще будет совет школы, куда входят не только представители коллектива, но и родители.
Но новая система оплаты - дело будущего, пока эксперимент проходит, как мы уже сообщали, в десяти школах края. Как живут и чем руководствуются остальные?
Специалисты прежде всего отсылают к закону об образовании, в статье 32 которого сказано, что это - компетенция образовательного учреждения, которое принимает положение о надтарифном фонде, на основании этого положения и производятся выплаты.
В корсаковской школе такое положение, по словам завуча, тоже имеется. Правда, учителя утверждают, что не видели такого документа. Хотя это теперь и не важно, ведь о «мертвых душах» или «выплатах с возвратом» речи в нем явно нет.
Еще один вопрос, который волновал учителей: что за деньги пришли в школу и как вообще все это происходит с введением подушевого финансирования.
Понятно, что соотношение в 25 процентов удается соблюдать, если школы благополучно вписываются в подушевое финансирование. И это получается, как известно, далеко не всегда и не у всех.
Как объясняют специалисты, 5 процентов субвенций, которые территория получает на образование, согласно Бюджетному кодексу, остается в распоряжении распорядителей финансами. Эти деньги, судя по всему, и пришли в сельские школы в конце года.
Ответ на вопрос, почему руководство корсаковской школы решило ими распорядиться таким образом, наверное, должны дать правоохранительные органы.
Но учителей, как выяснилось, волнует не только и даже, может быть, не столько скандал с выплатами, сколько его возможные последствия. Потому что это уже не первый конфликт с администрацией школы, и до сих пор обращения в районные органы образования имели эффект бумеранга.
- Директор действительно в школе часто не бывает, все вопросы решает наш завуч, Елена Николаевна Суркова, и дело нередко доходит до конфликтов, - рассказывает преподаватель химии Татьяна Матлашова. - Однажды я пожаловались в районо, и тут же началась проверка у меня в классе. Причем с проверкой пришла сама Суркова!
Поэтому на этот раз учителя стали бить во все колокола, обратились не только к вышестоящему начальству, но и в правоохранительные органы, и в прессу. Осталось дождаться развязки школьного детектива. О ней, конечно, мы сообщим в газете. Но и без результатов таких разбирательств понятно - в школе неладно. И коллектив сегодня озабочен не проблемами обучения или уж тем более его качества, а совсем другими, далеко не детскими вопросами.
Раньше главной бедой в школах считалось отсутствие денег. Сейчас деньги, получается, дали. Не миллиарды, конечно, но десятки тысяч рублей в школы пошли. И, выходит, только прибавили проблем?..

Валентина СЕМЕНОВА.