Два продовольственных рынка откроются в Хабаровском районе в нынешнем году. Весной - в селе Краснореченском, ближе к осени - в Мирном.

Возникает вопрос: не далековато ли от города? Зато очень близко к деревне, к тому самому крестьянину, который выращивает для нас картошку, зелень, готов продать свежее мясо и молоко.

Хождения фермера за три года

Николай Васильевич Лим - фермер с пятнадцатилетним стажем. Признается: те, с кем он когда-то начинал, давно разорились. Тяжело. Он взялся выращивать овощи. Говорит, у них, корейцев, это получается. Но одно дело - огород в шесть соток, совсем другое - шесть гектаров земли. Собственных овощехранилищ, цехов по простейшей переработке нет. Уродили овощи, фермеру бы радоваться, а для него это сущее бедствие. Те же огурцы с помидорами летом ничего не стоят, а сохранить морковку с картошкой до весны негде. Случился неурожай - тоже ничего хорошего. Пахал, надрывался, столько денег в землю закопал, и все зря. И с урожаем, и без урожая - одни убытки.
Признается, что если бы не работа в строительной компании (а Николай Васильевич - опытный инженер, это их компания красила вместе с итальянской фирмой мост через Амур), и он бы так долго не потянул свое хозяйство. Пока земля его семью не кормит, напротив, он вкладывает заработанные на строительстве деньги в свое дело. Теперь вот развел скот - коровы у него, бычки, свиньи.
Ситуация, когда фермер вырастил овощи и осенью за гроши продал их перекупщикам, в некотором роде тупиковая. Она не предполагает развития. Фермер по-прежнему нищий, а цены на продукты в магазинах и на рынках «кусаются». У перекупщика, как правило, хороший аппетит. Совсем другое дело, когда у тебя собственные овощехранилища и возможность придать той же картошке товарный вид. Пора привыкать к тому, что и отечественные овощи должны продаваться отсортированными, вымытыми и расфасованными. А если обойти посредников и торговать самому, глядишь, у фермера и деньги появятся. Он на ноги встанет. Так родилась идея принципиально новых рынков.
Николай Лим заканчивает оформление документов на отвод шестнадцати гектаров земли под будущий рынок. Дело это долгое, связанное с необходимостью собрать великое множество бумаг и отстоять большие очереди. Николай Васильевич ходит уже третий год. Но, кажется, виден конец. Уже и поставление губернатора подписано, в котором значатся два новых рынка.
Новшество это задумывается исключительно для сельхозпроизводителя. Пусть хоть тут крестьянин почувствует себя человеком! Кто-то может купить место и торговать постоянно, кому-то удобнее приезжать из окрестных деревень пару раз в неделю. Заплати небольшую сумму, и все покупатели твои. Проси свою цену. Ну а если нет собственных колес, то ту же картошку или овощи можно сдать прямо в деревне, не выходя за калитку. Лим говорит, что они будут закупать продукты по деревням.
Место для рынка выбрано неподалеку от оживленной трассы на Комсомольск-на-Амуре. Горожанам до него ехать километров десять.
А еще там появится первый официальный рынок живого скота, где можно будет купить корову, козу или столь популярных теперь в деревнях кроликов или цыплят. Работать он станет как ярмарка, то есть в выходные дни.
Фундамент нового рынка Лим собирается заложить уже осенью нынешнего года. Подготовят площадку для павильонов. Можно ставить и торговать. А в перспективе - второй и третий этапы проекта. Возможно, Лим займется заморозкой овощей, мяса, а потом и рыбы. Под этот проект фермеру дают кредит в банке - 40 миллионов рублей. Николай Васильевич вздыхает: денег еще не взял, а уже голова болит, как их отдавать. Ведь даже чтобы построить продовольственный рынок, надо вложить столько денег! Вода, электричество, сами хранилища...

Как морковке попасть на глянцевую полку

Два новых рынка, зачем? В Амурске вон тоже хотели два, да вовремя передумали. Строить дорого и торговать нечем. У нас на Центральном рынке в кои веки появились свободные места. Раньше предприниматель покупал три-четыре места, теперь сократил рыночное пространство до одного.
Действительно, на Центральном рынке, куда бедному крестьянину обычно не пробиться, пустуют места. Покупатель больше не тратит денег столько, сколько раньше. Экономный стал. Кризис заставляет считать деньги. И, скажем, дорогое мясо, что раньше покупалось на шашлыки килограммами, теперь лежит на прилавке долго, раскупается плохо. Народ предпочитает продукты подешевле. Но место на рынке все равно стоит недешево - от пяти до восьми тысяч рублей в месяц. Крестьянину с мешком картошки явно не по карману.
Нет, конечно, хороший крестьянин - часто плохой продавец. Зачем ему самому стоять у прилавка? Теперь его наперебой приглашают крупнейшие супермаркеты на красивые полки. И он, неразумный, на глянец этот ведется. И только потом понимает, какие это ежовые рукавицы. Поставки постоянные, не реже трех раз в неделю, деньги - через банк по безналичному расчету. Овощи не в грязном ящике навалом, а чистые, отсортированные, да еще и расфасованные по одному-двум килограммам. Летом и осенью это пожалуйста, а зимой?
Если фермер захочет, чтобы его овощи заняли подобающее для них место, придется проводить презентацию, а это 500 рублей в час. И полочку, где огурец родимый лежит, ему придется оплатить. Выходит, чтобы продать морковку за десять рублей килограмм, потратить бедному крестьянину на ее продвижение придется одиннадцать. Такая вот арифметика.
Словом, обирают бедного крестьянина, как липку. Понятно, что у магазинов свои расходы. Но ведь торговые наценки порой колеблются от 25 до 40 процентов! К примеру, молоко производители на переработку сдают по 18 рублей за литр, а в магазине оно оборачивается уже 35 рублями. Цыпленок на базе продается в два раза дешевле, чем в магазине. Словом, он нашей торговле буквально несет золотые яйца прибыли.
Впрочем, вся сельская экономика у нас на перекосах построена. Кто бы объяснил, как это у нас в стране молоко, то есть готовый продукт, стоит дешевле, чем топливо, с помощью которого оно производится? И где тут здравый смысл пахать и сеять?

Облегчённые кредитные миллионы

Нет, конечно, чем больше рынков, тем, очевидно, ниже станут цены. Но, признаться, гложут сомнения: чем торговать будем? Не случится ли, что спустя время колхозные ряды заполонят китайские овощи и фрукты?
Начальник отдела территориальной политики и развития малых форм хозяйствования краевого министерства сельского хозяйства и продовольствия Неля Россохатская говорит, что государственная поддержка сельхозпроизводителя подвигает деревню работать, проявлять инициативу. Подсчитать, сколько именно молока, мяса, картошки дают частные и фермерские хозяйства, конечно, невозможно. Многие из них ни перед кем не отчитываются. Отчасти потому, что тогда придется платить налоги. О том, что сельхозпроизводство растет, судят по косвенным показателям. В частности, по взятым кредитам. Крестьянин жене на шубу денег брать не станет, только на дело.
Как известно, национальный проект в области сельского хозяйства предполагает субсидирование процентной ставки по кредиту. То есть государство больше не раздает деньги, заранее предполагая, что их попросту не вернут. Оно, поумневшее, освобождает сельхозпроизводителя от банковского процента. Взял миллион - столько же и верни.
Так вот, желающих воспользоваться поддержкой государства стало существенно больше. Если в 2006 году крестьянские фермерские хозяйства взяли целевых кредитов всего на 6286 тысяч рублей, то в 2008 году - уже на 9200 тысяч рублей. Это еще не взрыв деревенского предпринимательства, но явное движение. Активнее владельцы личных приусадебных хозяйств. В 2006 году кредиты оформили на 2187 тысяч рублей, а в 2008 году - на 39409 тысяч рублей. Люди явно потянулись к земле. Больше всех инициативу проявляют в традиционно сельскохозяйственных районах - имени Лазо, Бикинском, Вяземском, Хабаровском.
Чтобы понять, какие деньги экономит для крестьянина государство, надо сказать, что личные подсобные хозяйства кредитуют всего два банка: один до года ссужает деньги под 17,5 процента годовых, а другой - под 17, свыше года - уже 18 процентов.
Так ведь государство еще и субсидии выдает на содержание коров и свиноматок, на реализацию молока собственного производства, проведение сезонных полевых работ (имеется ввиду покупка топлива), поощряет мелиорацию, помогает покупать комбикорма, минеральные удобрения, выделяет деньги на льготное энергообеспечение. Только по этой статье в прошлом году выплачено почти девять миллионов рублей. Тут основную нагрузку берет федеральный бюджет, но свою долю вносит и краевой.
Выходит, есть что нести на рынок? В том же Хабаровском районе личными и фермерскими хозяйствами производится 86 процентов картофеля, 67 процентов овощей, половина всего производимого в районе мяса, 38 процентов молока и 27 процентов яиц.
Рынки, которые у нас пока в проекте, давно работают в соседней Амурской области. Один - выходного дня, куда в субботу и воскресенье съезжаются крестьяне со всей округи, а другой - сугубо крестьянский, прямо на Центральном рынке. Там места хватает и фермеру, и бабушке с пучком зелени и цветком в горшочке. И стоит все по-божески.
Знающие люди утверждают, что рынков нам еще строить и строить. Ибо, кроме обычных, есть еще ранние, как в Украине: открываются они на зорьке, в четыре утра. Надоила хозяйка молока - и парное понесла на рынок. И вечерние, которые открываются, когда мы все идем с работы - а тут тебе только что сорванный на грядке огурец. И рыбные, как в Японии. И всюду торг уместен. Ведь рынок - это прежде всего отношения. Пусть даже товарно-денежные.
Елена Ищенко.
Фото Сергея ПЛОТНИКОВА.