«Идёшь по Хабаровску и то и дело видишь вывески, плакаты, рекламу с ошибками, - пишет читатель П. Дмитров. – Порой даже дикторы говорят неправильно, неверно делают ударения… В наш язык входит масса жаргонизмов, нормой считается уголовная лексика. Неужели пришло время Эллочки-людоедки и с этим ничего нельзя поделать?»

На эти и другие вопросы читателей отвечает заведующая кафедрой русского языка филологического факультета Дальневосточного государственного гуманитарного университета, доктор филологических наук Людмила Городилова.
- Невозможно сохранить русский язык в законсервированном состоянии, он развивается вместе с миром, а мир сильно изменился, - говорит она. - Да, язык стал беднее. Если посмотреть на перемены в нем с точки зрения профессионала, то увидишь нечто неприятное.
Идешь по Хабаровску, читаешь вывески и поражаешься различным перлам. Например, «Картриджы», «Карла-Маркса» с дефисом.
Или вот еще пример: была на улице Московской вывеска, на которой по горизонтали написали слово «будуар», а по вертикали - «стерва». Ладно, согласимся с заимствованием «будуар», но зачем рекламировать «стерву»? Толковые словари русского языка дают объяснение этому слову: «Подлый человек, негодяй». Хорошо, что ее сняли.
Видим на улицах Хабаровска названия - «Сингапур», «Венеция», «Голливуд» и т. д. Некоторые названия поданы латинскими буквами.
Ни в одной стране мира нет такого благоговения перед «заемными» красивыми словами, как у нас. Уж не говорю о щитах с оголенными девицами. Их пошлость бросается в глаза: дескать, она ломается, а техника - нет.
- Где граница, дойдя до которой, стоит сказать: стоп?
- Мы сейчас ужасаемся, что появилась масса новых слов: сейлзменеджер, аккаунтменеджер и т.д. Это неизбежный процесс, который переживаем не только мы.
Сегодня все находится под влиянием лингвистической глобализации, английский язык влияет на все языки. Наступает технологическое изменение мира. Появляется столько всего нового, что язык должен как-то на это отреагировать, чтобы это описывать.
К примеру, сегодняшние стилисты - это фактически парикмахеры. Но ведь слово «парикмахер» тоже заимствованное, в свое время оно вытеснило «цирюльника» и «брадобрея». Нам от этого стало хуже? Мы привыкаем к словам, передаем их следующим поколениям.
Замечательное свойство русского языка заключается в том, что он легко осваивает иностранные слова.
Яркий пример - слово «пиар». Сейчас возникли однокоренные его «родственники» - «пиарщик», «пиарить».
Такое освоение происходит очень интенсивно. Должно пройти какое-то время, чтобы новая лексика «устоялась»: какая-то часть заимствований исчезнет из языка, а какая-то останется.
Что такое язык? Где он: в словаре или в нашей речи? Можно кивнуть на словари: вот где язык хранится. Но, увы, все не могут правильно разговаривать. Не может весь народ быть поголовно грамотным.
Язык формируется живыми людьми.
- Выходит, норму устанавливаем мы сами?
- Есть лингвисты, описывающие норму и дающие предписания. Они говорят: правильно «доцЕнт», «портфЕль» и «процЕнт» и неправильно «дОцент», «пОртфель» и «прОцент». «Кофе» исключительно мужского рода и ни в коем случае не среднего.
Другие лингвисты описывают, как на самом деле люди говорят. И тут выясняется, что «кофе» среднего рода «норма» для подавляющего большинства носителей русского языка.
Более половины россиян говорит «звОнит» вместо «звонИт». Правильно и «кулинАрия», и «кулинарИя». Почему? Ударение в некоторых случаях вариативно. Чтобы не было путаницы, в словарях мелким шрифтом дается сноска «доп.», что значит «допустимо».
Словарь, конечно, создает некую норму, но язык гораздо богаче словаря. Язык - это все пространство говорящих на нем, в том числе безграмотных людей.
Русский язык - один из совершеннейших языков мира. Язык, развивавшийся в течение более тысячелетия, давший прекрасную литературу и поэзию. Ему доверяли самые высокие мысли, на нем молились.
Тургенев говорил о нем: «…нельзя верить, чтобы такой язык не был дан великому народу». Очень надеюсь на это.
Подготовил Александр САВЧЕНКО.