История семьи Пушилиных похожа на страшную сказку с плохим концом. Прежде чем купить квартиру, проверили ее «чистоту». Подключили к этом у юристов, поговорили с будущими соседями. Но как только сделка купли-продажи состоялась, привидениями из темных углов стали возникать претенденты на квартиру, о существовании которых никто никогда бы и не догадался.

Дом бывает с привидениями

Пушилины покупали жилье вот с такой историей: первым владельцем жилья был ветеран войны Алексей Спиридонович Клименко. В 2006-м он умер, а через полгода квартира достается его наследнице, внучке - Надежде Ниловой. Вступив в права собственности, девушка продает недвижимость гражданке Орловой (фамилия изменена).
Настораживало лишь одно: Орлова решила продать квартиру спустя всего два месяца после того, как стала ее владелицей. Однако женщиной она оказалась приятной во всех отношениях, не скрывая поведала Пушилиным, что покупала жилье для своей дочери. Но в семье возникли неожиданные финансовые трудности, поэтому решили его продать. Такое бывает, согласитесь.
Итак, в сентябре 2007 года в квартиру на улице Истомина въезжает новая хозяйка - Татьяна Пушилина. Делает там ремонт, завозит мебель. А в начале зимы, как гром среди ясного неба, - повестка в суд. И все встало с ног на голову.
Выясняется, что Надежда Нилова не имеет к покойному Алексею Клименко никакого отношения. Много лет ветеран жил один, с родственниками, если таковые и были, не общался. Словом, являлся отличной приманкой для аферистов, у которых, как известно, многие одинокие пожилые обладатели квадратных метров находятся под колпаком.
Спустя полгода после его смерти в органах Росрегистрации появляется Нилова. Называется его внучкой и предъявляет решение Кировского районного суда Хабаровска, согласно которому она является полноправной наследницей квартиры на улице Истомина. Как выяснится позже, такого гражданского дела названный суд никогда не рассматривал и никаких решений, устанавливающих право на наследство Ниловой, не выносил.
Предъявленный ею в Росрегистрацию документ был поддельный. Квартиру официально оформляют во владение аферистки. Та ее продает. И, возможно, на этом вся история и закончилась бы. Если бы в один «прекрасный» день, откуда ни возьмись, а точнее из Подмосковья, на горизонте не появляется дочь Алексея Спиридоновича Людмила Алехина (имя и фамилия изменены).
Она подает судебный иск об истребовании из чужого пользования ее наследства в виде квартиры. Так всплывает правда о поддельном судебном решении. Нилова признается в мошенничестве, ей предъявляют обвинение в совершении тяжкого преступления, сейчас его расследованием занимаются следственные органы.
Людмила Алехина преподносит суду вот такую историю: в 70-х годах Алексей Спиридонович жил в гражданском браке с ее матерью. Когда родилась Людмила, мужчина почему-то наотрез отказался признавать, что является ее отцом. Поэтому даже в свидетельстве о рождении Людмила хоть и Алексеевна, но не Клименко, а, как и мать, Алехина.
Гражданский брак рушится, а поскольку Алексей Спиридонович отказывается платить на ребенка алименты, женщина идет в суд. Но во время слушания дела ответчик признает себя отцом добровольно. О чем и говорится в определении о прекращении судебного разбирательства Кировского суда в 1974 году.
Надо сказать, что этот судебный документ выглядит не менее странно, чем судебное решение, по которому квартира отошла гражданке Ниловой. В нем отсутствует самое важное - информация о ребенке. Ни имени, ни даты рождения, ни пола. Кого признал Клименко своим отпрыском, из судебного определения совершенно непонятно.
Эту бумагу в 2008 году Людмила Алехина и предъявляет суду в качестве доказательства того, что является дочерью Клименко. Прилагает документы, подтверждающие выплату алиментов. Приводит очевидцев того, что ее мать и Алексей Спиридонович проживали вместе и во время общего ведения хозяйства у них родилась дочь.
Суд признает, что Людмила Алехина является наследницей и отменяет все совершенные с квартирой Клименко сделки купли-продажи. Жилье переходит в ее собственность.
А проживавшей в нем Татьяне Пушилиной присваивается «почетное» звание - добросовестный приобретатель, что снимает с нее всякую ответственность за махинации с названной квартирой. И разъясняется, что в соответствии с Гражданским правом РФ она может обратиться в суд с иском к гражданке Орловой о возврате денег, уплаченных ею при покупке недвижимости. Орлова же должна истребовать свои финансы у Ниловой, которая, скорее всего, ближайшие несколько лет проведет в тюрьме...

За ошибки суда ответит добросовестный приобретатель

Полжизни семья Дедовых оттрубила по дальним военным гарнизонам Курильских островов, где глава семейства Аркадий служил офицером. В 2006 году ему наконец удается выбить сертификат на квартиру. Посчитали личные накопления и решили покупать жилье в Хабаровске.
Выбор пал на трехкомнатную квартиру на улице Даниловского, в том числе и потому, что как таковой истории, где могли бы затесаться «краеугольные камни», у нее вообще не было.
Жилье продавал Валентин Артюхин. Проживал там с отцом. А когда отец в 2005 году умер, парень приватизировал квартиру на свое имя. В документах государственной регистрации он значился как ее единственный владелец.
Дедовы покупают квартиру, перебираются в Хабаровск... И получают «приглашение» в суд.
Выясняется, что гражданин Артюхин вовсе не одинок. Когда-то это была большая семья - мама, папа и два брата. Все были прописаны в указанной квартире. Потом родители поссорились, и мать с младшим сыном Иваном уехала жить к родственникам. Старший сын остался с отцом.
Отец умирает, а младший Артюхин идет в суд и предъявляет иск к своей матери и брату о признании их утратившими право пользования жильем.
Суд Краснофлотского района Хабаровска удовлетворяет иск в полном объеме. На основании этого судебного решения Валентин Артюхин становится единственным владельцем квартиры.
Евгения и Иван узнают об этом случайно. Обращаются в суд за восстановлением своих прав на жилье. Параллельно обращаются в Росрегистрацию, чтобы выяснить, не намечается ли продажа квартиры, чтобы, если что, ходатайствовать в суде о ее обеспечительном аресте. Но там уверяют, что никаких сделок с недвижимостью не предвидится.
На самом же деле оформление сделки купли-продажи на тот момент идет полным ходом. 21 февраля 2006 года Дедовы становятся владельцами квартиры на улице Даниловского.
А 19 июня того же года президиум Хабаровского краевого суда признает, что Евгения и Иван Артюховы были выписаны из квартиры незаконно. Согласно Жилищному кодексу РФ, временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма не влечет за собой изменение их прав на это жилье.
То же самое сказано в Конституции РФ: «Каждый имеет право на жилище, никто не может быть произвольно его лишен». Кроме того, если гражданин затевает процедуру приватизации жилья, то обязан заручиться согласием на это всех остальных прописанных там людей.
В итоге Евгения и Иван по суду были восстановлены в своих правах на квартиру. Все сделки с ним признаны ничтожными. Дедовы остались без жилья. Теперь они, по идее, должны истребовать деньги, уплаченные ими за квартиру, с Валентина Артюхина. Конечно же, суд признает его должником. Только вот как исполняются такие «денежные» судебные решения, хорошо известно. На это могут уйти годы и даже десятилетия...

Надежда на частных детективов

История еще одной хабаровской семьи, Кирс, нашумела уже на всю страну. Кадры процедуры выселения ее судебными приставами из квартиры, где 16-летний юноша обещал выпрыгнуть из окна дома, если их оставят без жилья, несколько дней крутили по федеральным каналам телевидения.
Эти люди тоже добросовестно купили квартиру. И тоже по решению суда остались у «разбитого корыта». В этой печальной истории примечательны две вещи. Глава семьи - опытный работник правоохранительной системы. Как никто другой он имел все возможности проверить «чистоту» сделки и, конечно же, предпринял в этом направлении все усилия. Но и это не помогло...
Кто бы смог догадаться, что продавец квартиры приобрел ее в свою очередь у дамы, страдающей психическим заболеванием? Причем на тот момент, когда она продавала недвижимость, ни на каком медицинском учете она не состояла, а изредка обращалась за помощью к врачам. Ее родители объясняют, что не желали портить своему чаду будущее, поэтому вопроса о ее недееспособности не поднимали. При этом переписали на нее две квартиры.
Идея объявить ее недееспособной появилась у родственников только после того, как выяснилось, что она продала одну из квартир. Спрашивается, куда они смотрели, когда психически больная дочь оформляла сделку? И кто должен нести ответственность за то, что психически ненормальный человек своими поступками нанес вред гражданам? Врачи или родственники, скрывавшие ее заболевание?
Суд признал, что больная шизофренией дама не способна отвечать за свои поступки, отменил все сделки, совершенные с принадлежащим ей жильем. Семья Кирс осталась на улице.
Разумеется, что герои этих печальных историй собираются оспаривать судебные решения, в результате которых они лишились квартир. Понятно, что тяжба предстоит долгая и еще не известно, чем все закончится.
Между тем, таких случаев по всей России столько, что, похоже, количество добропорядочных приобретателей сравняется скоро с числом обманутых дольщиков. Только в этом году в Москве подобных квартирных историй 27.
Очевидно, что ни юридические экспертизы, ни прочие способы проверки чистоты сделок не дают никакой гарантии.
- Правительство страны должно обратить внимание на эту проблему, - считают в хабаровской правозащитной организации «За права человека». - Должна быть создана независимая страховая компания, где люди могли бы страховать сделки с недвижимостью на тот случай, если впоследствии суд по какой-то причине признает ее недействительной. Ни одна компания в стране сегодня от таких рисков не страхует.
Оксана Омельчук.