Узкая протока наконец вывела лодку к синей глади озера: на высокий берег с ленцой поднимается лохматая собака, даже на шум мотора не реагирует. У дальней излучины виднеется машина, невдалеке несколько лодок под сильными навесными моторами (спасибо рыбе-кормилице). Уже скоро полдень, а Владимировка дремлет: кетовая путина закончилась.

Село, всегда считавшееся больше охотничьим, теперь можно называть рыбацким. Лодки в каждом дворе, а все население в сентябре на кетовой. Впрочем, осенняя путина - дело недолгое, всего-то полтора месяца, а что делать длинной зимой?
Владимир Никитенко во Владимировке живет уж больше десятка лет, безработным он никогда не был.
Хотя соглашается, что охота нынче дорогой стала, да и не такой уж выгодной. Заключил договор с охотпользователями, продали тебе лицензию, заплатил деньги и - свободен. Добычу привези в оговоренные сроки, и все. А как ты доберешься до своего участка, как будешь доставлять добытое в поселок, сегодня это никого не интересует. Когда-то вертолетом охотников на промысел кооп­зверопромхоз забрасывал, с провиантом помогал и прочее. Сейчас?
Оружие, патроны купить нужно, бензином запастись. Лицензия стоит недешево. А продукты, цены на которые сегодня не то что кусаются, а просто озверели?
- Невыгодной стала охота, факт, - крутит головой Володя. - Получается, что затратил на подготовку к охоте - то и выручишь. Молодые не очень-то в тайгу рвутся. Еще к рыбалке интерес у них есть, а таежные навыки многие почти забыли. Охота - занятие трудное, за все ведь отвечать надо. В лесу ты и повар, и прачка, и уборщица в одном лице, да и всякий ли выдержит недостаток общения, информации?..
Володя - обычный охотник, в передовики как-то не рвался, а бывало, свыше сорока соболей за сезон добывал. Хотя соболь - не коренной «житель» этих мест, а завезенный с полвека назад. В районе из пушных зверей водятся ондатра, колонок, белка. Правда, избалованный современный народ ондатру нынче на шапки не берет. Так что хорошо, если соболь попадается часто на участке.
Охотников во Владимировке 28 человек, хотя живут тут 270. Всех кормят в основном озеро и река.
Хотя владимировцам так же, как и всем, было отказано в привычной тони - мол, езжайте рыбачить за 200 километров, на Нилан. Когда спросила, как это расценивают местные жители, ответили мне мудро и довольно-таки мирно: «Как на это реагировать? Да как обычно: власть - это одно, а народ - другое...».
...В конце октября Владимир заезжает на лодке в зимовье. На Новый год охотники обычно приезжают домой, погуляют несколько дней. А потом опять до 20 марта бревенчатое старое зимовье, керосиновая лампа да потрескивание поленьев в печурке...
Недолгий зимний день быстро скрывается за спинами замерзших лиственниц, неглубокий след зверя ведет прямиком в капкан, под толстым льдом бурчит-бьется ручей - да тут философом станешь, в тишине-то, красоте этой. Правду в селе говорят: власть - это одно, а жизнь...
Наталья Платошкина.
Фото автора.