В редакцию «Тихоокеанской звезды» нередко приходят письма читателей, в которых они не просто жалуются на какие-то проблемы, а рассказывают о непростых жизненных ситуациях, в которые они попали. «Может быть, мой горький пример кому-то послужит уроком, - написал нам пожилой автор одного из таких писем. - А возможно, кому-то станет стыдно за свои поступки. Горько ведь жить с нечистой совестью и злым сердцем».

У Карпа Михайловича была заветная мечта - он хотел нынешней зимой совершить большое путешествие. А точнее, побывать в Курской области, под Керчью, в Белоруссии.
- Григорьевну с собой возьму, - думал Карп Михайлович. - Она-то вообще у меня никогда нигде не была, вот ей будет все в диковинку.
Григорьевной он называл свою гражданскую жену Клару, которая после смерти первой супруги жила в его квартире почти сорок лет. Вместе работали на заводе, растили Мишку - ее сына от первого брака, потом строили ему кооператив, потом внуков нянчили - так вся жизнь и шла в трудах да заботах. А вот последние пять лет, когда с деньгами посвободнее стало, начал Карп Михайлович с каждой своей военной пенсии откладывать ежемесячно по пять тысяч рублей. Деньги на хранение отдавал Григорьевне - она их прятала в старом дерматиновом кошельке под матрасом.
- Положишь денежки в Сберкассу, а они - пшик! И нету, - говорила деду супруга. - В моем-то кошельке надежнее, крепче.
Ревизию под матрасом Карп Михайлович никогда не проводил. Поэтому точную сумму сбережений не знал, но прикидывал, что «накапало» там за пять лет прилично.
- И на путешествие нам с бабкой хватит, и на похороны - пышные, с музыкой, и чтобы поминки были приличные. Надо будет показать Михаилу, где лежат деньги, чтобы знал на случай чего, - рассуждал ветеран.
Билеты до Москвы он решил купить втайне от жены. И вообще, путешествие должно было стать для нее сюрпризом. Дождавшись, когда Григорьевна ушла к соседке в гости, Карп Михайлович полез за деньгами. Сунул руку под матрас, нашарил заветный кошелек, открыл... Из серой дерматиновой пасти торчали всего несколько потрепанных десяток. Больше никаких других купюр не было. Старика прошиб пот. «Может, Григорьевна перепрятала деньги?» - с надеждой подумал он. Кое-как дождался возвращения хозяйки, но то, что услышал, повергло в шок.
- Какие деньги? - орала красная от злости Клара. - Кончились они давно! Пальто тебе купили, внукам подарки брали, за ремонт машинки стиральной я отдавала.
- Так там больше 250 тысяч должно было лежать! - возразил дед. - Куда дела, отвечай! Иначе я в милицию пойду, там с тобой разберутся.
В этот же день он написал заявление в местное ОВД. Пришел молоденький лейтенант, опросил Клару Григорьевну. По ее показаниям выходило, что совместного хозяйства супруги не вели, а получая пенсии, просто складывались на покупку продуктов питания и оплату счетов за квартиру. Оставшиеся с ее пенсии деньги она откладывала на сберегательную книжку на свое имя - у нее там накопилось 50 тысяч рублей. Копил ли деньги ее супруг и где их хранил, она не знает. Показания женщины подтвердили ее сын и невестка. Таким образом, материалом проверки не удалось установить факт события преступления.
Получив бумагу об отказе в возбуждении уголовного дела, Карп Михайлович заплакал. А Клара Григорьевна собрала вещи и ушла к сыну. Через месяц она купила с доплатой однокомнатную квартиру на Базе КАФ. Завещала ее внуку.
Л. ЛАРИСИНА.