Самым главным в газете всегда был редактор. За 90 лет у руля «Тихоокеанской звезды» стояли 25 человек - очень разные люди: от яростных большевиков первых лет и репрессированных интеллигентов 1937-го до спокойных прагматиков советского застоя и убежденных демократов последних годов. Но каждый из них был по-своему талантлив и как человек, и как профессиональный газетчик.

Василий Антонов, редактор «Дальневосточного пути» с 1921 по 1922 год.
Журналистом Василий Григорьевич Антонов стал, изготавливая и распространяя нелегальную литературу. Попадал в «Бутырку», от преследования сбегал за рубеж. После февральской революции вернулся на Родину и поселился с семьей во Владивостоке. Был председателем Дальневосточного краевого бюро большевиков, затем избран в Учредительное собрание ДВР. Осенью 1921 года его отозвали в Читу, где он возглавил комиссию по иностранным делам народного собрания и стал редактором «Дальневосточного пути». Позже Антонова назначили представителем Дальневосточного телеграфного агентства (ДальТА) в Японии, но он не порывал связи с газетой. Регулярно отправлял в нее свои статьи.

Николай Чужак-Насимович, редактор «Дальневосточного пути» с 1922 по 1923 год.
- Я познакомился с ним на вечере-диспуте в огромном зале Народного собрания будучи пятнадцатилетним пареньком, - писал журналист «Тихоокеанской звезды» Георгий Безы­мянный. - Зал был переполнен пестрой публикой, характерной для периода буферной Дальневосточной республики: партийные работники, бойцы народно-революционной армии в обмотках и грубых шинелях, бывшие царские чиновники, эстетствующие интеллигенты, меньшевики, эсеры, много молодежи, учащихся. У некоторых в руках свежие номера «Дальневосточного пути» и «Бойца и пахаря».
Председательствовал Николай Чужак-Насимович. Все внимательно слушали человека в поблескивающем чеховском пенсне. Выступал уважаемый большевик-подпольщик (с каторги бежал три раза), известный журналист, литературный критик.
В те двадцатые годы редактор партийной газеты Николай Федорович Чужак-Насимович был фактически организатором и дальневосточного литературного фронта.

Петр Караваев, редактор «Дальневосточного пути» с 1923 по 1924 год.
- Мы все знали этого замечательного старого большевика. Он внес большой вклад в издание «Дальневосточного пути», - отзывался о своем предшественнике первый редактор «Тихоокеанской звезды» Георгий Ржанов.
В конце 1924 года Караваев был избран в президиум Центральной контрольной комиссии и отбыл в Москву. Временным исполняющим обязанности редакции был назначен Андрей Сноскарев.

Георгий Ржанов, первый редактор «Тихоокеанской звезды» с 1925 по 1926 год.
Георгий Александрович прибыл в Хабаровск в распоряжение Дальбюро ЦК партии в начале 1925 года.
- Секретарь Дальбюро ЦК РКП(б) Николай Афанасьевич Кубяк принял меня по-отечески. Я предоставил ему новую смету, список людей, которых хотелось бы пригласить из Иркутска и Новосибирска, - писал Георгий Ржанов.
На заседании Дальбюро предложения нового редактора по изменениям в газете и ее переименованию в «Тихоокеанскую звезду» были приняты единодушно. В редакцию приехали новые люди с яркой судьбой, богатым журналистским опытом и большим желанием работать на Дальнем Востоке. Новый редактор расширял и сеть специальных корреспондентов.
В свое время Ржанов с большой радостью опубликовал в газете поэму Демьяна Бедного «Тихий океан». Поэт, находясь в Москве, специально писал ее для «Тихоокеанской звезды».

Ян Грунт, редактор «Тихоокеанской звезды» с 1926 по 1929 год.
Ян «Тихоокеаныч» - так прозвали Яна Яновича сотрудники редакции. Грунт - старый революционер, политкаторжанин, «правдист».
- Годы каторги и ссылки не ожесточили его. Сквозь стекла очков глядели полные доброжелательности глаза, - писал журналист «Тихоокеанской звезды» Макс Полянский. - Милая улыбка, чаплинские усики. Работать с Яном «Тихоокеанычем» было легко и весело. Он обладал важным для редактора качеством: твердо знал, чего хотел.

Л. Паперный, редактор с 1929 по 1931 год.
В период его работы в «Тихоокеанской звезде» появилось специальное приложение «Рабселькор Дальнего Востока». Оно выходило два раза в месяц. Приложения, первым из которых была «Дальневосточная деревня», давали газете возможность расширять тематику публикаций, более полно наладить обратную связь с читателями.

Иосиф Шацкий, редактор с 1931 по 1935 год.
- Шацкий показался многим в редакции «газетным сухарем», человеком нелюдимым, - писал журналист, литсотрудник «Тихоокеанской звезды» в 30-х годах Виктор Королев. - Все заметили: редактор судит о людях по тому, как они относятся к газете, к делу. Все остальное, казалось, его вовсе не интересует. Как потом выяснилось, с этим выводом «старожилы» поторопились. Как-то мы с коллегами просматривали книгу приказов, подписанных Шацким. Один документ вызвал особый интерес. Ответственный редактор, его заместители и заведующие ведущими отделами, оказывается, получали одинаковую зарплату, а оклад художника превышал редакторский на 50 рублей.
Сам Иосиф Исаакович был великолепным публицистом и опытным журналистом. Вслед за ним в Хабаровск стали съезжаться его воспитанники и друзья по журналистскому делу - Петр Кулыгин, Борис Шишакин, Аркадий Гайдар, Александр Фетисов, Исаак Ховес и другие.

Василий Олишев, редактор с 1935 по 1936 год.
- Я прожил на Дальнем Востоке около четырех лет. Вначале работал заместителем начальника политсектора Дальневосточного крайземуправления, а затем - ответственным редактором газеты «Тихоокеанская звезда», - писал Василий Олишев, член редколлегии пятого тома «Истории КПСС». - Тогда авиасообщения с Москвой еще не было. Центральные газеты приходили в дальневосточный край, в самом лучшем случае, через девять-десять суток. А на местные газеты и прежде всего на «Тихоокеанскую звезду» ложилась большая ответственность. Газетчики проявляли много изобретательности, чтобы на своих четырех полосах давать обширную информацию о нашей стране, о международных делах и в то же время широко и подробно освещать жизнь края.

Александр Швер, редактор в 1937 году.
Александр Владимирович попал под политические репрессии того года. Признан «разоблаченным врагом народа», уволен, арестован и 4 апреля 1938 года расстрелян.

Трофим Калинников, редактор с 1938 по 1943 год.
Тридцатилетний Трофим Георгиевич с группой партийных работников был направлен в Хабаровск из Москвы в июле 1938 года. Дела в редакции в тот момент были не блестящими.
- До меня в течение года сменилось три редактора. А в то время вслед за редактором освобождалась и часть рядовых сотрудников. Все это лихорадило редакцию, отражаясь на содержании газеты, - писал Трофим Калинников. - Но буквально через десяток дней нам пришлось держать серьезный экзамен. Начались события на озере Хасан.
Тогда «Тихоокеанская звезда» снабжала информацией практически все газеты страны, несмотря на удаленность и семичасовую разницу во времени. В дни военных действий у домика редакции на улице Калинина собирались хабаровчане. Им перед уходом на работу хотелось узнать, как наши воины отбивают японских захватчиков. Радиосеть тогда была в городе слабой. Узнав новости в редакции, люди звонили друг другу по телефону.
- Непростыми для редакции были и годы войны. В трудных условиях, на выездах, порой недоедая и недосыпая, сотрудники делали боевую, интересную, содержательную газету, - писал потом Трофим Георгиевич.

Алексей Гребнев, редактор с 1943 по 1946 год.
- Вот мы сидим в ночь на 9 августа 1945 года почти всем литературным составом редакции, планируем первый дальневосточный военный номер, связываемся с корреспондентами, которые уже прибыли в расположение войск, - вспоминал Алексей Гребнев о войне с Японией. - И вот началось! Войска Забайкальского, 1-го и 2-го Дальневосточного фронтов, моряки всеобщей любимицы - Амурской флотилии - пошли в наступление!
Лучшие журналисты «Тихоокеанской звезды» шли вместе с наступающими частями нашей армии. Великая Отечественная война для всех советских журналистов была не только проверкой на профессиональную прочность, это был период взлета нашей публицистики. Не случайно целая плеяда журналистов, в том числе и из коллектива «Тихоокеанской звезды», вошла потом в литературу.

Николай Ильинский, редактор с 1946 по 1950 год.
- Не забуду командировку в Охотск в 1949 году на путину. Я сделал критический материал, после которого мы довольно резко пообщались с первым секретарем райкома партии, - припомнил в одной из публикаций Петр Воронин, литературный сотрудник «Тихоокеанской звезды» тех лет.
Буквально через неделю в Охотск пожаловала представительная группа партийных работников во главе с первым секретарем. С ними примчался и редактор «Тихоокеанской звезды» Николай Ильинский. Вечером в райкоме состоялось совещание. Воронин опасался, что после него выгонят с работы. Но главный редактор лишь заметил, что корреспондента в этой ситуации нужно хвалить, а не ругать.

Александр Масунов, редактор газеты с 1950 по 1952 год.
- Александр Алексеевич был, пожалуй, самым душевным редактором. Ему до всех было дело, - вспоминает сотрудник редакции Мария Александровна Щедрова. - В кабинете не сидел - сам подходил к журналистам, интересовался работой, помогал.
Однажды попросил Марию Александровну (тогда просто Марусю) сходить в кабинет зам­редактора и принести шапку. Мария зашла, хозяина не было. Не возвращаться же с пустыми руками. Девушка осмотрела комнату, шапку не обнаружила, зато на стуле увидела шляпу. Ее-то она и принесла Масунову. Смеялась над ней потом вся редакция! «Шапка», оказывается, на газетном сленге - это название газеты наверху страницы, а вовсе не головной убор.
Правда, в те годы, как бы ни нравился редактор коллективу, на все была воля крайкома партии. Уж чем не угодил ему Александр Масунов, сейчас не важно. Когда он уезжал, сожалел весь коллектив. Даже сфотографировались все на память.

Федор Куликов, редактор газеты с 1952 по 1956 и с 1965 по 1973 год.
В пятидесятые годы, когда осужденных по политическим и даже национальным мотивам начали реабилитировать, в газете подобрался неплохой коллектив. Она задышала «свежим воздухом».
- Выезжай срочно в редакцию, - командовал в 1954 году Федор Георгиевич корреспонденту Яну Гуревичу, который в тот момент находился на пленуме обкома КПСС Еврейской автономии.
А дело в том, что очередная директива о заготовке веточного корма для скота повергла в шок всех крестьян. Где его заготовлять в том же Октябрьском районе, если на все четыре стороны вокруг степь? Ни деревца, ни кустарника, только где-то вдали синеет горбатая полоска сопок.
- Снаряжать за ветками экспедицию за сто километров от стойбищ? - возмущался решением партии Куликов. - Садись и пиши фельетон. В номер!
И писали, да не один. Писали до тех пор, пока в Хабаровский крайком партии не направили с Украины нового первого секретаря. А тот привез с собой и главного редактора. И Куликова быстренько перевели на ответственную работу в Биробиджан, в областную партийную газету. Спустя девять лет, в 1956 году, его вернули на пост редактора «Тихоокеанской звезды». Тут он прослужил до пенсии.

А. Косяк, редактор газеты в 1956 году.
Всем было понятно, что Косяк - человек в газете временный. Отправлен с запада «в партийную ссылку». После назначения он даже семью в Хабаровск перевозить не стал. Ждал удобного случая, чтобы вернуться.
- Он с нами проработал всего полгода, и за это время раза три летал в Киев на свой Крещатик, - говорит Мария Щедрова. - Говорят, у него там был очень красивый дом. Так что мы его толком и не запомнили.
Дмитрий Карпов, редактор с 1956 по 1962 год.
Как вспоминают ныне здравствующие старожилы газеты, Дмитрий Филиппович был одним из первостроителей Комсомольска-на-Амуре. И партия дала ему следующий приказ - руководить краевой газетой.
- Тогда мне было 19 лет, я только закончила курсы машинисток, - вспоминает Вера Сапожникова, секретарь-машинистка. - Он был очень вежливый, нестрогий, молодым давал дорогу. Тогда газета освещала пленумы, совещания московские. Работали, как правило, допоздна. Иной раз пальцы в кровь разбивали. Но коллектив при нем был очень дружный. Более того, в то время и писатели, и артисты, приезжающие в Хабаровск, первым делом шли в редакцию.

Вениамин Лысов, редактор с 1962 по 1965 год.
Он пришел в газету с поста редактора «Молодого дальневосточника». И если с крайкомом партии Вениамин Иванович в течение трех лет находил общий язык, то с коллективом редакции было все не так однозначно. В общем, когда в 1965 году редакцию «Тихоокеанской звезды» перевели в новое здание, на улицу Серышева, 31, Вениамин Лысов с коллективом не поехал. Расстались без сожаления. На пост редактора партия вернула Федора Куликова.

Анатолий Бронников, редактор газеты с 1973 по 1978 год и с 1980 по 1990 год.
Коллектив газеты тогда нуждался в омоложении. И новый редактор только за первый год 12 человек с почетом проводил на заслуженный отдых. Зато начали брать молодежь из университетов страны сначала на практику, а потом и на работу. В это время в газете работали такие звезды хабаровской журналистики, как Вера Побойная и Людмила Малиновская.
- Газета жила в гуще народной, - говорит Анатолий Бронников. - Сенокос, уборка урожая, путина, ударные стройки - где народ, там и мы. По критическим материалам «Тихо­океанской звезды» крайком партии принимал решения неоднократно. Был год, когда с руководящих постов были сняты около 20 человек. Объявляли несметное число выговоров по партийной линии. Первый секретарь крайкома КПСС Алексей Климентьевич Черный сам требовал от нас критические материалы.
В 1978 году Бронникова отправили в Москву на учебу в Академию общественных наук при ЦК КПСС.
- Черный не дал мне до­учиться. Вызвал обратно. Да и я посмотрел, что такое наука - в библиотеках люди книги просто переписывали, и разочаровался. Диссертацию защищать не стал, - признался Анатолий Константинович. - Вернулся в родную газету.
Работать стало труднее. Наступили смутные перестроечные времена. То, что было истиной, день ото дня становилось ложью. Но, несмотря ни на что, Анатолий Бронников поставил свой рекорд - проработал редактором без малого 15 лет.

Петр Перочкин, редактор газеты с 1978 по 1980 год.
Петра Тимофеевича рекомендовал в качестве своего преемника Анатолий Бронников. Новый редактор, как говорят, звезд с неба не хватал. Но был крепкий профессионал своего дела, умел работать и с текстами, и с людьми.
- Он был очень надежный и ответственный. На него всегда можно было положиться. Но не нашел общего языка с Черным. И вовсе он не развалил газету, как сообщал мне первый секретарь крайкома. Когда я вернулся, редакция работала в том же ритме, как будто я и не уходил, - говорит Бронников.

Николай Улаев, редактор газеты с 1990 по 1991 год.
Получил, как говорили, повышение по партийной линии. С поста заведующего отделом крайкома КПСС его назначили командовать газетой. Проработал недолго. Исторические события 1991 года сделали свое дело.

Сергей Торбин, редактор газеты с 1991 по 26 декабря 2003 года.
Это был первый редактор «Тихоокеанской звезды», которого не назначал партийный орган. В августе 1991 года его выбрал коллектив редакции. И вырос он до этого поста не по партийной линии, а по журналистской. Сам многие годы был талантливым и авторитетным автором в краевой газете. Поэтому именно при нем в «Тихоокеанской звезде» произошла перестройка всего газетного стиля - от партийного, близкого к канцелярскому, к современной информационной и публицистической журналистике. Его учениками сегодня считают себя очень многие «лучшие перья» хабаровской и российской печати.
С газетой Сергей Анатольевич прошел и самый трудный ее экономический период - когда ушла руководящая партия, нужно было во многом с нуля выстраивать экономику, подписку, печать газеты. Это был интереснейший человек, который жил и работал главным редактором «ТОЗа» в самое интересное время - на переломе двух эпох. Он во многом определил нынешнюю «Тихоокеанскую звезду».
Покинул свой пост Сергей Анатольевич трагично. Накануне нового, 2004 года он поздравил коллектив редакции, вручил всем подарки и... умер буквально на рабочем месте от сердечного приступа.
Его сменила Людмила Болдырева - первая женщина - главный редактор в истории «Тихоокеанской звезды».
Подготовили Татьяна ВАН, Виктор Илин.