В прошлом месяце мне исполнилось уже 95 лет. Когда началась война, мужа призвали в военкомат и отправили на фронт. Через полгода я получила похоронку.

У меня осталась дочь 11 месяцев. Меня послали работать в здравпункт завода «Дальдизель». Работала по двое суток, некому было сменить. Звонила в детясли, просила, чтобы кто-нибудь забрал мою дочь Лерочку на ночь. Когда все-таки сменят после двух суток, тут же посылали разгружать вагоны с углем. Давали по 10 ватных брюк, окровавленных, их надо было постирать, заштопать и принести.
Нам, тыловикам, было нелегко, мы недоедали, недосыпали. Единственное - пули не летели над головой. Лерочку, как могла, оберегала, отдавала свой хлеб за чекушку молока, сама - впроголодь.
Дочь Лерочка выросла, вышла замуж, родила сына, но не ужилась с мужем и приехала к нам. Я тоже вышла замуж в 1950 году. Через год родилась Татьяна, Лерочка ее страшно ненавидела. Лере на работе дали квартиру. Мы жили в штабном доме, у нас жил внук Олег. Потом Лера вышла замуж вторично, родила дочь Олю, но тоже не ужилась, муж ушел. Оле был один год. Я год бегала к ней нянчить Олечку, а потом муж мой сказал: «Забирай ее сюда, домой, мы так больше не можем». Оля и Олег выросли у меня. Потом у Татьяны появился сын.
Муж мой умер, я решила поменять свою квартиру - у меня двухкомнатная и у Татьяны однокомнатная - на 3-комнатную на ул. Джамбула. Лере очень понравилась эта квартира, она добилась своего, уговорила Татьяну на родственный обмен (втихаря от меня). Лера написала в ЖЭУ документы от моего имени и переехала. Зная ее характер, я бы ни за что не согласилась.
Как только она устроилась, сразу сказала мне, что будем питаться отдельно. За квартиру я ей плачу, за телефон и домофон, а ей все мало и мало. Она часто говорит: «Тебе давно надо в могиле лежать, а ты все ползаешь».
19 марта я получила пенсию, отдала ей 2700 рублей, она кричит - добавляй. У нее две комнаты, балкон, кухня, а у меня - северная комната. Да еще она закрывает двери в свои комнаты, а тут темно. Сегодня она бросила мне деньги и все отключила: горячую и холодную воду, закрыла газ, отключила домофон, я сижу в своей комнате, как в пещере. Она не дождется, когда я освобожу ей комнату.
Добрые люди, что мне делать? Жить просто нет сил. Я все терпела, никуда не жаловалась и вот решила написать вам.
М. Ж.