31 октября 1941 года для Галины Андреевны Федюк, тогда ученицы седьмого класса, стало датой отсчёта другой жизни, отличной от прежней.

Гвоздильный завод, где мама работала медицинской сестрой, спешно эвакуировался. Они с пожитками шли с мамой на вокзал, чтобы сесть в поезд, отправлявшийся на восток. До вокзала не дошли. Через город в спешном порядке отступали наши войска. А спустя час-два в город Артёмовск Сталинской области (теперь - Донецкая), где жила четырнадцатилетняя Галя с мамой, вошли немцы. С первого дня начали устанавливать свой орднунг - порядок.
На столбах появились объявления о добровольном сборе всех евреев. Явиться следовало в летний клуб с документами и ценностями для организованной отправки в гетто. Утром все из них, кто не успел эвакуироваться, отправились на место сбора.
Ночью всех собравшихся расстреляли и побросали в шахту. Через неделю всё повторилось, только уже в отношении цыган.
Чтобы убедиться, что порядок в национальном вопросе решён до конца, немецкая команда пошла проверять квартиры. И тут на глаза немцу попала Галя - чёрненькая, с большими глазами и кудрявыми волосами.
- Юде? - удивились немцы.
Семья была греческая - отец и мать. Отец Андрей Пантелеевич Юрьев работал заведующим сельскохозяйственным отделом райисполкома, мать - врачом. Семья жила довольно обеспеченно - вчетвером в трёхкомнатной квартире. В 1937 году всё рухнуло. Отец арестован как враг народа, сослан в лагерь рядом с портом Игарка. Мать сразу же с работы уволили. Из трёх комнат семье оставили одну комнату и кухню. Целый год мать пыталась устроиться на работу. Наконец приняли медсестрой на гвоздильный завод.
Мать умоляла фашистов, доказывая, что они - греки и что это её дочь. Они сомневались: мама была совсем не похожа на гречанку. Показала паспорт, позвали соседей. Вроде поверили. После ухода немцев мать сразу же, чтобы скрыть курчавость, стала заплетать Гале косу.
Наступил голод. У мамы обострилась старая болезнь. Все заботы по поиску еды легли на Галю. Она ежедневно ходила на рынок, где меняла одежду, домашние вещи на съестное. Потом с подружкой стали ходить к шахтам за солью, сохранившейся в буртах с довоенных времён. Соль меняли в сёлах на продукты. В апреле 1942 года, в светлый праздник Пасхи, мама умерла. Галя осталась одна.
12 сентября, как обычно, Галя с подружкой пошли на базар - в надежде обменять соль на продукты. Всё было как всегда: тысячи людей толкались, шумели, торговались, обменивались… Неожиданно откуда ни возьмись - немцы на машинах. Мгновенно рынок был оцеплен кольцом солдат, и началась сортировка: стариков, калек, пожилых женщин выпускали за кольцо. А всех молодых начали сажать в грузовики, и Галю - тоже. Привезли на станцию, загнали в товарные вагоны.
Так они оказались в Баварии, в городе Нюрнберг. Поселили их в общежитии. Внизу, на первом этаже - охрана, на каждом этаже дежурная. В комнате восемь человек: девочки разного возраста и из разных мест Союза. Определили рабочими на жестяной завод. В одном из помещений девушки собирали деревянные ящики. Галя работала на штамповочном станке - штамповала какие-то детали для крышек ящиков. Первая смена: подъём в пять часов, в шесть строились на улице в колонну и во главе с полицейским шли по сонному городу, гремя по брусчатке деревянными «туфлями»-сабо.
Из общежития на улицу не выпускали. Но если иногда и выходили, например, отправляли убрать в доме хозяина завода, то идти по улице было наказанием: немецкие подростки орали, обзывали «русскими свиньями», бросались камнями…
В начале 1945 г. в город зашла часть армии РОА - «власовцы». Бесчинствовали страшно. Очевидно, среди них было много уголовников. Девочкам лучше было не попадаться им на глаза. Галина Андреевна рассказывает:
- Мы уже чувствовали, что война приближается к нам… Немцы на пленниц уже почти не обращали внимания, на работу водить перестали. А однажды утром вышли из комнаты, дежурной на этаже нет, полицейского внизу нет… Вышли на улицу - весна, тепло, тишина… Навстречу идут солдаты в непонятной форме: чёрные лица, одни зубы блестят… Это были американцы.
Потом американцы собрали всех русских, работавших на заводе, и объявили, что скоро сюда прибудут сотрудники НКВД, поэтому мы вам не советуем возвращаться в Советский Союз - там вас ждут лагеря. Многие мужчины действительно ушли на Запад. Из девушек только двое или трое решили остаться.
Спустя несколько дней появились советские представители и начали каждого подробно опрашивать, составлять анкеты…
И тут судьба повернулась к Гале своей светлой стороной. Она сама об этом говорит так:
- Очевидно, ангел-хранитель наконец-то вспомнил обо мне - решил, что тех страданий, которые выпали на мою долю, уже хватит на всю оставшуюся жизнь.
Когда она подошла к советским представителям и назвала свою фамилию - Юрьева, стоявшие в сторонке полковник с женщиной, как позже выяснилось, это была его жена, насторожились:
- Как твоя фамилия?
- Юрьева.
- А у тебя в Харькове случайно нет родственников?
- Был дядя, Давид Константинович, преподавал в университете…
Женщина обрадованно сказала, что у него училась. А потом начала расспрашивать о семье. Галя сообщила, что у неё нет из родных никого: папу расстреляли, мама умерла, сестра неизвестно где…
И женщина предложила Гале ехать вместе с ними в Чехословакию, а потом домой. Так началась вторая часть жизни. Приехали в советскую воинскую часть, где-то в горах. Галя помогала в штабе, училась печатать на машинке. Осенью жена полковника уезжала в Харьков, Галю взяла с собой. В Харькове поселились в большой квартире, где жила мама женщины.
Галина Андреевна очень сожалеет о том, что в круговерти жизни потеряла связь с этими добрыми людьми, даже не запомнила их фамилию. Тогда, в 1945 году эта семья очень уговаривала Галю остаться жить с ними. Но Галя решила искать родственников.
В 1950 году Галя окончила техникум с отличием, по специальности техник-гидролог. Направляли в Ленинград учиться в институте, она решила работать. Имела право выбора. Выбрала Дальний Восток. В Хабаровске в управлении гидрометеослужбы, тогда оно располагалось на улице Шевченко (здание Географического общества), предложили на выбор несколько отдалённых гидрометеостанций. Решила, что район, названный именем знаменитой лётчицы, самое подходящее место. Так она очутилась на гидрометеостанции Гуга в районе имени Полины Осипенко.
Потом выбрала Верхне-буреинский район, село Чекунда (тогда это был пос. 7 км). Назначили старшим техником-гидрологом на одну из крупных гидрометеостанций. Место ей понравилось. Красивый посёлок на берегу живописной реки Бурея, обилие рыбы, простые люди, честные взаимоотношения… Здесь и состоялась её третья и основная часть жизни. Тут вышла замуж, родила четырех детей, поставила их на ноги. Все четверо получили высшее образование: два врача, инженер и юрист. Сейчас это благодатное село ушло под воду Бурейского водохранилища. Галина Андреевна по программе переселения перебралась в Хабаровск.
* * *
…Передо мной лежит справка из Донецкого управления безопасности Украины: «…13 сентября 1942 года была насильно угнана на принудительные работы в Германию из города Артёма Сталинской области. В городе Нюрнберг работала чернорабочей на фабрике по выпуску изделий из жести. Освобождена 14 апреля 1945 года. Данными о совершении преступлений против Родины в период Великой Отечественной войны не располагаем. Основание: фильтрационное дело
№ 254147. Подпись...»
Галина Андреевна - почётный гражданин Верхне-буреинского района. Жизнь продолжается…
А. КРИКЛИВЫЙ.
Фото М. ИВАНОВОЙ.