Улица Дикопольцева в Хабаровске. Обычный летний день. И вдруг – неожиданность. На асфальте, под ногами прохожих – шум-гам, хлопанье крыльев. И всё это на клочке земли, где человек и ногу-то не сможет поставить. А птичья стая и вовсе напоминает кипящий суп. Если бы не голуби, этот крошечный островок среди несущихся машин никто бы не знал.

Какой-то мужчина разбрасывает зёрна из большой миски: «Ну, здравствуйте, милые!». Голуби садятся ему на плечи, на руки, бьют крыльями. Он гладит их, разговаривает, подносит к лицу, заглядывает в янтарные глаза, целует клювики. Не могу подобрать сочетания звуков, которые соответствовали бы этому диалогу.

Со всех сторон доносится воркование. И человеку непосвящённому кажется, что все голуби одинаково делают «ур-уррр», на самом же деле у каждой птицы свой ритм, тональность и частота.

В то время как многие певчие птицы широко раскрывают клюв, когда исполняют мелодию, рот голубя закрыт. Легко описать выражение собачьей морды, но как описать голубиную?

«СИДИ-СИДИ, КТО Ж ТЕБЯ ТРОНЕТ…»

Увлечение пернатыми у Александра Любимова началось после выхода на пенсию. Фамилия у него говорит сама за себя. Первой спасённой птицей – точнее, птенцом – стала голубка с перебитой лапкой. Выходил, та стала ручной и, как собачонка, повсюду следовала за ним. Она до сих пор прилетает на его балкон уже вместе супругом.

Воробья подшибленного подобрал, стриж не мог взлететь из-за покалеченного хвоста, бельчонок запутался в проводах, щенок попал под машину… 

Замечаю какого-то странного голубя, который выворачивает шею к самому хвосту. Косит на Любимова умоляющим глазом, а он успокаивает: «Сиди-сиди, кто ж тебя тронет…». Эта болезнь Ньюкасла, а в народе – вертячка. Голубь не может ходить, летать и есть, он стоит или лежит на одном месте, при этом вертит головой, выворачивая клюв вверх.

Александр кормит этого пациента с рук, удерживая голову. Других вариантов нет: голубь пытается клевать, но промахивается.

Беда – голуби, побывавшие под колёсами автомобилей, в зубах у кошек. Следы от когтей по бокам. Чаще всего глубокие и с разрывами. Выдранные куски шкуры со спины.

Тут всё, как в человеческой клинике. Первым делом проверяет зоб. Целый зоб – голубь будет питаться. Если зоб порван, то самое трудное – разобраться, как его зашивать.

Следы от когтей промывает перекисью водорода, освобождает от перьев, отрезает «лишние» куски – те, которые оторваны и висят «лохмотьями», дезинфицирует. Его хирургия – обыкновенные ножницы, капроновые нитки, пара иголок, пинцет и йод. Раны мажет «человеческими» мазями, даёт витамины.

ВСЮДУ ЕГО СОПРОВОЖДАЛИ ПТИЦЫ

Ему семьдесят девять лет. Большую часть своей жизни он проходил в морях и океанах на рыбацких траулерах радистом. Любимов день и ночь слушал небо. От Берингова пролива до Антарктики. Где бы он ни был, всюду его сопровождали птицы.

… В его квартире, прежде чем сесть, нужно оглядеться, иначе наступишь на живность. Компания шумная. Когда наступает момент выпускать кого-нибудь на волю, Любимов держит в ладонях тёплый комочек и приговаривает: «Лети, лети лепесток…» Куда занесут крылья этого пациента? Может быть в Африку?

Понятно, что Любимов не заводчик, голубятни у него нет, птицы, которых он опекает – часть городского ландшафта. Они залетели сюда «самотёком», плодятся без остановки.

– Голуби не виноваты в том, что засоряют город «продуктами своей жизнедеятельности». Мы сами создаём среду для их размножения – открытые чердаки и помойки с пропитанием. Бороться нужно именно с ними, а не с голубями, – убеждён Александр Любимов.

Можно ли этого избежать? Хабаровск когда-то был особым городом. Сегодня мало кто о том помнит, но именно у нас открылся первый (!) в Советском Союзе клуб голубеводов. Случилось это в середине пятидесятых годов. Энтузиастов сразу же поддержали местные власти.

В 1957 году Хабаровский горисполком принял специальное постановление «О необходимости развития в городе голубеводства». В нём говорилось прежде всего о том, что следует повсеместно открывать общественные голубятни и расселять колонии декоративных пернатых на центральных площадях и в парках Хабаровска.

Более того, в каждой школе следовало организовать кружок юных голубеводов. Дети должны были вырастить сотни птиц, которым полагалось стать символом мира и украсить собой городские торжественные мероприятия.

Хабаровчанам даже продавали зерно в мелкой расфасовке. На площадях и в парках появились специальные места для кормления птиц. А на Комсомольской площади – ванночки с водой, где уморившиеся от жары пернатые могли поплескаться и утолить жажду…

А что же сейчас? Совсем недавно закрыли сетками крышу дома, где живёт Любимов. Внутри остались гнёзда с птенцами. Птицы, ломая клювы, пытались туда попасть. Несколько дней он ходил сам не свой, поднял всех на ноги, дошёл до прокуратуры, голубей освободили. Случай не первый, не единственный и, видимо, не последний.

ЛЮБОВЬ И ГОЛУБИ

Любимов считает, что кормить голубей хлебом, чипсами и булками – нельзя. Вредны для птиц и обычные семечки – они дают лишь жир и ухудшают работу печени. Голубь при правильном кормлении живёт до 15 лет, однако на улицах города – всего 3–4 года. Самая подходящая пища для птиц – перловка, ячмень, пшеница, кукуруза.

– Принято считать голубей разносчиками грязи и болезней. Но на самом деле они более чистоплотные, чем многие другие, – рассуждает Любимов. – Большинство их болезней не передаются человеку, они опасны только для самих птиц.

Что касается птичьего гриппа, то эта болезнь – миф. В реальности эта болезнь у голубей не встречается.

Птицы требуют ежедневного ухода и, конечно же, немалых денег. При пенсии Любимова в 26 тысяч рублей добрая половина ее уходит на корм. Лето, как правило, – время размножения, поэтому корма требуется больше. Сюда же прибавляются расходы на лекарства и кольцевание.

О голубиной верности Александр Любимов готов говорить часами. Птицы для него больше, чем хобби: как в фильме «Любовь и голуби».

– Про влюблённых супругов, которые в счастливом браке живут, говорят: «Живут как голубь с голубкой». Не зря существует понятие «голубиная верность». Правда, есть и донжуаны с сердцеедками, которые вьются у других гнёзд. Всё как у людей…

Из беседы с Любимовым узнаёшь много интересного. Например, то, что голуби – «халтурщики» в строительстве гнёзд: иногда несколько веточек на голом бетоне на крыше дома – это и есть гнездо.

Кстати, «птичье молоко» на самом деле существует. Дело в том, что при рождении птенцы не могут сразу есть твёрдые зёрна. Поэтому природой устроено так, что в зобу у родителей образуется специальная творожистая масса, которой они кормят птенцов. Именно поэтому у молодых голубей клюв достаточно длинный, чтобы кормиться из зоба родителей, доставая «птичье молоко».

А ещё когда голубка сидит на гнезде, голубь кормит её. Вообще, голуби – прекрасные сиделки.

Многие задаются вопросом: «А почему голуби, когда идут, так смешно дёргают головой?». Дело в том, что у них глаза расположены сбоку. У пернатых монокулярное, а не бинокулярное зрение, как у большинства животных и хищных птиц. Чтобы компенсировать этот недостаток, они кивают головой для глубины восприятия.

Почему голуби не спешат улетать? Как будто ленятся улетать из-под колёс автомобилей? Странное, на первый взгляд, поведение объясняется тем, что в восприятии голубей объекты движутся гораздо медленнее, чем для человека.

Мы не видим птенцов голубей, потому что у них нет стадии развития «слетка» – когда птенец выбирается из гнезда под присмотром родителей. Малыш остаётся в гнезде до полного оперения.

Это ошибка – считать, что мы про них всё знаем! Какой компас приводит их домой? Одни говорят: солнце. Хорошо. Но есть птицы – ночью летят. По звёздам? Возможно. А может, магнитное поле.

Летят они не как, скажем, гуси, всё время махая крыльями. У голубей полёт парящий – огромные расстояния одолевают без изнурительной траты сил. Стая птиц находит столб восходящего воздуха и «ввинчивается» в небо.

… Голуби для Александра Любимова – это и есть восьмое чудо света. 

Александр САВЧЕНКО.

Фото автора.