В пятый раз Хабаровский театр юного зрителя устраивает ночь в театре для самых преданных фанатов сцены. Это не пустые слова: чтобы попасть в круг двухсот избранных и получить билет на театральную «Лаболатолию», нужно было заранее подавать заявки на сайте ТЮЗа и объяснять, почему вы хотите сюда попасть. В итоге залы были набиты под завязку: люди теснились в проходах и на ступенях; в коридорах и даже на крыльце было не протолкнуться. Но оно того стоило.

Новый театр

Вечер начался с того, что сам «Станиславский» с красным клоунским поролоновым носом (Петр Нестеренко) поприветствовал гостей с балкона театра. ТЮЗ изначально задал эпатажный дух: Станиславский-клоун. Где такое видано? По приглашению великого режиссера этой ночью по тротуару мимо зрителей проехали байкеры, окруженные криками восторга и ревом движков, маршем прошел военный оркестр. Площадка перед театром на время превращалась в гимнастический зал, больницу, гоночную трассу.

«Станиславский» в своем приветствии сразу обозначил тему ночи - поиск новых форм в современном театре. Уже внутри - в фойе, где проходили околотеатральные апробации, небольшие зарисовки - я услышал: «Мы не просто рушим, мы ищем крупицу». А потом еще: «Театр должен шокировать».

Так открылась первая ночная театральная «Лаболатолия», то ли шутя, то ли всерьез объявившая отказ от сценической догматики и авангардный подход к современному театру.

Пойдём, кеды купим

Примечательна в плане поиска новой формы постановка свежей пьесы Ольги Стрижак «Кеды» (2011 год). В афише значится «АХТУНГ! Нецензурная лексика», а один из актеров предупреждает заранее: «Знакомого вам до боли «запикивания» не будет». И если в фойе и театральном дворике брани было мало, то на новой сцене актеры прочитали все слова оригинального текста пьесы - правильные и неправильные.

- Мат в театре - уже давно не открытие, это привнесение языка, которым мы все разговариваем, нравится нам это или нет. Как мы к этому относимся - другое дело, - считает Анна Шавгарова, руководитель литературно-драматической части ТЮЗа. - Но мы должны констатировать, что так разговаривают в маршрутках, на улице, и если люди говорят о запрете бранных слов, то, на мой взгляд, речь идет о двойной морали: на кухне у нас ругать, а в театре будем выражаться правильно и изысканно. Что же тогда современная жизнь? Что современная пьеса?

Кеды - пьеса о «герое» нашего с вами времени, пьеса самоотрицания. Ее протагонист - Гриша - парень 26 лет, уволен с работы по собственному желанию, холост, лишен премии, мама, отчим, друзья. НЕ-актер: Гришу играет человек, заранее подобранный на кастинге (Кирилл Шелковников).

Гриша инфантилен, он встречается с друзьями, ходит по клубам, пьет, «дует», иногда принимает наркотики. Его хаотичные движения - из бара «Uno» в бар «Dos» а потом в «Tres», затем обратно в «Uno» - подчеркивают мнимый характер всякого движения Гриши, он лишь вальсирует на одном месте под счет «раз, два, три, раз, два, три, раз…».

Чего хочет Гриша? Для начала купить кеды. На протяжении всей пьесы он пытается достать обувь, но все никак не получается: то денег нет, то друзья зовут на пьянку. Выходит, как у Бунюэля. В фильме испанского классика «Скромное обаяние буржуазии» две семьи с обывательским сознанием на протяжении всей ленты пытаются поесть. Но что-то им мешает, так же, как Грише мешает купить кеды.

Гриша - герой, который оказался никому не нужен. Идея лишних бунтующих двадцатилетних стара, но в нулевых что-то в мире опять поменялось, разрушилось в этих молодых, и теперь им не нужны идеалы опальных диссидентов и крикливых революционеров. Им вообще идеалы больше не нужны. Им, как Грише, «природа нравится». Вот эту аморфность существования, отсутствие какого-либо протеста, бунта, нежелание и лень жизни пытается передать драматург. Для героев пьесы эта лень - нормальное существование, а для театра - новая идея и новая форма; то, что и было заявлено «Станиславским» перед началом ночи.

На посошок

Два других спектакля - «ТЮЗ поджигает звезду» и «Птицы Леонардо». Специфика первого представления - как и других, на это организаторы неоднократно обращали внимание - в том, что главную роль спектаклей авторы отдали людям не из театра, их заранее отбирали на кастинге.
«ТЮЗ поджигает звезду» состоит из нескольких зарисовок, все это - отрывки постановок из репертуара театра. Главного героя каждый раз играют не-актеры. Солдата из «Огнива» и царевну из «Сказки о семи богатырях» показывали студенты-филологи. Митю из «С любимыми не расставайтесь» - юрист.

«Птицы Леонардо» - рассказ о восьми людях-голубях, размышляющих о прошлом, которого не было, и будущем, которого уже не будет.

- В основу спектакля «Птицы Леонардо» легли сказки Леонардо да Винчи. Это очень простые притчевые истории, основанные на морализаторстве и дидактизме. Сейчас моралите не очень востребовано, и потому то, что увидели зрители - фантазия режиссера и актеров на тему сказок художника. Основная идея Леонардо: люди хотят летать, но что-то им не дает вспорхнуть, что-то все время мешает, - говорит Анна Шавгарова.

Под утро самые стойкие зрители собрались на «посошок» в театральном дворике. В пол-пятого мы встретили рассвет, но никто не торопился разойтись, уехать, упасть на теплую кровать; во дворике было куда теплее. В невероятной, волшебной обстановке актеры вперемешку с гостями пели «Если хочешь остаться…», вспоминали ночные спектакли, улыбались…

Алексей ПЕТРУК.