Евгения Мороз - ефрейтор одной из специализированных закрытых воинских частей - признается, что даже не могла представить, что ставшая за 20 лет службы родной армия поступит с ней, как с отслужившей свой срок вещью.

На службу Евгения, как и тысячи женщин, пришла в тот период, когда представители республик, ставших самостоятельными после развала СССР, перестали проходить службу в рядах Российской армии, и сама армия обнищала настолько, что защитники Отечества стали толпами отправляться на «гражданку» в поисках лучшей жизни. В тех условиях каждый выживал как мог, и на освободившиеся места стали приходить женщины, готовые служить даже за армейский паек, позволявший хоть как-то кормить семью. Несмотря ни на какие трудности, делали они свою работу хорошо.

Заболела? Увольняйся!

Но прошло время, и ситуация изменилась. Растет, возвращается былой авторитет, быть военным вновь становится престижно. И женщины стали лишними.

- Вытеснение женщин из армии идет не первый год, - рассказывает хабаровский адвокат Павел Шмаков. - Видимо, существует какой-то негласный указ свыше. Поводы для увольнения находятся самые ничтожные. Ко мне обращаются много женщин-военнослужащих с жалобами на подобные ситуации. Я, как бывший командир полка, прекрасно вижу, что большинство из них выеденного яйца не стоят. Женщин намеренно ставят в такие условия, чтобы они, в конце концов, сами писали рапорт на увольнение. При этом командование совершенно не волнует, что человек, к примеру, совсем немного не дослужил до пенсии или остался без жилья.

История Евгении Мороз - наглядный тому пример. Все началось с того, что пару лет назад она попала на больничную койку. К 45 годам вдруг стало барахлить сердце, скакать давление - оно и понятно, служба в армии здоровья не прибавляет.

Чтобы поддерживать себя в форме, женщине пришлось периодически брать больничный и проходить курс лечения.

Подобные работники даже самому человечному руководителю, мягко говоря, как кость в горле. Особенно в армии, где с личными проблемами военнослужащих считаться не принято. Предложение написать рапорт об увольнении не стало для Евгении неожиданностью. Для нее этот вопрос был давно решен, тем более что до получения военной пенсии ей оставалось прослужить всего несколько месяцев.

Но прежде чем распрощаться с армией, необходимо было решить вопрос с жильем.

Все эти годы она жила в служебной квартире на территории военного городка. После окончания службы никто ее там, разумеется, не оставит, ведь часть закрытая, куда постороннему человеку без специального пропуска не попасть.

По закону, если человек увольняется из армии и имеет определенную выслугу лет, то его вначале должны обеспечить жильем, а уже потом исключать из списков части.

Процедура такова: военнослужащий собирает пакет документов, передает их в «Востокрегионжилье» - структурное подразделение департамента жилищного обеспечения Министерства обороны РФ, где его потом вносят в списки нуждающихся.

Однако выдать ей необходимые бумаги командование части соглашается только при условии, что вначале она напишет рапорт на увольнение.

- В данном случае речь идет о грубом нарушении закона, где четко сказано: военнослужащий вначале должен быть обеспечен жильем, и только после этого уволен, - говорит Павел Шмаков. - Потому что в противном случае человек может вообще остаться ни с чем. События могут развиваться следующим образом: он пишет рапорт на увольнение, потом начинает собирать бумаги.

За это время его исключают из списков личного состава части. И к тому моменту, когда в «Востокрегионжилье» будет рассматриваться его вопрос, он уже, по сути, никакого отношения к армии не имеет.

Я знаю случай, когда человек пытался восстановить свое право на получение квартиры через суд, но проиграл. Потому что у суда возникает резонный вопрос: почему он не занимался квартирным вопросом до увольнения, как того требует закон? Доказать, что во всем виновато командование части, вынудившее тебя написать рапорт, практически невозможно.

Почему отцы-командиры так поступают со своими подчиненными? - вопрос, конечно, интересный. Вряд ли идея сокращения очереди нуждающихся их личная инициатива. Дело скорее всего вот в чем: пообещав военным жилье, государство уже успело пожалеть о своей щедрости и теперь пытается сократить расходы. Какие при этом выбираются способы, никого не волнует.

Евгении, например, пообещали, что если она не напишет рапорт, ее заставят сдавать положенные для ее звания и должности физические нормативы. Всем понятно, что при таком букете заболеваний, который она, кстати, заработала в армии, этого экзамена ей не сдать. И это очень хороший способ уволить ее со службы по «нехорошей» статье, что окончательно лишит ее прав на жилье.

- Ситуация совсем не простая, - говорит Шмаков. - Рассчитывать, что у командования части проснется совесть, не приходится. Остается одно - все делать строго в соответствии с законом. Набраться терпения, обращаться к юристам, заявлять судебные иски, одним словом, бороться. Иначе дело не выиграть.

Приказ: сидеть по служебным квартирам

Виктория Роща пришла в армию вслед за мужем. Тридцать лет назад молоденькой девушкой вышла замуж за офицера-пограничника, уехала из большого города на отдаленную дальневосточную заставу, где тоже стала военнослужащей.

Тот полуразрушенный барак, где они с мужем прожили первые несколько лет, женщина до сих пор вспоминает с ужасом. В других частях, куда они переезжали по долгу службы, условия были не лучше. Но у пограничных войск никогда не было служебного жилья, особенно на дальних заставах, поэтому приходилось довольствоваться тем, что есть.

Своим углом удалось обзавестись, когда в семье было уже трое детей. По договоренности с пограничниками администрация села, где находилась комендатура, выделила им квартиру - оформили договор социального найма.

В прошлом году Виктория решила выйти на пенсию. С мужем они несколько лет назад развелись, дети выросли и разъехались, на Дальнем Востоке ее больше ничто не держит.

По поводу жилья она не беспокоится: положенные двадцать лет она прослужила, квартира, в которой прожила много лет, принадлежит муниципалитету. Так что, по идее, государство обязано обеспечить ее жильем, причем в том городе, который она выберет. И Виктория собралась вернуться домой.

Не тут-то было. На свое заявление поставить ее в очередь нуждающихся в жилье Роща неожиданно получает отказ.

По мнению командования части, квартирой она обеспечена, имея в виду ту самую, которую выделял муниципалитет. То, что ее метраж явно не соответствует тем параметрам, которые устанавливает закон на жилье для военнослужащих, во внимание не принимается.

Роща заключает с администрацией села договор о передаче ее квартиры обратно в муниципалитет. Подписав этот документ, она фактически превратилась в бомжа. Но на командование части этот факт не произвел ни малейшего впечатления.

- Когда я только познакомился с этим делом, у меня сложилось впечатление, что либо командир вместе со всеми его помощниками элементарно не знают законов, либо речь идет о каких-то махинациях. В том, что Роща имеет право на жилье, не было никаких сомнений, - рассказывает Павел Шмаков. - В законе четко сказано, что военнослужащие обеспечиваются жильем за счет ведомства, в котором служат. Никакого отношения к этому органы местного самоуправления не имеют. В свое время муниципалитеты шли навстречу, предоставляя армии жилье. Теперь его пытаются использовать как способ сокращения очереди военнослужащих, которым государство обязано предоставить квартиры. Не исключаю, что в некоторых случаях он работает. Например, эта женщина пошла в суд, а ведь есть люди, которые просто смирились и не стали бороться.
Между тем то, что инициатива лишать людей права на жилье таким способом исходит сверху, нашло подтверждение в другом судебном процессе.

Слушалось дело прапорщика, который в одной воинской части внутренних войск прослужил более 28 лет. Все это время он с семьей жил в служебной квартире, которую и хибарой-то не назовешь. На тот момент, когда прапорщик написал рапорт на обеспечение жильем, одноэтажный барак практически развалился. Тем не менее, ставить его в очередь отказались. В суде выяснилось, что командир части принимал такое решение на основании распоряжения Главнокомандующего Внутренними войсками МВД РФ, где сказано, что жилищный вопрос в подведомственных ему вой­сках должен решаться за счет муниципалитетов. Причем на свет он появился позднее, чем федеральный закон, согласно которому квартиры военным должны предоставляться за счет федерального бюджета. Остается только догадываться, чем руководствуются большие военные чиновники, издавая противозаконные приказы.

Оксана омельчук.