Сегодня золотому голосу  Хабаровского краевого музыкального театра, заслуженному артисту России и Северной Осетии Федору Одинцову исполнилось 70 лет. По этому случаю на сцене театра, которому он отдал более четверти века,  состоится бенефис. Поклонники Федора Федоровича увидят юбиляра в роли Тонио в  знаменитой опере Роджеро Леонкавалло «Паяцы».
- Петь для него также естественно, как дышать, - говорит об Одинцове многолетний завлит музыкального театра, заслуженный работник культуры РФ Тамара Бабурова. -  В этом секрет  артистического дара Федора Федоровича. Самые известные классические оперные и опереточные партии артист исполняет так, как будто они написаны именно для него.  
По воспоминаниям юбиляра, петь он начал еще с детства.
- Помню вечера, когда мы к Новому году всей роднёй пельмени лепили, - рассказывает Федор Федорович. - Приходили мои семейные старшие братья и сестра. Пока лепили, пели на голоса русские народные, украинские и другие песни. Навсегда запомнилось, как мама пела «Тонкую рябину».  На меня это так повлияло почему-то, что я сам ее все время пел. Хотя все вокруг говорили: «Ты же парень, почему ты поешь женскую песню?» А мне очень нравилось.
Однако становиться актером в планы Одинцова поначалу не входило: после десятого класса он поступил в медицинский институт во Владивостоке и проучился там почти год. Но потом понял, что это не его, и вскоре оказался в армии.
- Попал в ракетные войска спецназначения, в тайгу, в учебную роту, - вспоминает Одинцов. -  И вдруг приезжает ансамбль с Красной Речки, который назывался «Мы служим на Дальнем Востоке». Там было очень много хороших музыкантов, например, знаменитый наш трубач Фишер. Они набрали молодых музыкантов, и им нужны были вокалисты. Спел им свою фирменную «Тонкую рябину».
Спустя два месяца пришел приказ: направить Одинцова в ансамбль ракетных войск в Хабаровск.  Стал петь в ансамбле и  учиться на вечернем отделении училища искусств, где и получил  азы вокала. Позже поступил в Дальневосточный институт искусств.
- После окончания вуза меня  пригласили в Свердловский театр оперы и балета, но я ехать побоялся, потому что знал, что там четыре баритона и все лауреаты различных международных конкурсов, - говорит Федор Федорович. -  А «кушать подано» петь не хотелось. И тут приезжает дирижер из Осетии и говорит: «У нас молодой музыкальный театр, хороший куратор - Валерий Александрович Гергиев. Есть один хороший баритон, но он один не потянет весь репертуар».
Одинцов перебрался на Северный Кавказ, где окончательно сформировался как артист-вокалист, стажировался в Большом театре, неоднократно выступал в колонном зале в Москве, получил звание заслуженного артиста Северной Осетии.
Но судьба распорядилась так, что со временем он вновь оказался на Дальнем Востоке, куда, откровенно говоря, не рвался. Просто  у него  жена - хабаровчанка, которая и настояла на переезде.
Так Федор Федорович оказался в Хабаровске и уже, похоже, навсегда. Сначала попал в филармонию, а затем в музыкальный театр. И все  благодаря Юрию  Тихонову и Игорю Желтоухову. Они как-то на концерте  спросили Одинцова: «А почему ты не у нас в театре? Ты же театральный».
Для одних работа - карьера, для других - повинность. А для Федора Федоровича - это образ жизни. Он даже вывел для себя формулу человеческого счастья.
- На мой взгляд, счастье - это когда работа сочетается с твоими способностями, - считает юбиляр. -  Когда есть полное слияние того, что ты любишь и умеешь, с твоей работой. У меня это счастье есть. Хуже нет, когда люди занимаются не своим делом, когда каждое утро надо вставать и идти куда-то только для того, чтобы заработать деньги. Это очень примитивно, ужасно и просто губительно.