Сегодня свою очередную историю рассказывает адвокат, управляющий партнер адвокатского бюро «Слепцов и партнеры», кандидат юридических наук, заслуженный юрист Российской Федерации Михаил Слепцов:

- Наворотив у самого забора целую гору земляного грунта, бульдозер взревел напоследок всей мощью своего двигателя, выпустив из трубы черный клуб дыма непрогоревшей солярки, и бессильно замолк. Дальше делать вскрышные работы было нельзя.

За хилым забором был участок земли на берегу Амгуньской протоки, о судьбе которого руководство ООО «Осипенко металл» (названия организаций и сведения об участниках судебного дела изменены в целях соблюдения Кодекса профессиональной этики адвоката) никак не могло договориться с владельцем участка, пожилым жителем села Оглонги района имени Полины Осипенко Зурисламовым.

Никакие доводы на Рафика Хамитовича не действовали. На контакт он шел крайне неохотно, был груб и упрям. Проект строительства на берегу протоки большого склада горюче-смазочных материалов, предназначенного как для хранения топлива под мощности завершающего строительство золоторудного комплекса, так и для нужд местной электростанции, изучал внимательно, но, похоже, лишь для того, чтобы в очередной жалобе «в инстанции» разнести его в пух и прах.

- Почему под строительство взяли землю именно моей «дачи»? Неужели нельзя было сместить склад выше или ниже по протоке? Я почти тридцать лет эту землю облагораживал, удобрял, можно сказать - душу свою в нее вложил, а вы хотите ее забрать? Не отдам, и весь разговор… - аргументы землевладельца были прямыми, как просеки в тайге, в силу чего опровергнуть их было просто невозможно.

Сам участок, действительно, служил хозяину в качестве своеобразной «дачи», хотя у сельских жителей, дач, как известно, не бывает. Каждый дом на селе - это и квартира и дача. Со своим огородом, садом, баней и другими принадлежностями сельского быта. Рафик Хамитович постоянно проживал в селе в другом доме, а участок на берегу использовал для выращивания картофеля и овощей. Домик на этом участке напоминал домик кума Тыквы из сказки Джанни Родари про Чиполлино: тесный, покосившийся от времени, где жили лишь в летний период.

В один из таких летних дней уговорить упрямца прилетели высокие московские руководители проекта, владельцы компании, и даже министр природных ресурсов края.

- Поймите, отец, - убеждали они, - сместить склад ни выше, ни ниже по протоке нельзя. Мы проводили на этот счет полномасштабное исследование - тому есть препятствия объективного характера. В первом случае склад упирается в скалы, во втором - в пойму реки, в болото, что влечет удорожание проекта в два раза. Это - многомиллионные затраты. Сам проект склада, а не руда, для производства которой он предназначен, окажется воистину золотым. Мы готовы заплатить за вашу землю вдвое, второе больше, чем она того стоит. Готовы выделить землю в другом месте села и аккуратно перенести туда Ваш домик. Можем построить на этом другом месте для Вас новый дом. Соглашайтесь…

Зурисламов был тверд, как скала. На все аргументы и предложения он находил свои возражения, предлагаемую высокую цену отвергал, намекая, что продешевить он не может и обмануть себя не даст.

Золоторазработчикам оставалось только одно - идти путем официальным, изымать землю через суд. Поскольку спорный участок требовался не только для золоторудного комплекса, но и для нужд района ( хранение топлива для муниципальной электростанции), в районной администрации после проведения соответствующих исследований и экспертиз было издано постановление об изъятии участка с выплатой денежной компенсации его владельцу. По закону в таком случае дается год для достижения соглашения с владельцем земли о размере такой компенсации. Год этот, кроме того, требуется, чтобы собственник земли мог за это время решить вопросы с переносом строений, пересадить деревья и кустарники, оспорить, при необходимости, решение об изъятии земельного участка. Если за год соглашение не достигается - вопрос о выкупе переносится в суд.

Кроме того, администрацией было возбуждено гражданское дело об изъятии у Рафика Хамитовича самовольно захваченной им земли. Поскольку за Зурисламовым официально, по данным органов технической инвентаризации, числилось только десять соток спорной территории, они и должны были по решению суда изыматься с определением стоимости выкупа за землю. Остальные восемнадцать соток за забором, которые много лет назад Рафик Хамитович на свой страх и риск«прирастил» к выделенным ему десяти соткам, суд расценил в качестве самовольно захваченных, плата за которые не полагалась, и постановил изъять их без всякого выкупа.

Не дожидаясь вступления в силу решения суда, бульдозеристы, простаивавшие без работы, сели за рычаги и двинули два «Катерпиллера» на участок, начав сгребать плодородную землю с него в одну сторону. Но тут из-за угла дома появился вооруженный двустволкой хозяин земли и по кабине бульдозера хлестанул дробовой заряд… Еще один выстрел грянул в воздух. Ситуация явно выходила из-под контроля, в связи с чем руководство предприятия вынуждено было издать приказ, категорически, под страхом увольнения, запрещающий рабочим какие-либо самовольные действия в отношении спорной территории.

Новый, абсолютно неожиданный поворот получила эта история в краевом суде, куда Рафик Хамитович обратился с кассационной жалобой, сочиненной его дочерью, имевшей юридическое образование. Краевой суд отменил решение суда районного и определил, что восемнадцать соток являются не «самозахватом», а принадлежат Зурисламову в силу так называемой «приобретательской давности», поскольку он открыто и добросовестно владел и пользовался ими более пятнадцати лет.

- Понимаете, у нас впереди тупик. И тупик этот - юридический. - горячился на приеме у нас в адвокатском бюро один из владельцев «Осипенко металл». - Дальнейшее строительство склада без изъятия спорного участка невозможно. Наши возможные самовольные действия приведут к стрельбе, возможным жертвам, уголовным делам, в том числе против нас за самоуправство... Без склада золоторудный комплекс не заработает. Мы потеряем лицо перед инвесторами, краевыми и федеральными властями, всей страной. А изъять участок по суду мы не можем, так как его хозяин официально уведомлен об изъятии только десяти соток, восемнадцать «прихваченных» в документах просто нигде не фигурируют. Нужно срочно найти какие-то юридические ходы и отменить решение краевого суда, узаконившее за Зурисламовым еще восемнадцать соток…

Юридические способы решения этого дела, однако, лежали совсем не в сфере отмены правильного по сути решения краевого суда о полученных Зурисламовым в силу «приобретательской давности» восемнадцати сотках.

Нужно было срочно вылетать в Оглонги, где районный суд назначил рассмотрение нового дела о выкупе законных десяти соток участка, из-за которого в таежной глубинке разгорелась уже далеко не холодная, а очень даже горячая «война».

За иллюминаторами винтокрылой машины, взявшей курс из Бриакана на Оглонги, лежали заснеженные просторы одного из самых красивейших районов Хабаровского края. Протянувшийся от пиков и гольцов Дуссе-Алиня до устья Амгуни, впадающей в Амур в его нижнем течении, район этот знаменит и нерестилищами лососевых в прозрачных, как горный хрусталь, речках, и золотыми приисками с более, чем вековой историей. Множество заповедных мест, лесов и озер еще ждут своих путешественников и туристов. Недра района таят золото и редкие металлы. Ко многим их источникам еще только предстоит добраться.

Суровые бородачи, сидевшие бок о бок со мной в вертолете, летели на очередную вахту, и думали, наверное, не об этих зимних красотах, а о чем-то своем, земном и незамысловатом. Но я поймал себя на мысли, что в том числе и от моей работы зависело - будут ли обеспечены работой на золоторудном комплексе они.
Неделя томительного ожидания суда в Оглонгах, куда из-за транспортной недоступности я вынужден был прилететь заранее, показала, как непросто живется здесь людям. Дороговизна всех без исключения продуктов, жесточайшие морозы за минус сорок пять, ограничения в электричестве и сырые дрова в печи, которую вынужденно топят и днем и ночью - ничто по сравнению с отсутствием хлеба, который в первые двое суток просто невозможно купить из-за того, что ты не заказал для себя выпечку хлеба в местной пекарне.

В судебном процессе я вручил строптивому хозяину злополучного участка уточненные исковые требования. Из них следовало, что обратившиеся в суд согласны выкупить у него не только законные десять соток земли, но и те восемнадцать соток, которые закрепил за ним суд краевой. Поскольку участок имел один кадастровый номер, дополнительных, сделанных за год, уведомлений Рафику Хамитовичу о выкупе вручать не требовалось. Оценка этих дополнительных восемнадцати соток тоже была не нужна. Она легко высчитывалась пропорционально ранее уже оцененным десяти соткам. Соответствующие расчеты суду были представлены.

- Готовы ли стороны к примирению? - спросил, как и полагается, судья.

-Да, наша сторона готова решить дело миром. У меня есть полномочия предложить ответчику Нурисламову мировое соглашение с выплатой ему за весь земельный участок площадью в двадцать восемь соток и за жилой дом на нем двух миллионов рублей. В случае подписания им мирового соглашения на предложенных условиях, деньги готовы выдать незамедлительно, наличными.

Рафик Хамитович долго молчал, затем повернул ко мне красное от мороза и ветра лицо и выдохнул: -«Нет, не согласен. Мне - мало…»

История уже никогда не узнает, на какую сумму он был бы согласен, поскольку полномочий предлагать ему больше у меня не было.

Суд вынес решение, постановив выкупить весь его участок с домом и насаждениями по цене, установленной заключением эксперта - двести семьдесят пять тысяч рублей.

Решение было обжаловано, но оставлено в силе всеми судебными инстанциями, вплоть до Верховного Суда.

Майским теплым утром, под контролем приставов, отвечающих за исполнение судебных решений, «домик кума Тыквы» навсегда исчез под ножом бульдозера. Склад горюче - смазочных материалов, а за ним и золоторудный комплекс были построены. Район получил развитие, люди - рабочие места, страна - золото. Прогресс - неумолим. Его не остановить даже светлым струям Амгуни, а не то, что человеческой жадности и упрямству. Даже в желании заработать на прогрессе должна быть мера.

Михаил Слепцов, адвокат, управляющий партнер адвокатского бюро «Слепцов и партнеры», кандидат юридических наук, заслуженный юрист Российской Федерации.