Название нынешней должности Павла Ивановича Севастьянова звучит солидно и немного длинновато: генеральный директор Хабаровского государственного унитарного авиационного предприятия «Дальавиа».
За плечами его вот-вот пятьдесят пять лет и, без преувеличения, огромный опыт практической работы и рядового инженера по эксплуатации авиационной техники, и первого заместителя командира объединенного авиаотряда, и представителя Аэрофлота в Японии, и, наконец, руководителя предприятия. И, кстати говоря, предприятия, с репутацией и авторитетом которого считаются не только в кругах перевозчиков России, но и в зарубежных авиакомпаниях. Ведь «Дальавиа» осуществляет полеты не только на внутренних линиях, но и во многие города заграницы.
- Павел Иванович, традиционный, но неизбежный вопрос. Став авиатором, хоть и наземником, вы тем самым осуществили свою голубую мальчишескую мечту о крыльях, пламенном моторе и небе?
- Да ничего подобного. Я - коренной хабаровчанин и хотел быть моряком. А все мужчины по отцовской линии в нашем роду - и дед, и прадед - были железнодорожниками. Так что от транспорта я бы никуда не убежал. Но после окончания средней школы случайно увидел объявление о наборе в Киевский авиационный институт. Поступил. Вот так просто и решилась моя дальнейшая судьба. О чем совершенно не жалею. Впрочем, я придерживаюсь принципа ни о чем не сожалеть. Если обо всем, что в жизни не сбылось, тем более в нашей нынешней жизни, сожалеть, ведь никакого здоровья не хватит.
- Кстати, о здоровье. В Японию вы уехали в августе 91-го. Уехали из одной страны, а через пять лет вернулись в страну другую. И стали руководить предприятием, которое сотрясали и продолжают сотрясать серьезные проблемы. И тут генеральному директору нужно железное здоровье. Как вы отрешаетесь от производственных проблем, как поддерживаете в норме свое физическое состояние?
- Отрешаться, как вы говорите, я не умею. Да мне этого и не надо. У меня по ночам у изголовья два телефона - местный и городской. И я себя чувствую бодрым и уверенным, когда ситуацию предприятия держу в руках. Понятное дело, удерживать ее бывает очень трудно. Ведь сегодня в гражданской авиации России царит жесткий закон конкуренции. На Дальний Восток и в страны Азиатско-Тихоокеанского региона хотят летать многие. Идет непримиримая борьба за каждого пассажира. И выдержать ее не так-то просто. Один пример. Рейс Хабаровск - Москва - Хабаровск даже с полной загрузкой, что бывает сейчас не часто, нам обходится в 600 тысяч рублей. «Снимаем» же с него 450 - 500 тысяч. То есть на этой линии мы работаем себе в убыток. Но увеличивать и без того высокие тарифы не можем, потому что это будет не по карману нашим пассажирам. Потери перекрываем сборами на других линиях, например, на Сочи или Краснодар.
В этом году по расходам и доходам наконец-то вышли фифти-фифти. И в основном благодаря тому, что сократили количество рейсов, то есть уменьшили расходную базу.
- В начале июня этого года в Хабаровске был генеральный директор Аэрофлота Валерий Окулов. Было подписано соглашение между Аэрофлотом и «Дальавиа». Оно действует?
- Конечно. Хотя на бумаге всего не предусмотришь и законы конкуренции этим «мягче» не сделаешь. Аэрофлот тоже борется за свою «живучесть». И хотя мы провозгласили партнерство, а не конкуренцию, без соперничества нам все равно не обойтись.
Леонид ГАПИЧ.
Количество показов: 1186