Неизвестно, помнил ли сам Азимов хоть что-то о своей малой родине, поскольку покинул он ее вместе с родителями в трехлетнем возрасте, а уже в восемь стал полноправным американским гражданином.
Дальнейшая биография будущего писателя-фантаста вполне соответствовала американским стандартам: поступил в Колумбийский университет в Нью-Йорке по специальности «химия», поступил в аспирантуру, после начала войны был откомандирован на службу новой родине в Экспериментальный центр морской авиации США. Центр этот оказался вообще местом примечательным: в годы войны вместе с Азимовым там пребывал и Роберт Хайнлайн. Не иначе, морская авиация как-то хитро стимулирует творческие способности индивида. Впрочем, весьма постепенно: после войны Азимов успел защитить диссертацию по биохимии и занять должность профессора Бостонского университета. Лишь в 1958 году Азимов покинул кафедру, заделавшись профессиональным писателем.
Американцам Азимов известен как один из самых плодовитых писателей в истории Штатов, оставивший в наследство библиотеке конгресса более 400 томов своих сочинений.
Российский читатель, бывший азимовский соотечественник, - это нечто иное. Для среднего российского читателя научной фантастики Азимов - это прежде всего цикл новелл про роботов и людей. «Роботы утренней зари», «Я - робот» и прочие. Три закона роботехники так чудно соответствовали жизнеутверждающей комсомольской идеологии, что Азимов все 80-е был, наверное, самым издаваемым на просторах одной шестой части суши фантастом, не считая Стругацких. И самым почитаемым, кроме них же. Потому что все проблемы технического прогресса Азимовым были решены легко и непринужденно.
Азимовские роботы прошли по пути эволюции от домашней няньки до президентского поста (рассказ «Конфликт, которого могло и не быть»), повсюду с легкостью необычайной решая проблемы человечества на основании всего лишь трех элементарных законов. Первый закон: робот не может действием или бездействием причинить вред человеку. Второй закон: робот выполняет приказания человека во всех случаях, когда они не противоречат первому закону. Третий закон: робот заботится о собственной безопасности в тех случаях, когда это не противоречит первым двум законам. Вот и все. Просто и изящно. И на Марсе будут яблони цвести.
Советским романтикам, физикам и лирикам эта идеология всеобщего счастья была близка необычайно. Тем более, что прогресс в СССР касался, в основном, строго засекреченных военных технологий, а в прочих сферах жизни об этом самом разнесчастном техническом прогрессе можно было навоображать чего угодно. И во все уверовать.
Еще одна знаменитая азимовская серия, любимая российской публикой, - трилогия в жанре политического детектива об эволюции Галактической Федерации. Правда, советские и российские переводчики так и не смогли договориться, как адекватно перевести на русский английское слово «foundation», поэтому романы этой серии известны у нас под тремя названиями сразу - «Трилогия об основании», «Трилогия об Академии» и «Трилогия о Фонде». Так или иначе, основой для написания этой серии послужила известная на Западе «История упадка и разрушения Римской империи» английского историка Э. Гиббона. Азимов, не мудрствуя лукаво, перенес идеи Гиббона в далекое будущее, попутно создав новую науку, заворожившую читателей, - психоисторию. Будет ли когда-нибудь таковая существовать в реальности - неизвестно, однако же идея читателям понравилась: за трилогию об Основании (Академии? Фонде?) Азимов получил премию «Хьюго» 1965 года «за лучшую научно-фантастическую серию всех времен».
На исторической же родине, похоже, главное признание заслуг Айзека Азимова еще впереди. 4 января собрание жителей села Петровичи приняло обращение о финансировании дома-музея Айзека Азимова на родине героя. Той самой родине, где писатель, умерший в возрасте 72 лет, провел первые младенческие годы. Что ж, тоже повод для гордости.
Е. МИЛИЦКАЯ (“Утро”).
Количество показов: 638