Первым огромную ель заметил лесной таксатор Федор Иванович Киселев.
- Стой! - крикнул он своему спутнику, в волнении схватив его за рукав. - Невероятная высота!
И старый лесопроходец достал высотомер.
- Чем невероятна? - спросил лесной техник Омельчук, неизменный спутник Кисилева.
- Ты всмотрись! - более сорока метров!
Они подошли к дереву, с которого, нарушив лесную тишину резким криком, слетела потревоженная бурая кедровка. Омельчук скользнул взглядом по серой, в трещинах коре и задрал голову так, что упала шапка. И лишь тогда он увидел пирамидальную вершину дерева, стоящего рядом на небольшом холме. Это был аянский гигант высотой с Александровскую колонну.
Ветви ели начинались почти с 20 метров над землей. Ее серый ствол покрывали глубокие вертикальные морщины. Кругом темнели большие, высотой с шестиэтажный дом ели свиты, каждой из которых было не менее 200 лет. Но увиденный Киселевым гигант значительно возвышался над ними.
Хотя стоял июль, самый жаркий месяц лета, здесь, в верховьях Буреи, дул холодный ветер. Киселев и техник были в перчатках и шубах. Вблизи бежала хрустальная Умальта - быстрая горная речка, богатая форелью, а говоря научным языком, - мальмой.
За лесом поднимался зубчатый, покрытый ярким снегом Буреинский хребет, на его ослепительно белом, режущем глаза фоне чеканно очерченные ели казались исчерна-зелеными пирамидами на мощных колоннах.
Когда Киселев измерил дерево, глаза его возбужденно заблестели:
- Сергей, - не скрывая восторга, вскричал таксатор, - 42 метра! До тебя доходит - 42! Разную ель я встречал - и в 32 метра, и в 37, но такая впервые! Ей-ей, 42 метрика! 10 этажей.
Киселев достал записную книжку и стал рисовать контуры ели, приговаривая:
- Рекордная ель! И для европейской России рекорд. И Каппере опровергает. Профессор считает, что аянская ель выше 40 метров не растет. А диаметр нашей красавицы 175 сантиметров.
- Сколько ей лет? - поинтересовался Омельчук, подбирая с земли небольшие яйцевидные шишки.
- Более 300 лет!
Влаголюбивая аянская ель славится легкой палевой древесиной. Она растет от Селемджи и Зеи до Аяна и Охотья; есть она и на Шантарах, Сахалине и на Камчатке.
Аянская ель - неженка, дерево-мимоза, боится постоянных ветров, любит тень и может расти даже на тонком слое земли, буравя камень мощью своих корней.
На востоке России в горах, на плато и в долинах она образует роскошные леса. Аянские богатыри стоят здесь, молчаливо сомкнувшись кронами и обвешанные аксельбантами из бородатой уснеи - серого лишайника, частого спутника елей. Из уснеи делают антибиотик - усниновую кислоту, а также отвар, которым лечат опухоль ног. У подножия елей ковер из пожелтевшей хвои. По нему бесшумно ступает нога, погружаясь в него по щиколотку. Воздух напоен легким ароматом смолы.
Человек нечасто бывает там, где селится северная аянская ель. Хотя берут много древесины по еловым борам, лесные путешественники нередко видят, что ароматный, напоенный смолой еловый бор совершенно не тронут человеком. Много среди аянских красавцев и поваленных особей. Корни их стелются в верхнем слое земли, отчего ель опасно ветровальна.
Аянское дерево медленно поднимается только первые сто лет. Далее, выйдя из лесной тени, оно растет быстрее. Аянец любит верх-ние склоны гор. Там он ростом и мощью стволов давит все остальные деревья. Прохлада, солнце и влага - главные условия для его быстрого роста.
Вот почему сихотэ-алинское дерево чаще растет выше 500 метров над морем. Кора ели средней гладкости. Она легко отделяется округлыми пластинками. В конце октября земля вокруг дерева обильно усыпана мелкими бурыми крылатыми семенами. При небольшом ветре они поднимаются и плывут темными пчелками по воздуху. К 200 годам аянская ель достигает 30 метров. В этом возрасте отдельные гиганты имеют 40 метров и ствол более 150 см толщиной.
Из семи дальневосточных елей: камчатской, сибирской, глена, комарова, аянской, мелкосеменной и корейской - наиболее рослые три последние. Из них мелкосеменная ель бывает выше 50 метров. У таксатора Комарова есть по ним редкие записи и фотографии.
На вечернем привале у костра Федор Иванович, не по возрасту моложавый и бодрый, рассказал:
- Аянская ель порой не очень хороша: легко коробится и ломается. Но, бывает, прекрасные стволы идут на пианино и для отделки самолетов. Японцы охотно ее покупают. Они пропитывают ель особым составом, и дерево становится прочным.
Хлопот с аянцем хватает, растет ель высоко, доберись до нее, сруби и скати к реке. К тому же сучья у нее очень цепки, очищать их тяжело и опасно для глаз.
Количество показов: 581