Из всех лесов страны наши, дальневосточные, выделяются особенным разнообразием и богатством. Более двухсот видов деревьев и кустарников насчитывает наш зеленый океан! Многие из них нигде, кроме Дальнего Востока, и не растут: кедр корейский, ясень маньчжурский, элеутерококк, актинидия, дуб монгольский, лимонник - разве все перечислишь?..
Несомненно, самым ценным сокровищем Приамурья считаются кедрово-широколиственные леса, где причудливо перемешались северные и южные растения. Ничуть не уступают им по красоте и ценности елово-пихтовники, а уж лиственничники среди других дальневосточных лесов всегда стояли на первом месте. Зимнестойкая, смолистая, ветроустойчивая лиственница украшает мари и тайгу.
Но это богатство, подаренное природой, не вечно. В последние два-три десятилетия лес заготавливался особенно интенсивно. Лесозаготовители добрались уже до самых дальних урочищ, ведут рубки на склонах.
Конечно, работники лесной службы не сидят сложа руки: и двадцать, и тридцать лет назад лесхозы садили деревья. Ведь под лежачий камень вода не течет: сам собой лес, конечно, поднимется на месте рубок, но когда? И каким он будет?
Поэтому десять лет назад управление лесами края всерьез задумалось о будущем дальневосточной тайги. При управлении был создан селекционно-семеноводческий лесохозяйственный центр, в нем начала работать лаборатория генетики и селекции древесных растений - в общем, в лес пришла большая наука.
Лаборатория-то, правда, еще и пяти лет не существует, но результаты есть. Задача у специалистов, которые здесь работают, единственная: выращивать деревья именно с теми признаками, которые «заказывают» ей дальневосточные лесники. К примеру, если дерево растет лет 40-60, то почему бы не ускорить этот процесс.
Звучит фантастично, но науке, оказывается, это вполне по силам.
- Именно такой заказ мы сейчас и выполняем, - рассказывал мне заместитель директора центра по науке Владимир Владимирович Потенко. Он пришел в лабораторию из ДальНИИЛХа. В институте велись подобные работы, но потом финансировать их перестали, а здесь, в управлении лесами, работы идут на широкую ногу. - Мы должны добиться, чтобы кедр не 120 лет рос, а раза в четыре быстрее. К тому же наша задача вырастить дерево с особо плотной древесиной. На «широкую доску» вырастить, так это у лесников называется.
Хабаровское управление лесами в области селекции, генетики и микроклонального размножения древесных растений в Дальневосточном регионе - пионер. Только недавно всем этим начали заниматься приморцы. Правда, мы в этом деле значительно отстали от США, Германии. Хотя в западной части страны этими экспериментами занимаются давным-давно: в Прибалтике существуют уже плантации второго порядка, заложены и неплохо развиваются семенные сады. Там еще во времена застоя поняли, что рубить надо леса искусственные. На Дальнем Востоке всегда под рубку шел естественный лес: а чего жалеть - тайги-то море!..
Было море. Нынче год от года оно «мелеет»: мало того, что миллионы кубометров пошли под топор, еще и пожары тайгу доконали. Только в 1998 году в огне погибло больше 2 млн. гектаров леса. В прошлое лето в крае было 1279 очагов таежных пожаров!
Жизнь вразумляет: садите лес, а потом из него берите необходимые для экономики кубометры (подразумевается, что искусственный лес расти будет быстрее, а древесина станет качественнее). Но все зависит от того, насколько интенсивно будут вести селекцию наши ученые.
И прежде всего - отбор лучших семян. Не секрет ведь: от плохого семени не жди доброго племени... Сотрудниками селекционно-семеноводческого центра и лаборатории заложены лесосеменные сады возле села Вишневка. Там поднимают голову от земли крошечные сеянцы кедра корейского и лиственницы: словно ежики в зеленых иголках, стоят плантации. Пять тысяч прививок здесь на деревьях было выполнено всего за год - кропотливая работа. Через пять лет кедр начнет плодоносить, шишки соберут, из них отберут лучшие семена - они и дадут основу новому лесу. Где посадят саженцы? Хотя мест для этого вроде бы много, но на то и существует лесосеменное районирование: если взяли черенки в Вяземском лесхозе, допустим, там и садить надо. Подход, обоснованный наукой, опытом проверенный.
- Селекция - процесс долговременный, до достижения конкретного результата надо работать не годы, а десятилетия, - В. Потенко искренне считает свое дело самым важным, самым разумным и нужным. - Конечно, за рубежом вовсю говорят о селекции высоких технологий, но в России она пока не развивается. В Южной Корее, например, в растения внедряют ген человека (ответственный за синтез лекарственного вещества), те наращивают ткань и выделяют нужное лекарственное вещество... Там государство на генетику не жалеет денег. Не то, что у нас.
О государстве промолчим - ведь лаборатория центра существует исключительно на деньги, выкроенные краевым управлением лесами. Хорошо, что оборудование помогло купить общественное объединение «Модельный лес «Гассинский». Выделяла деньги фирма «Римбунан Хиджау», работающая в районе им. Лазо. Оборудование используется в лаборатории в основном импортное, за доллары купленное.
Кроме селекции и генетики, сотрудники лаборатории занимаются вопросами микроклонального размножения. Людмила Алексеевна Иванова показала мне множество пробирок в климатокамере - в них живут крошечные землянички, гвоздики, лиственницы, тис, березки. Потом березу из пробирки высадят в почву - через три года эти плантации уже и не узнаешь!
Но если говорить в целом о развитии нашей лесоводческой науки, то в генетике и селекции древесных растений мы пока все догоняем и догоняем другие страны. В Канаде уже перешли на закладку лиственных садов второго порядка (испытали, насколько хорошо растет потомство, из его семян новые сады заложили). Американцы вышли на высокотехнологичную селекцию: смотрят в хромосоме, где нужный ген располагается, берут в питомнике нужные сеянцы и сажают. Конечно, чтобы такие суперсовременные генные технологии внедрять, нужна солидная база: большая лаборатория, отличное оборудование. То есть не про нас еще это.
Самое парадоксальное, что только в отдельных регионах есть прорывы, а в масштабах всей страны перспективы лесной селекции пока еще очень туманны, как писал недавно один из сотрудников НИИ лесной генетики и селекции в «Лесном журнале». Ждет селекцию либо упадок, либо застой - о быстром ее развитии никто говорить не решается.
Но дальневосточные леса гибнут, и хочешь не хочешь, а приходится думать о будущем, то есть о внедрении самых современных методов селекции. В краевом управлении лесами именно такая цель и поставлена.
Наталья ПЛАТОШКИНА.
Количество показов: 653