«Гидролиз» - слово не русское. Учебник химии объясняет российскому школьнику, что гидролиз - это «реакция обменного разложения соединений с водой».
- Вот-вот. Разложили Россию, - согласилась тетя Валя, жительница села Екатеринославка, что неподалеку от села Хор. - И тащут, и тащут с Хорского гидролизного эту вонючку. А народ-то спивается!
Тетя Валя основательно подзабыла азы экономической географии. А газеты ей читать некогда. Она не знает, что в России работают 13 гидролизных заводов. И что с декабря прошлого года все они перешли на осадное положение.
Тихая война, которая началась в кабинетах правительства России еще в середине прошлого года, уже к марту нынешнего стала напоминать «министерию-бум». Это стало очевидно, когда два министерства - Министерство по налогам и сборам и Минэкономики - схлестнулись вокруг «краника» Хорского гидролизного завода.
Этапы большого пути
Почти пятьдесят лет назад Хорский гидролизный завод построили для того, чтобы он давал стране кормовые дрожжи и технический спирт. Спирт шел хорошо: социалистическая экономика «потребляла» его с большим размахом.
Совсем другое случилось при капитализме. Предприятия встали. И продавать технический спирт стало почти что некому. А водку делать из него нельзя.
Именно тогда, в начале 90-х годов, Хорский гидролизный завод и начал выпускать «вонючку». Если говорить народным языком. Или, если говорить языком научным, ВОКЭ - высокооктановый компонент на базе этанола. Наука утверждает, что ВОКЭ - это прекрасная присадка к бензину и здорово повышает его октановое число.
Но у нефтеперегонных заводов Хабаровского края на сей счет оказалось другое мнение. Закупать ВОКЭ у Хорского гидролизного завода они не стали, а улучшать качество бензина по сей день предпочитают старыми дедовскими методами: путем модернизации производства.
Отдельное мнение по поводу «вонючки» сложилось у народа. Еще год назад в районе имени Лазо меня хлебосольно потчевали «отличной хорской водочкой».
...В том, что народ «оценил» и «принимает на грудь» так называемую «присадку к бензину», есть, конечно, свой секрет. Производственный, так сказать. Процентов на 98 «вонючка» - это тот же технический спирт. И только в самом конце технологической цепочки в него добавляется яд - диэтилвталат.
Из-за этой капли яда и разгорелась министерская война.
Если бы не эта капля яда - «вонючка» не была бы «вонючкой». Она была бы простым техническим спиртом, облагалась бы акцизом и стоила бы дороже.
Но вместе с каплей яда «вонючка» - уже не спирт, а присадка к бензину. Акцизом не облагается, стоит дешево и... собственно, этого оказалось достаточно, чтобы ее взяли на вооружение все подпольные алкогольные «заводы» Дальнего Востока. Литр «вонючки» на литр воды - четыре бутылки «паленой» водки.
«Вонючка» так здорово начала продаваться, что лет шесть назад Хорский гидролизный завод окончательно забросил производство кормовых дрожжей. Перестал делать ставку на технический спирт (плати с него акцизы!). И начал наращивать объемы производства ВОКЭ.
В 1998 году объемы производства ВОКЭ выросли на 70 процентов.
В 1999 году Хорский завод выпустил ВОКЭ в полтора раза больше, чем предприятие «Спиртовик» - пищевого спирта. Для сравнения: предприятие «Спиртовик» питает своим спиртом ликеро-водочную промышленность Хабаровского края. Неужели размах теневой алкогольной промышленности в полтора раза шире?
Крепкий орешек
Несколько раз краевая налоговая инспекция предпринимала попытки проверить предприятия, которые закупали у завода крупные партии ВОКЭ - более 50 тонн. Дабы спокойно, без эмоций спросить: в каком производстве задействована жидкость? Однако отыскать эти фирмы... не удалось. Парадокс какой-то. Фирма закупает эшелон(!) ВОКЭ и испаряется. Нет ее в природе, нет по указанному юридическому адресу, руководители - в розыске.
В общем, хоть ты тресни - все указывало на то, что эти эшелоны уходят в сторону подпольных водочных цехов. К слову, и самих цехов становилось все больше по мере того, как росли объемы производства ВОКЭ. В 1997 году милиция накрыла 52 подпольных цеха, в 1998 г. - 138, в 1999 г. - уже 206... Помню, еще два года назад начальник краевого УБЭП Александр Таталин, давая пресс-конференцию, взял калькулятор и тут же, при журналистах, подсчитал, что за год криминальные группировки в состоянии изготовить из хорской «вонючки» 30 миллионов бутылок «паленой» водки. «Эти же 30 миллионов бутылок не смогут продать нормальные ликеро-водочные предприятия», - предупреждал Александр Таталин.
И что? Уже в марте нынешнего года стало ясно, что только за три месяца ликеро-водочная промышленность края в одночасье потеряла пятую(!) часть своего рынка. Оно и понятно. Бутылка «паленки» сегодня стоит самое большее двадцать рублей. Ведь криминальные структуры не платят ни налогов, ни акцизов. Куда с ними тягаться легальному производителю?
...В стране бушевала очередная кампания «ужесточения» оборота алкоголя, а тринадцать российских гидролизных заводов потихоньку сводили на нет все усилия правительства. Нельзя сказать, чтобы правительству это сильно нравилось. Еще в 1998 году оно решило обязать гидролизные заводы получать под производство своей продукции квоты.
Выдачу квот «повесили» на Мин-экономики России, которое к сему вопросу подошло весьма странно. Вскоре оно заключило с каждым из гидролизных заводов захватывающее соглашение по типу: «Возьмите квот, сколько унесете». Заводы по-прежнему шпарили на полную мощь, но теперь считалось, что их деятельность регулируется.
Однако такому раскладу воспротивилось Министерство по налогам и сборам. Под его давлением Мин-экономики было вынуждено начать урезание квот. Но теперь взбунтовались гидролизные заводы.
- Когда Минэкономики нарушило соглашение и начало давать меньше квот, чем нам было нужно, мы решили: обойдемся совсем без квот, - рассказал мне директор Хорского гидролизного завода Эдуард Ли.
Одним словом, в прошлом году гидролизные заводы России в одностороннем порядке начихали на правительство и на его квоты. Но эту «бархатную революцию» Минэкономики почему-то проглотило молча. Более того, очень странная вещь произошла в июле прошлого года, когда хабаровский губернатор Виктор Ишаев издал постановление за № 302, в котором ужесточил Хорскому гидролизному заводу порядок оформления документов на получение квот. Говорят, в краевую администрацию тут же позвонили из Мин-экономики и сказали:
- Эй, вы чего там делаете?
Не знаю, какой там был интерес у Министерства экономики или отдельных его чиновников, но постановление в результате так и осталось «нерабочим».
«А кто будет за Путина голосовать?»
Тем временем Министерство по налогам и сборам решило твердо вцепиться зубами в гидролизные заводы. Шутка ли! Из-за них начали задыхаться российские производители алкогольных напитков, которые выдают на-гора столько налогов и акцизов.
15 декабря прошлого года у налоговиков появился «разящий меч» в виде нового постановления правительства. Постановление обязало всех и вся получать лицензию на производство ЛЮБОЙ спиртосодержащей продукции. Даже если это - «присадка к бензину».
Гидролизные заводы по обыкновению встретили постановление молчаливым саботажем. Министерство ответило инспекторскими проверками. С декабря прошлого года по февраль нынешнего налоговики (в том числе - представители министерства) совершили три выезда на Хорский гидролизный завод. Три раза попросили оформить лицензию на производство ВОКЭ. Три раза указали на необходимость автоматического учета спирта при производстве ВОКЭ. Безрезультатно.
И тогда Министерство по налогам и сборам отдало команду: перекрыть «краник» заводу!
1 марта сего года представители налоговой инспекции и милиции приехали на завод, чтобы блокировать производство. Почувствовав, что на сей раз дело пахнет керосином, представители завода бросились звонить в Минэкономики, краевую администрацию и прокуратуру. «Блокировать производство? - гудели далекие телефонные голоса. - Да в поселке после этого начнется бунт. А кто будет за Путина голосовать?».
Именно таким незатейливым образом гидролизный завод и отыграл первый тайм. Но уже в конце марта краевая налоговая сделала «ход конем» и оштрафовала завод на 83 тысячи рублей за производство ВОКЭ без лицензии. Завод в долгу не остался и подал иск на действия налоговой в краевой арбитражный суд. Но не 83 тысячи рублей было так жалко заводу. В суде он пытался доказать гораздо более принципиальный постулат: постановление правительства о лицензировании не имеет никакого отношения к производству ВОКЭ, а значит, действия налоговиков незаконны.
Сутяжничество длилось еще полгода. За это время суды двух инстанций успели отказать заводу в удовлетворении иска. Но завод подал кассационную жалобу и продолжал гнать ВОКЭ в усиленном режиме. Эксплуатируя свои производственные мощности, как подсчитали налоговики, на 113(!) процентов. Наверное, на заводе понимали: «золотое время» вот-вот кончится, и пытались выжать из него последнее.
Предчувствия завод не обманули. Месяц назад уже Федеральный арбитражный суд Дальневосточного округа подтвердил решения судов двух предыдущих инстанций и в иске Хорскому гидролизному заводу отказал.
И только тогда производство ВОКЭ было, наконец, остановлено до получения заводом лицензии.
Что для завода равносильно смерти.
Почти Соломоново решение
Нет, сам завод никто не останавливает, вопреки сообщениям в некоторых газетах, которые поспешили его похоронить. Хорский гидролизный по-прежнему работает. Но выпускает он сегодня только технический спирт.
«Нормальный» спирт. Тот, что используется в реальном секторе экономики и по всем правилам облагается акцизом. Но именно это-то обстоятельство так и печалит администрацию завода. Оно печалит ее гораздо больше, нежели нависшее над заводом уголовное дело. Его недавно возбудило управление по борьбе с экономическими преступлениями УВД края по 171 статье УК - «незаконное предпринимательство» (им, по мысли следствия, являлось длительное производство ВОКЭ без лицензии).
Но какое значение имеет это уголовное дело теперь! Ведь производство только технического спирта «добьет» Хорский гидролизный гораздо раньше. Причина проста. Производство «нормального» спирта строго контролируется. Произвести его можно только в том количестве, какое предварительно заказали для своих нужд реальные предприятия.
Реальных предприятий, которые сегодня используют «в мирных целях» технический спирт, в крае не так много. Всех имеющихся ныне заявок Хорскому гидролизному заводу хватит максимум на пару месяцев работы. И дальше... выходит, остановка?
Похоже на то. Даже если завод получит лицензию на производство ВОКЭ. Ведь лицензия предполагает, что отныне ВОКЭ тоже должен будет производиться ровно в том количестве, какое предварительно закажут реальные предприятия.
Но все понимают: таких реальных предприятий нет. Ибо до сих пор получателями «вонючки» были фирмы-однодневки.
Почти панические нотки звучали на совещании, на которое неделю назад в краевой администрации собрались представители гидролизного завода, властей района имени Лазо и разных ведомств. Представители краевой администрации советовали заводу «вспомнить» и вновь запустить производство кормовых дрожжей. Председатель крайсовпрофа В. Качимов советовал «надавить» на нефтеперерабатывающие заводы, чтобы они начали брать ВОКЭ для производства бензина... В общем, добрых советов хватало.
Но участники совещания и сами понимали, что почти все это - из области научной фантастики. И, промучившись не один час, сошлись все-таки на грешной прозе: надо ходатайствовать перед налоговой инспекцией, чтобы она разрешила заводу выпускать ВОКЭ «до получения лицензии».
Если кто не понял - совещание сошлось на том, что заводу неплохо бы и дальше (правда, «временно») нарушать закон.
Что к этому еще добавить?
Виртуальная банальность
Впрочем, можно и добавить. Судьба завода, конечно, не могла не волновать Хабаровскую краевую администрацию. Ведь Хорский гидролизный - не какое-нибудь там «акционерное общество». Это краевое государственное унитарное предприятие. «Стопроцентная» собственность края.
И в этом есть какой-то зловещий сюрреализм.
Завод, принадлежащий краевой администрации, фактически работает на криминальные структуры, выгоняя сырье для подпольных алкогольных цехов. Известно, что подпольная алкогольная промышленность находится под контролем азербайджанской криминальной группировки, которая, в свою очередь, отстегивает «общаку».
Но почему «общак» должен кормиться от краевой собственности?
Более того, если уж отслеживать порочную цепочку до конца, получается, что криминальные структуры исправно платили... налоги в краевую казну! Этот механизм еще два года назад, помнится, вскрыл на пресс-конференции начальник краевого УБЭП Александр Таталин. Тогда он рассказал журналистам, что налоговая полиция вынуждена (в счет долгов завода по налогам) забирать на заводе ВОКЭ по себестоимости, а затем продавать его через некую то ли компанию, то ли общественный фонд.
Кому продавать? Ну кому еще, если предприятия реального сектора экономики в «вонючке» не нуждаются...
Полученные таким образом деньги поступали в краевую казну в виде налогов. А «вонючка» поступала... надо полагать, куда обычно.
Но неужели такой «обмен» может устраивать собственника завода - краевую администрацию?
Наверное, нет. Но когда доходит до конкретики, обычно вспоминают, что Хорский гидролизный завод - предприятие градообразующее. Что его закрытие повлечет за собой массовую безработицу. Что котельная завода в зимний период отапливает половину поселка...
И все это так. Но отопление той самой половины поселка уже давно решено было передать энергетикам. Решение не выполнено. И никто сегодня не вспоминает, что еще не так давно в поселке Хор было еще одно градообразующее (и весьма мощное) предприятие - Хорский биохимический завод. Складывается впечатление, что его реанимация волнует край куда меньше. Почему?
Почему вопрос о том, что можно частично перепрофилировать Хорский гидролизный завод (под выпуск кормовых дрожжей, розлив минеральной воды) встал только сегодня, когда деваться стало некуда? Разве один год мозолил он глаза и властям, и правоохранительным органам края?
На эти вопросы сегодня нет ответа. Потому что в одночасье он появиться не мог. Похоже, привычка жить за счет «товарно-денежного обмена» с криминальными структурами очень уж прикормила район.
...Коварное все-таки это явление - гидролиз. Реакция обменного разложения.
Ольга НОВАК.
Количество показов: 701