В поселке видели, как девчонки в этот день тащили домой сумку «паленой» водки, бегали занимать у кого-то денег. В подъезде, где в пятикомнатной квартире обитает семья Пугачевых, особого внимания на эти хлопоты не обратили. А если бы и знали, что одной из девочек исполняется 16 лет, то вряд ли, наверное, пришли бы с подарками и поздравлениями.
Квартиру эту с некоторых пор многие считают не просто «нехорошей», но опасной для всяческих посещений и контактов. Поскольку в ней нередко собиралась молодежь далеко не самого примерного поведения из поселка Мирного и окрестных сел.
Не было в тот день, несмотря на его знаменательность, дома и матери. По наблюдениям односельчан, она давно перебралась к одному из вернувшихся с прииска «золотушников», оставив пятерых детей хозяйствовать самостоятельно. Навещала их лишь время от времени, видимо, в моменты протрезвления. Но в этот день мать в доме не появилась. Молодежь развлекалась самостоятельно. По словам старшей из сестер, Ирины, когда ей сообщили, что четырнадцатилетняя Аня с подругами Юлей и Верой закрылись в одной из комнат, она не придала этому особого значения - мало ли какие у девчонок секреты. Спохватилась, когда Аня выскочила на кухню с побелевшим лицом и со словами: «Мне плохо, я выпила мамино лекарство, 200 таблеток».
Почему противотуберкулезные препараты, выданные матери семейства для лечения, лежали в таких количествах в брошенном ею доме, отдельный вопрос. По словам Иры, сначала она пыталась помочь сестре домашними средствами. Но когда та рухнула без сознания на пол, испугалась не на шутку и отправила одну из «отравленниц» - Юлю, к знакомым, чтобы вызвать по телефону «скорую». Добравшись до телефона, девочка тоже свалилась без чувств. Пришлось отправлять в больницу и третью подружку - четырнадцатилетнюю Веру.
Случаи попыток самоубийства среди детей - не редкость. По статистике, которую ведет врач краевого центра психического здоровья Константин Сливко, который консультирует больных токсикологического отделения Хабаровской десятой горбольницы, показатели эти год от года растут: в прошлом году 140 случаев, в нынешнем уже за 170. А тут еще и не отдельный случай, а коллективная попытка самоубийства. Почему?
Этим вопросом озадачены и в школе. Директор средней школы Валентина Павловна Богданова считает, что как бы сами девочки не объясняли случившееся, причина в том, что все они из неблагополучных семей. Учителя были у Пугачевых накануне этого дня рождения. Из съестного дома был килограмм рожек. И все.
- Мы, конечно, стараемся и одеть-обуть, и накормить детей из таких семей. Но если дома постоянно пьянки и дебоши, родителям не до собственных детей, разве этим поможешь ребенку? И самое главное, что семей таких становится все больше, - рассказывали в школе.
В последние годы Мирный постигла участь многих других сел: единственная кормилица - мощная ПМК - приказала долго жить. Но у жителей этого поселка, казалось бы, все же есть важное преимущество по сравнению с глубинкой: рядом краевой центр, где при желании можно найти работу. Сгубила народ, по мнению мирнинцев, «паленка», и то, что через поселок проходит оживленная автотрасса. Желающих каждый день зарабатывать себе на хлеб где-нибудь на городских стройках или за прилавком днем с огнем не сыскать.
- Летом девчонки мыли машины на трассе, что-то пытались заработать самостоятельно. Дети из таких семей рано взрослеют и воспринимают свою жизнь естественно, что, наверное, самое страшное, - рассказывала директор школы. - Рано успевают распробовать спиртное, в четырнадцать лет накрашены, приодеты, девочки симпатичные. Вере очень тяжело дается учеба. Аня тоже, конечно, не книжная девочка. Юля нигде не учится и не работает. В поселке все на виду, поэтому, когда знаешь, что у одной дома накануне было, что у другой, видишь, что они пришли в школу, - уже радость. Недавно у нас в бывшем детсаде открыли приют и стали сюда свозить детей со всего района. А, наверное, вполне можно было бы под завязку нашими заполнить...
В милиции на вопрос о происшедшем в доме Пугачевых нам сказали, что этим занимается инспектор по делам несовершеннолетних. Он - один на несколько сел, так что держать под контролем квартиру, в которой дети живут без родителей, лишь под присмотром старшей сестры, немыслимо. Кто еще в Мирном мог удержать девочек от обочины, спиртного, таблеток?
Происшествие, конечно, не осталось незамеченным в поселке, но многие уверены, что никакой попытки самоубийства вообще не было. Просто компании не хватило спиртного, и девчонки решили добавить кайфа таблетками. Соседи считают, что в «нехорошей» квартире смерть ходит за детьми по пятам. То по недосмотру или за компанию газом травились, пока его не отключили за неуплату. То у кого-нибудь из девочек оказываются порезаны руки-ноги. И во время расспросов они рассказывают, что «в одурении» это совсем не больно, но зато интересно.
У Валентины Павловны Богдановой свои наблюдения: в той нечеловеческой, не по возрасту трудной и опасной жизни, в которую брошены дети, не только другие ценности и понятия, но и другое отношение к боли, к жизни и смерти. Нет обычного детского страха, жалости, привязанностей. Как с этим быть, что делать, педагоги не знают.
Сами девочки были не очень расположены обсуждать случившееся. По их версии, травиться собиралась Аня, она поссорилась со своим мальчиком. Остальные принимали таблетки за компанию.
Первой очнувшись в больнице, Юлька невозмутимо объявила:
- А почему это я должна была умереть? - и тут же стала возражать против того, чтобы сообщали о случившемся матери. - Зачем, чтоб приехала и ругалась здесь?! Не надо.
- Детей с отравлением чаще всего доставляют из Южного микрорайона Хабаровска или окрестных сел, - поделился своими наблюдениями К. Сливко. - Но это не значит, что тяжелые материальные и семейные условия всегда тому причиной. В последнее время часто приходится сталкиваться и с полной противоположностью: внешне совершенно благополучная полная семья. Все для ребенка - престижная школа, зарубежный круиз, гувернантки, репетиторы. А он - травиться. Начинаем разговаривать, выясняется, что он так же одинок, как ребенок в какой-нибудь пьющей семье. Родители заняты зарабатыванием денег. Они его не видят, им некогда с ним поговорить. В свои проблемы папа с мамой его не посвящают и о его проблемах не знают. Вот он и глотает горсть таблеток, интуитивно, может быть, надеясь, что несчастье изменит отношение к нему взрослых. Часто это бывает демонстративный суицид. То есть он сам знает, что насмерть таблетками, которые принимает, не отравишься, но родителей это испугает, они бросят даже самые важные свои дела, чтобы сидеть возле него.
По наблюдениям токсикологов и психотерапевтов, встречаются и детские «демонстративные суициды» другого рода. Мама не купила сапоги, которые просила дочь, девочка отравилась. Не до смерти, конечно, но родителей испугала не на шутку. Те готовы были не только сапоги, а все что угодно доставить прямо в больницу. Случается, что это у детей «входит в привычку»: в токсикологии есть больные, которые попали сюда c отравлением таблетками не в первый, а во второй и даже в третий - четвертый раз.
Как относиться к такому родителям? По мнению врачей, если ребенок потянулся к таблеткам, в семье серьезная проблема, которую нужно незамедлительно решать. А вот ругать за подобные демонстрации или делать вид, что не обращаешь на них внимания, чтобы не повадно было при каждом удобном случае прибегать к такому страшному шантажу, ни в коем случае нельзя. Хотя нередко родители так и поступают.
Отчаянные признания: «Я не такой как все», «Меня никто не любит», «Меня не понимают», - звучат в этих больничных палатах, а не в родительском доме...
Валентина СЕМЕНОВА.
Количество показов: 526