Известие о попытке подрыва железнодорожного полотна в п. Эльбан Амурского района многих повергло в шок. В черте поселка под рельсами было обнаружено взрывное устройство немалой мощности.
Пошли разговоры о хорошо спланированном террористическом акте с последствиями непредсказуемых масштабов. Ведь железнодорожная магистраль Хабаровск - Комсомольск проходит по самому центру Эльбана, в непосредственной близости от ДВПО «Восход». Продукция предприятия - авиационные бомбы, артиллерийские снаряды и прочие «изделия» того же рода. Сведущий человек на мой вопрос, какие последствия мог бы повлечь взрыв продукции «Восхода», поразмыслив, ответил: «Ну, от Амурска, может, что-нибудь и осталось бы». А ведь от Эльбана до районного центра километров 60.
К счастью, все окончилось благополучно. Прибывшие саперы разминировали насыпь и обезвредили бомбу. А вскоре был найден и виновник переполоха.
Первая же встреченная мною на улице Эльбана жительница на вопрос, что здесь произошло, ответила:
- Что-что! Чеченцы бомбу под путя заклали, а менты схватили кого ни попадя, придушили, он, бедолага, и сознался.
В том, кто «заклал бомбу под путя», сегодня сомнений нет. Отсутствие «чеченского следа» правоохранительными органами гарантировано полностью.
Взрывчатые вещества в Эльбане и прежде были для народа не в диковинку. Здесь, как на всяком уважающем себя производстве, имелись свои «несуны». Только несли они с ДВПО «Восход», минуя сверхстрогую охрану, не сосиски или шоколад, а взрывчатку. Кто-то глушил тротилом рыбу, а кто-то вытворял и кое-что похлеще. Был случай, когда муж и жена при разводе никак не могли поделить автомобиль. Устав от дрязг и волокиты, гордый супруг решил точно так, как герой классической пьесы: так не доставайся же ты никому! И заложил самодельную мину под гараж. Делить стало нечего да и незачем, потому что горе-подрывник отправился за решетку. Но тогда в благополучном поселке с ухоженными улицами и домами, с цветочными клумбами на каждом шагу, уютном, населенном высококвалифицированными и столь же высокооплачиваемыми специалистами, приезжавшими нередко аж из самой столицы, подобные случаи выглядели скорее экзотикой.
25 марта нынешнего года в 10 час. 45 мин. в Эльбанское отделение милиции пришел житель поселка сорокашестилетний Николай Афанасьевич Василенко и сообщил дежурному, что, направляясь с работы на обед, на пешеходном переходе через железнодорожное полотно рядом с рынком вдруг испытал приступ малой нужды, поднялся на насыпь, отошел метров на двадцать и увидел торчащие из грунта провода. Ковырнул землю. Из нее проглянул полиэтиленовый пакет, в нем жестянка, а в ней - нечто, похожее на мыло, перетянутое изолентой. Не иначе - бомба!
Длящаяся уже почти два года операция «Вихрь-антитеррор» приучила сотрудников милиции в таких случаях реагировать мгновенно. По их сигналу встали поезда. Предварительный осмотр насыпи подтвердил сообщение бдительного Василенко. Вскоре Эльбан был наводнен сотрудниками всевозможных спецслужб.
Известие о найденной бомбе тут же разнеслось среди населения и породило легкую панику. То и дело стали возникать слухи о новых минах - то в автобусе, то в детском саду. А когда кутерьма улеглась, кто-то из сотрудников милиции почесал затылок:
- Чего это ради наш герой по нужде на насыпь полез, на верхотуру? Чтоб, значит, каждый мог лицезреть?..
Николай Афанасьевич и вправду в одночасье стал героем. Комсомольское отделение ДВЖД вознамерилось представить его к государственной награде. И милиция подумывала о поощрении бдительного гражданина. Но раздумывала она и о другом. Почему запал в устройстве практически не пригоден к использованию? Почему бомбу установили в столь неподходящем месте? Отчего Василенко отправился на обед самой дальней дорогой? Странностей и противоречий все прибывало.
Следующей ночью Николай Афанасьевич прибежал к себе на работу в ООО «Амуркамень» и рассказал дежурившему там кочегару, что возле дома на него напали трое незнакомцев, выкрикивая, что Василенко помешал им взорвать рельсы. Ему удалось отбиться с помощью ножа. В доказательство Василенко продемонстрировал сломанный нож. Информация немедленно поступила в милицию. Но когда совершившего новый «подвиг» Василенко начали детально допрашивать, никакие концы с концами в его повествовании не сходились. И тогда «героя» спросили прямо: «Зачем ты затеял всю эту комедию?». С Николаем Афанасьевичем случился сердечный приступ, который стремительно миновал после глотка воды.
Он запирался недолго. Рассказал, что тротил нашел два года назад на площадке сжигания отходов ДВПО «Восход», намеревался натирать им веревки при вязке рыболовных сетей и делать из него свечи. Сам изготовил самодельную бомбу и установил на насыпи. А затем сообщил в милицию. При обыске в квартире Василенко обнаружили тротиловую шашку и провода, идентичные прикрепленным к взрывателю.
Вот, казалось бы, и вся история про «эльбанского Хоттаба», как, усмехаясь, окрестил его в разговоре с журналистом один из жителей. Вся, да не вся. Как могла прийти человеку в голову подобная идея, если он не идиот и не сумасшедший? Должна же быть какая-то реальная цель.
Николай Афанасьевич не сумасшедший. Хоть и было у него когда-то во время армейской службы нечто вроде нервного срыва. Нес караул на вышке и ни с того ни с сего открыл беспорядочную стрельбу. Полежал в психоневрологическом диспансере, из армии его комиссовали. Но потом жил как все. Вменяемость обвиняемого покажет предстоящая психиатрическая экспертиза. Но коренного эльбанца Василенко в поселке знают как облупленного.
- Нормальный мужик, - говорят соседи. - Хозяйственный. Всю жизнь вкалывал - на тракторе, бульдозере, экскаваторе. На даче пахал, как вол. Зимой и летом не вылезал с рыбалки. А чтоб какие-нибудь закидоны - так этого ни-ни!
Жена нашего «героя» Евгения Алексеевна и слышать не хочет о том, что муж подкладывал какие-то бомбы. Не верит. Он смирный. Оговор!
И в ООО «Амуркамень», хоть Николай Афанасьевич проработал там совсем недолго, работяги и руководство считают его лучшим кочегаром. Пахарь по жизни. Возмущался только, что пять месяцев зарплату не платят. И еще любил привлечь к себе внимание. Не то чтобы выставлялся, бахвалился, просто хотел, чтоб не считали его пустым местом. Имел свое достоинство.
Следователь Комсомольского ЛОВД А. Дмитриев, ведущий расследование, склоняется к мысли, что Василенко надеялся... на вознаграждение. Версия вполне реальная. Не откройся правда, Василенко наверняка поимел бы со своего «геройства», помимо почестей, и материальное поощрение.
В прокуренном, заставленном отслужившими все сроки письменными столами помещении спецчасти изолятора напротив меня сидит тщедушный человек, заросший двухнедельной щетиной. Подавленным он не выглядит. Сотрудники СИЗО говорят, что сокамерники приняли нового сидельца приветливо. Потому что тюремные порядки Василенко знает не понаслышке. В 1972 году, не поладив с первой женой, устроил «кухонный турнир по боксу», за что отмотал небольшой срок, побывал «на химии». И на воле общался с судимыми. А самое главное - потому что своей бомбой наделал «крутого шухера ментам». Но с первого взгляда видно, что никакой он не уголовник. Здесь что-то другое.
- Бомбу сами сделали и заложили?
Василенко кивает. И подтверждает, что никакого давления следствие на него не оказывало.
- А история с ночным визитом бандитов?
- Да придумал я все. Сперва, когда почувствовал, что меня подозревают, решил подстраховаться.
- Так на кой шут вы затеяли всю эту канитель?!
Он трет небритый подбородок, молчит, будто сомневается, пойму ли я его. Потом выпаливает:
- Внимание я хотел привлечь, вот для чего!
Я действительно не понимаю.
- Чье? К кому?
- Не к кому, а к чему. Вы в Эльбане были? Видели, что там творится? Как люди живут? Всю разруху эту и бардак! А властям ведь дела нет. На простых людей внимания никто не обращает. Зарплату не платят, если кто тебя обидел или какое безобразие - жаловаться некому. Кто успел хапнуть, тот живет и плевать ему на всех. Надо же что-то делать! Чтоб увидели, услышали... Мужики ведь провкалывали всю жизнь честно, а теперь их сбросили с корабля!
Он не блатной. Блатной сказал бы просто: кинули. Я, пожалуй, начинаю понимать. У Юрия Шевчука есть горько-ироничная песня: «Я террорист, я Иван Помидоров...» Так вот, похоже, передо мной тот самый «Помидоров» здешнего сорта.
В Эльбане в последние годы я бывал не раз. Из райцентра добраться сюда теперь непросто. Вместо многочисленных ранее рейсовых автобусов ходит лишь один. Сказать по правде, приезжать и не хочется. Улицы, превратившиеся в непроезжие, заполненные грязевой жижей ямы; пустоглазые коробки покинутых пятиэтажек; руины производственных объектов; некогда прославленный, а ныне разворованный подчистую совхоз. По свидетельству сотрудников Эльбанского ОМ, только в прошлом году с ферм и пастбищ было похищено 100 коров. Молодняк в это число не входит. Нынешней зимой охотники за «цветниной» украли с фермы электромоторы. Навоз откачивать стало невозможно, коровы стояли по хребет в ледяном дерьме. А одна попросту утонула. Сейчас пришел новый директор. Люди говорят: бьется, как рыба об лед, пытается что-то наладить. Новому директору верят. А в то, что у него что-то получится, - нет.
Градообразующее ДВПО «Восход» «лежит на боку». Директор В. Скорбанов крутится, как может: ищет заказы, открывает винный цех, сыроваренное производство. В последнее время на заводе даже начали выдавать зарплату. Но вытачиванием шахматных фигур на цифровом станке-автомате серьезных денег не заработаешь. Бомбы стали не нужны стране. И пока нужда в них не возобновится, перспектив у завода нет. Потому что ничего иного всерьез производить он не может. А милиция фиксирует, что с ДВПО «Восход» по-прежнему тащат и тащат взрывчатку.
Не хочется и вспоминать о сменявших друг друга главах поселковой администрации. Должность эту занимал бывший директор завода И. Никитин, по определению его же собственных коллег, «человек из прошлого». От него никто ничего и не ждал. На пришедшего ему на смену бывшего учителя Н. Низкородьева возлагали надежды. Но он просидел в кресле поселкового «головы» два срока, обзавелся собственным магазином и теперь подвизается коммерсантом. О нынешнем главе администрации В. Злосчастьеве жители отзываются равнодушно: беззубый.
Но были у Эльбана в последние годы и приобретения. Следственный изолятор, который как магнитом притягивает сюда «братков», осаждающих периметр. Туберкулезный и психо-неврологический диспансеры, пациенты которых беспрепятственно бродят по поселку, приумножая криминал. Ведь львиная их доля - бывшие уголовники. В довершение ко всему стоки из тубдиспансера напрямую поступают в поселковую канализацию. «В честь» открытия каждого из упомянутых учреждений в поселке имели место бурные акции протеста. Но те, от кого зависело решение, на них не обратили внимания.
Эльбан разрушается и пустеет. И угрожающе меняется контингент оставшихся жителей. Количество судимых растет. Довелось поговорить по душам со старым знакомцем, тем, кого сейчас принято называть «криминальным авторитетом». Он сказал так:
- У нас своя дорога, и рассуждать про то, что хорошо, что плохо, - пустой базар. Поздно. Но ведь молодняк теперь чуть ни с детсада весь в «общаке». Им податься некуда. Своровал, отсидел, вышел - и туда!
- Так ты радоваться должен.
Он криво усмехнулся.
- Я, по-твоему, что, по жизни не врубаюсь?.. Лучше б они в комсомольцах ходили. - Он здешний, из рабочей семьи. И, несмотря на свою «профессию», нутром чует: криминал, сколько б ни толковали паханы про «порядок и понятия», может только разрушать.
Люди в поселке говорят: тюрьма пришла к нам. И от этого становится жутко.
Но, несмотря на все «прелести» жизни, эльбанцы поступок своего земляка не одобряют. Высказываются кто грубо, кто с усмешкой. Смысл один - глупый человек, так ничего не изменишь.
Эльбан в переводе с языка в прошлом обитавшей здесь коренной народности означает «низина; нездоровое, заболоченное место, яма». Можно рассказать об усилиях, прилагаемых самыми разными людьми к тому, чтобы некогда процветавший поселок окончательно не превратился в выгребную яму, переполненную бесхозной взрывчаткой. Но стоит ли? Разговоры о спасении ВПК и дальневосточной окраины навязли в зубах. Моя же цель - разобраться, что двигало доморощенным «Иваном Помидоровым» в его нелепой затее.
В упомянутой песне Шевчука герой, взобравшись на крышу, открывает по улице холостую пальбу из пулемета.
...Скучно вам, серые?!
Щас я накапаю
Правду на смирные ваши мозги! Тра-та-та-та....
Работяга Николай Василенко, человек пусть и неуравновешенный и отнюдь не праведный, не хотел чувствовать себя пустым местом. И не желал жить так, как живется сейчас ему и его землякам. Он любил подшутить. И подшутил - над властью и согражданами. Накапал, понимаешь, им правды!..
Теперь Василенко обвиняется аж по трем статьям УК РФ, и сроки наказания по ним предусмотрены немалые.
История, сулившая сенсацию, обернулась дурным анекдотом. Но в ней, определенно, есть своя «соль». Людям, чьи руководящие взоры пытался привлечь «маленький» человек Василенко, настало время всерьез озаботиться нуждами и проблемами тех, кого в недавнем прошлом именовали гордым словом «трудящиеся». Иначе, неровен час, терпение и здравый смысл этих самых трудящихся, отлученных от труда и многих других элементарных человеческих прав, дадут трещину. И «народовольцы Помидоровы» начнут вставлять в свои бомбы всамделишные запалы. У России по этой части исторического опыта хоть отбавляй.
Кирилл ПАРТЫКА.
Количество показов: 730