Не успело остыть табло для голосований в Государственной думе по поводу закона о государственном языке, как он тут же был подвергнут остракизму. То бишь - изгнанию, гонению. Перевод актуален, ибо, согласно проекту закона, «использование иностранных слов в телерадиоэфире при наличии аналогов в русском языке не допускается»... Кстати, слово «аналог», прописанное в законе, прямо скажем, не совсем русское.
Изгнание в том, что Совет Федерации принятый Думой закон не утвердил, а гонению новый законопроект еще до его принятия подвергли множество российских СМИ. Как правых, так и левых. К примеру, газета «Правда» ещё 19 января возмутилась тем, что под запрет попадают не только просторечные и жаргонные слова, вроде «лопух» по отношению к недалекому человеку и «попса» по отношению к суррогату на сцене, но издание, называющее себя патриотическим, на полном серьезе возмутилось тем, что из русской речи изгоняется мат. Дескать, мат - это русский фольклор, часть нашей культуры и истории. По такой логике клопы и тараканы - это часть мужицкой избы и всей нашей русской сермяжной правды.
Уже после принятия Думой закона о государственном языке заметку на пределе ёрничества, цинизма написал Николай Климонтович из «Независимой газеты». Цинизм в том, что автор шулерски передернул статьи закона, как ему было нужно, а не так, как они написаны на самом деле. Пишет он, к примеру, что трудненько будет перевести на русский слово «гонорар», а оттого народным избранникам проще будет эти самые гонорары отменить...
Бесспорно, закон о государственном языке - читай, русском - несовершенен. Но дело-то в том, что настолько велик и могуч русский язык, что ни один закон и не отразит всего его богатства и сложности. Кстати, слова «изба», «баня» и даже «хлеб» исторически не славянские, но все же русские. И это чистые, нормальные слова. А за последние 10-15 лет наряду с такими словами в публичной речи появилось столько слов - русских и нерусских - грязных, пошлых, скользких, что давно пора (именно на законодательном уровне) что-то с этим делать. Отношение к закону, который хоть как-то пытается защитить русский язык, - это, простите, я тоже перед принятием закона в последний раз употреблю просторечное выражение - проверка на вшивость. Они либо есть, либо их нет. Как говорил булгаковский профессор Преображенский, «разруха начинается не в сортирах, а в головах». То бишь разруха начинается с сознания, а язык - это дом сознания, дом бытия. И давно пора в этом доме сделать генеральную уборку.
Олег Копытов, филолог, журналист.
Количество показов: 496