Когда-то попались на глаза замечательные слова: «Свободная природа, как великий живой музей, требует неотложных мер ограждения». Принадлежат они знаменитому путешественнику П.П. Семенову-Тян-Шанскому.
Идет время, и почему-то частенько вспоминается эта мудрость. Есть о чем подумать, правда?
Например, о том, что государство наше, безусловно, привыкло экономить на экологии. Идет ухудшение экономического положения Дальнего Востока, хотя правительство и уверяет в обратном.
Конечно, это отвлекает людей от защиты природы. Тем более, правительство довело среднестатистического гражданина уже до того, что думает он исключительно о том, как бы худо-бедно прокормить семью, а вовсе не о том, что будет с окружающей природой завтра и останется ли что-то его детям... Использование сегодня природных ресурсов важнее, чем будущее, увы.
Москве, как говорится, виднее, как можно «с толком» использовать дальневосточные ресурсы. И если бы не весьма существенные и значимые усилия своих властей, то дальневосточники (в нашем крае, в частности) не увидели бы и сотой доли того, чем владеем.
А владеем мы ни много ни мало более чем двумястами особо охраняемых природных территорий (ООПТ), и занимают они площадь почти в два миллиона гектаров.
Если не мы, так кто?
Правительство края достаточно озабочено развитием подобных территорий. Об этом говорит даже тот факт, что 2003 год у нас объявлен годом особо охраняемых природных территорий. Но, учитывая незаинтересованность федерации в этом, могут ли краевые власти стойко «держать на своих плечах» столь глобальное дело?..
Тем более, что система особо охраняемых территорий постоянно расширяется. Вспомним, в 1997 году, когда в крае побывал принц Филипп, наш губернатор заверил, что к 2005 году площадь ООПТ будет доведена до 10 процентов, а уже сегодня их площадь более семи! Не будем говорить о том, что еще лет 60-70 назад в Хабаровском крае не было ни одного заповедника, даже и создавать-то не собирались. Теперь же заповедников шесть, 18 биологических охотничьих заказников, есть рыбохозяйственные, водно-болотные угодья, памятники природы и так далее.
Бесспорно, такие территории создаются не только как рубежи обороны перед неотвратимым захватом сильными мира сего земли в собственность. Цель - сохранить уникальные места: ведь на примере многочисленных горельников или вырубок нельзя научить людей (детей прежде всего) любить природу.
Провозгласить какую-либо территорию охраняемой несложно. Защитить ее - другое дело. Охранять сегодня мы предпочитаем, к сожалению, за чей-нибудь счет. В 90-е годы это получалось неплохо - многочисленные иностранные фонды и миссии довольно щедро давали деньги на нашу природу. Хотя ничего здесь странного нет - Дальний Восток сильно влияет на общепланетарное самочувствие (особенно наши пожары), так что хочет заграница хорошо жить - помогайте слаборазвитой стране!
Сегодня в крае работает только один проект Глобального экологического фонда (ГЭФ), связанный с развитием особо охраняемых природных территорий. Единственный, который практически помогает им.
В рамках проекта ГЭФ, в частности, впервые за всю историю существования заказников они были оснащены радиосвязью. В шесть заказников, которые входят в зону действия проекта, поставлены уже первые 15 радиостанций, до конца года будет передано еще 20. Станции эти японские, отличного качества, дают возможность «выхода» из леса прямо на городскую сеть. Связаны они с оперотрядом, с лесной службой - в общем, радиосвязь XXI века. Кстати, несколько радиостанций останется в управлении, в Хабаровске, вот и получилась замкнутая связь - любую проблему можно будет решить моментально.
На средства ГЭФ закупаются снегоходы, транспорт, запчасти к нему. Дело важное, но новым его не назовешь. А вот то, что доллары вдобавок используются на экологическое образование школьников - уже новшество и не имеющий аналогов прецедент.
Мы все прекрасно понимаем, что дальневосточники хотели бы, чтобы уникальные уголки природы сохранились для будущих поколений. Дети должны чаще бывать на экскурсиях, смотреть фильмы, слушать передачи, знать хотя бы основы поведения человека в природе. Разве в каждой школе есть возможность научить ребят этому?
Потому-то Хабаровский фонд диких животных, силами которого осуществляется проект, понимает значимость проведения экологических школ и лагерей. Школьники (из районов в основном, у городских-то больше возможностей) учатся в полевой школе на Хехцире, где построен лесной кордон. Ученые, экологи учат их видеть растения, читать следы на снегу и т.д.
- Этим летом, - рассказывает председатель Фонда диких животных Александр Куликов, - закупили путевки в лагерь отдыха «Юность», пригласили ребятишек из таежных сел, из детского дома. Программу составили так, чтобы занимались дети в лагере, а итоговое (практическое) занятие было на кордоне. За неделю школьники больше узнали о краснокнижных видах, о том, как охраняется природа, как развиваются ООПТ и прочем больше, чем на уроках биологии в классе.
Загадка, и не только ботаническая
Если в крае ведется работа по какому-либо иностранному проекту, то существует немало негласных ограничений. Например, обычно в рамках проекта «рекомендуется» закупать только американские товары, и лучше бы в США и т.д.
В этом отдельном случае - имею в виду проект Глобального экологического фонда - впервые в истории России американские доллары напрямую пошли в регион. Это результат высокой степени доверия к неправительственной общественной организации (речь о Хабаровском фонде диких животных).
Причем деньги не только сразу от ГЭФ через Всемирный банк поступают в край. Они здесь же и остаются. Как это понимать? Мало того, что все оборудование для особо охраняемых территорий закупается исключительно у хабаровских фирм (ГСМ, «Бураны», другая техника), так еще и проект выполняется своими силами. В крае достаточно высокий интеллектуальный потенциал, чтобы реализовывать задуманное - никого из соседних краев (а это обычная практика) не привлекают. Естественно, за свою работу специалисты получают определенные деньги, ну так ведь налоги с этого опять же пополняют краевой бюджет!..
Значит, проект в какой-то степени обеспечивает рабочие места? Несомненно. Кроме того, сейчас у ученых и специалистов есть проблемы с выездом на полевые работы, например. И очень кстати проект им предоставляет такую возможность: в рамках его выполнения они собирают уникальный научный материал. К слову, экспедиция ИВЭПа прошлым летом работала в бассейне Хора, и ученые отыскали такое растение, которого там никогда не было! Оно только на Охотском побережье встречалось - что это, ботаническая загадка?..
- Проект ГЭФ помогает хабаровским ученым, - продолжает А. Куликов, - получать в чистом виде научную информацию. Она же дает развитие не только прикладным исследованиям (например, мы готовим научное обоснование создания природного парка), но и этот полевой материал важен для фундаментальной краевой науки.
Учитывая, что проводимые на средства проекта экспедиции все комплексные (там и орнитологи, и рыбники, и геоморфологи, и специалисты по змеям), они дают фундаментальные эколого-экономические обоснования, являющиеся официальным документом для принятия решения: быть или не быть той или иной особо охраняемой природной территории.
Возвращаясь к высокой степени доверия ГЭФ к рядовой общественной организации, необходимо сказать и о высоком уровне ответственности Фонда диких животных перед организацией международной. Хабаровчан жестко и регулярно проверяют: не надо думать, что там позволят тратить доллары направо и налево. За каждый цент отчитываются! По финансовым вопросам фонд уже получил положительное заключение аудиторской фирмы по международным критериям. Теперь вот предоставляют налоговой инспекции аудит по международным стандартам, и та не возражает. По международным-то требования выше, нежели по российским. Всемирный банк не церемонится: если есть нарушения, проект вмиг останавливается.
На всей планете определено 200 глобальных экологических регионов с максимальным уровнем биоразнообразия. В Хабаровском крае проходят участки трех таких экорегионов. То есть дальневосточная природа уникальна, неповторима, загадочна. У иностранцев это вызывает интерес и (хорошо если!) желание оказать помощь в ее сохранении. Они уже поняли, что природу охранять выгодно, а экосистемы прибыльно оставлять нетронутыми. Когда же на нас найдет прозрение? Похоже, иностранцы нашу природу спасают прежде всего... от нас самих.
Наталья ПЛАТОШКИНА.
Количество показов: 471