Любой завод в России - это не только производственные помещения, оборудование, номенклатура выпускаемой продукции и экономические показатели. В России почти любой завод - гигант, вокруг которого вырастали если не целые города, то районы и микрорайоны. Поэтому любой завод у нас объект не столько экономический, сколько социально-политический. Вокруг таких объектов в разное время гремят фанфары, бушуют скандалы, наживаются состояния, делаются политические карьеры и т.д. И за всем этим как-то забывается, что в первую очередь любой завод - объект все-таки экономический, который должен стабильно работать, развиваться и приносить прибыль.
За примерами далеко ходить не надо. Наиболее типичный завод находится в самом центре Хабаровска на 43 гектарах земли. Это - «Дальэнергомаш».
Старожилы помнят, что это было за предприятие. Постоянная численность работников - более пяти тысяч. Десятки и сотни трудовых династий, которыми так гордились в советские времена. Свои общежития и жилые дома, детский сад - целый микрорайон. По сути, «Дальэнергомаш» был как город в городе.
Старожилы помнят и его престижность. Там платили хорошую зарплату, очередь на жилье двигалась быстро. Трудовой романтики добавляли постоянные командировки по всей стране и за ее пределами - продукция завода (газовые турбины, мощные турбокомпрессоры, воздухонагнетатели и т.д.) требовалась на многих стройках века - Байконур, все металлургические комбинаты страны, крупнейшие заводы, газопровод «Уренгой - Ужгород», все страны соцлагеря и даже некоторые капиталистические. Вот и ездили по всему миру бригады монтажников хабаровского завода.
И старожилы помнят, как тяжело поэтому устраивались работать на завод: конкурс был, как сейчас в коммерческие банки. С болью они же вспоминают, как рухнуло это все в «переходный период». Все эти споры хозяйствующих субъектов, собственников и т.д., о которых в хабаровских газетах написаны сотни статей.
И что в итоге? Что сегодня известно о «Дальэнергомаше» после громких споров и скандалов? Что оттуда ушли все работники, а остатки предприятия держатся только на арендной плате, сдав в аренду все, что только можно, и даже то, что было нельзя. Никакая продукция, конечно, здесь уже давно не выпускается, и завод доживает последние дни. Такая печальная картина нарисована народной молвой. А что на самом деле происходит за проходной предприятия?
Девять миллионов в топку
Процедура банкротства была введена на ОАО «Завод «Дальэнергомаш» в начале октября прошлого года. Основная причина - задолженности перед бюджетами всех уровней и различными внебюджетными фондами. Однако к этому моменту, вопреки народной молве, завод продолжал работу, пытаясь выпускать основную продукцию (все те же турбокомпрессоры, газовые турбины и т.д.). Но слишком большой и запутанный сложился тут клубок проблем. Поэтому мизерные объемы пусть даже и основной продукции ситуацию уже не спасали.
Большое предприятие - большие проблемы. И задачи, которые поставили перед арбитражным управляющим Петром Бойчуком, тоже серьезные. Погасить существующую кредиторскую задолженность, провести комплексное финансовое оздоровление предприятия. Такое, чтобы после процедуры банкротства стало возможным нормально жить и работать на конкурентных рынках.
- Я не считаю, что это какие-то нереальные задачи, - рассказывает Петр Бойчук. - За восемь месяцев с начала года объем реализованной продукции увеличился по сравнению с прошлым годом на 50 млн. рублей, рост почти 145 процентов. В этом году мы запланировали реализацию продукции на 240 млн. рублей, в следующем - на 285 млн. В общем, набранные темпы внушают оптимизм.
Хотя проблем - масса. Давит прошлое завода. Сейчас у нас 12 цехов. Общая площадь - 115000 кв. метров. Из них в аренду мы сдаем только один объединенный цех площадью 25 тысяч кв. метров. Практически за все остальное платим сами.
Все строилось в то время, когда об экономии тепло- и электроэнергии никто не задумывался. В результате зимой на собственной котельной в сутки сгорает до 60 тонн мазута, т.е. около девяти миллионов рублей в месяц. 30 процентов себестоимости нашей продукции - только тепло- и электроэнергия. И сейчас немалая часть наших антикризисных мер направлена именно на снижение подобных издержек, чтобы избежать повторения подобных ситуаций.
Финансовую проблему, нехватку оборотных средств решить посложнее. Кредиты никто не выдает, а цикл производства «длинный»: до трех лет. Хорошо хоть удалось наладить нормальные отношения с клиентами, которые фактически кредитуют «Дальэнергомаш», делая предоплату за производимые для них машины.
Конечно, собираются на заводе наращивать и производство основной продукции, тех самых турбин и турбокомпрессоров, которые стоят по миллиону долларов каждый. Ведь сегодня объем выпускаемой продукции не превышает и 30 процентов от объемов 1991 года. Так что расти есть куда.
Для этого предприятие активно занялось собственным имиджем, участвует во всевозможных выставках, симпозиумах. Технологические решения, предлагаемые конструкторами завода, интересуют представителей крупнейших мировых корпораций, которые можно рассматривать и как потенциальных клиентов «Дальэнергомаша», и как потенциальных партнеров. Но это все «длинное» производство, а деньги нужны сейчас.
Отказ от гигантизма
Сегодня основная продукция заводчан уходит в западные регионы России и за рубеж. Хабаровскому рынку
«Дальэнергомаш» практически ничего из серьезной продукции не предлагает. Поэтому принято решение отходить от гигантизма, заложенного при строительстве завода, спускаться на землю и ориентироваться на простого потребителя. Это принципиальная позиция Бойчука. Резервы, по его мнению, есть. Площадей производственных сколько угодно. Простаивающего оборудования столько же.
Недавно здесь запустили «пробный шар» - цех по глубокой деревообработке, который может и стройматериалы выпускать, и мебель - практически все, что реально делать с деревом. И хотя такое производство работает еще не на полную мощность, но уже приносит прибыль.
Ну и далеко не последняя проблема на заводе - кадры. Основная крупная продукция предприятия - товар штучный, ручной сборки, требует высокого профессионализма и кропотливой работы. К примеру, за всю почти 70-летнюю историю «Дальэнергомаша» воздушных турбокомпрессорных агрегатов было выпущено несколько тысяч штук, газовых технологических турбин - 200 штук и т.д. Цикл производства такой турбины - до трех лет, даже обычный ремкомплект к ней готовится около года. И всю эту работу делают именно рабочие руки. А их на заводе сегодня осталось не так много: вместо пяти тысяч - одна (даже при этом «Дальэнергомаш» остается крупнейшим на Дальнем Востоке в своей отрасли предприятием). На момент введения процедуры банкротства шел постоянный отток кадров. Спасало лишь то, что при резко снизившихся объемах производства такого количества работников хватало.
- Нас такое положение вещей, конечно же, не устраивало, - говорит Петр Бойчук. - Надо пополнять оборотные средства, зарабатывать деньги, т.е. нужно увеличивать производство, выстраивать систему сбыта. А когда от тебя последние люди разбегаются, ничего этого не сделаешь. Поэтому отказываться от социальной инфраструктуры (детского лагеря, садика, общежитий и т.д.) я не стал. Народ надо как-то мотивировать. Ведь приходится работников даже за пределами Хабаровска искать. Естественно, и жилье надо, и садик для ребенка, и т.д. Так что я, наоборот, первым делом все это разрозненное социальное наследие собрал под нашу юрисдикцию и отчуждать ее не собираюсь. Ну и зарплата, конечно. Все долги погасили, платим теперь все вовремя. И в два раза больше, чем прежде. Теперь средняя зарплата - 5400 рублей, на девятом месте среди промышленных предприятий по краю, а ведь еще год назад были одними из последних. Так что кадровую проблему вроде бы решили.
Жив курилка?
Неудивительно, что на заводе не только прекратился отток кадров, туда стали возвращаться старые работники. И это все расценивают как очень хороший признак.
- Я на заводе с 1968 года, слесарь-сборщик, - рассказывает один из многих «возвращенцев» Владимир Галактионов. - Конечно, то время сравнивать и нынешнее - просто небо и земля. Тогда постоянно какие-то новые проекты, новые виды сложной и интересной продукции. Наш завод не просто на всю страну, на полмира гремел! Из загранкомандировок не вылазили, то тут, то там оборудование монтировали.
А потом нас как в прорубь окунули ледяную. Руководство постоянно менялось, то работали, то нет. Ну и зарплату соответственно то платили, то не платили. А у нас уже целые рабочие династии тут на заводе. Тяжело было психологически, многие, и я в том числе, тогда ушли. Жить-то как-то надо. А когда чуть больше года назад встретил старого приятеля, и он позвал меня на завод, даже удивился. А что, мол, завод еще работает?
Теперь сам вот хожу и старых приятелей зазываю. Тоже удивляются. А в конце концов почти все возвращаются сейчас. Завод работает, зарплату стабильно платят. Ну и ностальгия опять же - вся жизнь с ним связана. Поэтому радует, что завод ожил, заработал.
Примерно с таким же настроем о заводе мне рассказывали позже и в министерстве промышленности, транспорта и связи правительства края.
- Даже сегодня, несмотря на его непростую судьбу, завод остается одним из крупнейших предприятий машиностроительного комплекса Дальнего Востока. Более тысячи работников, сохранился производственный потенциал, - говорит начальник отдела формирования и реализации краевого заказа министерства Александр Чукавин. - Хотя опасения, что вдохнуть жизнь в завод не удастся, конечно, были. Это одно из немногих предприятий, если не единственное, которое занимается выпуском своей основной продукции во время процедуры банкротства. Обычно если что и выпускают, то ширпотреб какой-нибудь, который можно быстро и легко произвести и продать. Чтобы хоть как-то на плаву держаться. А «Дальэнергомаш» основные свои деньги зарабатывает именно на «родных» газотурбинах, нагнетателях, компрессорах и запчастях к ним - дорогостоящей и трудоемкой продукции. Причем с введением процедуры банкротства дела у него явно пошли на лад.
Словом, если вы хотели услышать, что завод скоро умрет, то это не по адресу. Можно смотреть на его будущее даже с оптимизмом.
Сергей Фоменко.
Количество показов: 780