Почти каждый день, наблюдая, как наша почтальон Мария Ивановна тащит через двор огромный баул и несколько котомок в придачу, удивляюсь. Помнится, шел слух, что почты без работы сидят, охладел-де народ к их услугам. Неужели времена изменились, и получать, не выходя из дому, прессу снова входит в моду? Или писем писать стали больше?
- Да мыло там и порошок, - смеется Елизавета Андреевна Саляхутдинова. - Стиральный, не пугайтесь. Не тот, из-за которого год назад мы как на пороховой бочке сидели, и весь мир переполошился. Больше тридцати лет на почте проработала, а не думала никогда, что в коммивояжера придется переучиваться.
Разобрать скудную корреспонденцию, а потом разложить ее в ящики - дело для Елизаветы Андреевны привычное. А вот загрузить сумки галантереей для продажи - дело иное. Прибавьте сюда больше десятка железных ключей от подъездов. А потом эти пудовые сумки на плечи - и по девятиэтажкам, где каждый второй лифт не работает.
Думаете, почтальоны от желания подработать так надрываются? Ничего подобного. Существует план, в соответствии с которым, например, Саляхутдинова обязана в месяц продать галантереи на 8 тысяч рублей, а газет и журналов на 2500 рублей. И только при этом условии она сможет рассчитывать на свою обычную зарплату.
Оправдать и понять почтовые отделения, занявшиеся коммерцией, можно. Каждый выживает по-своему. Что делать, если доверять корреспонденцию почте народ стал меньше, письма заменили телефон и компьютер. И прессу теперь все больше в киосках покупают. Почтальон не виноват, что домоуправления и почтовое руководство не ставят в домах добротные почтовые ящики. Но, не дай бог, журнал какой до подписчика не дойдет -скандал, утерянное выплачивать почтальону придется.
- Наши работницы предпочитают отдавать корреспонденцию гражданам лично в руки, - рассказывает бригадир почтового отделения № 51 Нелли Озоль-Волынец. - А если нет никого дома, то либо ухищрения разные придумывают либо приносят ее еще раз. В некоторые квартиры приходится по пять - шесть раз ходить в день.
Чтобы газету не украли, можно ее под дверь подсунуть. Или, если есть почтовый ящик, сложить ее таким образом, чтоб нельзя было не разглядеть, что там что-то есть.
- Доставка почты, как показывают в американских фильмах, не для нас, - считает Елизавета Андреевна. - Наши хулиганы если не украдут газеты, то разорвут.
В родном отделении рассказывают, что Саляхутдинова не только все наперечет дома и квартиры в своем районе помнит. Письма, где невозможно адрес разобрать или номер дома отправитель указать забыл, в 51-м почтовом отделении не теряют и те назад отправителю не уходят. Елизавета Андреевна почти весь Южный микрорайон как свои пять пальцев знает, а адресатов в лицо и по фамилиям всегда вспомнит. И не было поэтому на ее участке ни разу случая, чтоб письмо затерялось.
Раз в год почтальонам Хабаровска выдают по 120 рублей на обувку демисезонную. А раз в три года обеспечивают валенками. За такие деньги что-то добротное не купишь, доплачивают из своего кармана. Елизавета Андреевна утверждает, что определить, хватит ли туфель, даже недорогих, на несколько сезонов ежедневных километровых забегов по этажам, она умеет.
Вряд ли где-то почтальоны живут хуже, чем у нас в России. И труд, вроде, у них не героический. А все же нужный!
М. ВЕРЧЕНКО.
Количество показов: 451