Когда Валентина Васильевна Трусова увидела в конторе ЖКХ январский счет за свою двухкомнатную квартиру, ей показалось, что живет она в фешенебельном доме с привратником и мраморной лестницей, поднимающейся на мансарду к зимнему саду. В ее представлении столько может стоить жилье, называемое элитным, но никак не в стандартном панельном доме.
А живет она именно в такой коробке и не в центре Хабаровска, а на самой что ни на есть окраине - в селе Краснореченском. Да, дом с городскими удобствами, но с некоторой сельской спецификой. Это когда в дождь сквозь межпанельные швы вода льется прямо по стене спальни, зато холодную воду можно запасать ваннами, ведрами и банками.
В полном отчаянии и старики, которые живут в когда-то модных коттеджах на два хозяина, которые строил совхоз для своих специалистов и давал лучшим, почти как орден. Двух пенсий едва хватает, чтобы заплатить за тепло, которое поддерживается, опять же, в панельных стенах в немалой степени обычной печкой. Поскольку на эти улицы горячая вода не подведена, брать ее приходится из батареи.
За двухкомнатную квартиру на двоих Трусовы платят две тысячи рублей при пятидесятипроцентной скидке. Их соседи «по апартаментам» в три комнаты - четыре с половиной тысячи. Глава Корсаковского муниципального образования Сергей Геращенко признался, что за три комнаты в совхозном коттедже сам отдает едва ли не половину своей зарплаты.
Что происходит с тарифами в Хабаровском сельском районе? Отопление за один квадратный метр площади с 1 августа стоит 42 рубля, в Хабаровске - 9 рублей 38 копеек, а с 1 февраля тепло будет стоить уже 52 рубля за «квадрат». Люди, оглушенные квартирными расходами, написали жалобы во все известные им инстанции. Оттуда прислали ответы. Оказывается, никакой ошибки. Да, цены на тепло со второй половины года выросли на 156,3 процента, но платить придется еще больше.
Платим много,
но недостаточно
Реформа ЖКХ, которую мы не замечаем, со всей очевидностью обнаруживается нами преимущественно в счетах с новыми пугающими суммами. И тут только понимаешь, что она идет. С нового года в стране установлен новый стандарт. Теперь жилищные услуги оплачиваются нами на 90 процентов, коммунальные - на 65. Тарифы в сельской местности какое-то время сдерживались на уровне городских с пониманием: как бы город ни приближался к селу, живут они по-разному. А тут цены вдруг отпустили. Они и взлетели. Особенно на тепло и горячую воду.
Проблема в том, что небольшие котельные, которые работают преимущественно на мазуте, вырабатывают дорогое тепло. Они малоэффективны. И тут ничего не поделаешь. Теплотрассу от ТЭЦ в пригород дотянуть не трудно, но тепла и городу уже едва хватает. В прошлом году подошло время реконструировать котельную в Краснореченском. И хотя первый заместитель председателя правительства края Владимир Попов, профессиональный энергетик, не советовал покупать котлы ижевского завода, именно их почему-то и купили, заплатив за каждый по миллиону рублей. А когда разобрались в тонкостях, оказалось, что немецкие детали сделаны в Азербайджане. И вообще они нам не подходят. От нашего мазута забиваются форсунки, их приходится постоянно чистить. А о какой чистке говорить, если в декабре после очередной пьянки рабочий-кочегар уснул, подложив под бок фуфайку. Оставленный без присмотра котел рвануло, весь мазут вылился на землю. Хорошо, обошлось без жертв. Хотя, как сказать, мазут тоже стоит дорого. Это к вопросу об издержках, которые оплачивает население.
Котельная кочегарит в две трубы, засыпая поселок пылью. Хозяйки не рискуют по деревенской привычке сушить белье, развешивая его на улице. А в безветренную погоду подышать свежим воздухом в Краснореченском не удастся. Между тем планы были серьезные и простирались до соседнего села Рощино. Думали после реконструкции подавать тепло туда, а рощинскую котельную закрыть. Ну, дело ли это, когда на несколько сел - четыре котельные. А, скажем, в Корсаково их две. В иных селах района доходит до абсурда: один многоквартирный дом - одна котельная.
Народ возмущают даже не столько тарифы, сколько то, что приходится платить за несуществующие услуги. В ЖКХ невозмутимо советуют фиксировать, сколько дней не было тепла, воды, и приносить заявления. Но поскольку дня не обходится, чтобы что-то да не исчезло, заявления носить надо едва ли не каждый день. Их в большинстве своем и перестали носить. Ибо бумага - еще не повод для жилищной конторы пересмотреть суммы. Там, понятно, упираются. Если и пересчитывают, то в исключительных случаях.
С холодной водой в Краснореченском большие проблемы. В селе три скважины, но в отопительный сезон их мощностей хватает только для котельной. Поскольку во многих домах нет крана с горячей водой, ее берут прямо из батареи.
Почему воду в чайник вынуждены наливать прямо из батареи? А откуда еще? Колонок в селе нет. Воду, когда она не подается в квартиры, не подвозят. В магазине покупать минеральную дорого. Сначала я думала, что мои собеседники шутят, рассказывая про одинокую бабушку, которая по немощи своей ходит к батарее, как к колодцу за водой.
Конечно, в селе должен быть водозабор для технических нужд. Его много лет назад начали строить на берегу Амурской протоки. Но потом бросили, теперь уж и в помине нет тех строительных организаций. И проект найти не могут. Но поскольку сельская власть постоянно напоминает районной, что проблема такая осталась, то заказали новый проект. Когда он осуществится - большой вопрос. У районной власти свои возможности.
Заместитель главы администрации Хабаровского района Владимир Погодин уверял меня, что их диспетчерская каждые два часа по телефону контролирует температуру воды на входе и выходе из Краснореченской котельной. Звонят, уточняют параметры. По их сведениям, в домах должно быть тепло. Однако, признаться, не жарко. Сельская администрация, переехавшая в просторную совхозную контору, буквально замерзала в декабре и в первой половине января. Правда, они здесь пока не хозяева, скорее, сторожа чужой собственности.
Заблудившийся автобус
Ощущение, что над селом пронесся смерч немыслимой силы. Сорвало крыши коровников, жалкий остов остался от пункта, где перерабатывали молоко. Узнать его можно только по вывеске. Руины на месте дома животноводов. Подобных ему не было ни в ближней, ни в дальней округе. Разнесены овощехранилища. Разрушено все человеком, который купил совхоз в собственность. Так он своим добром распорядился. Легко, наверное, потому, что не наживалось оно трудом. Это с его благословения средь бела дня резали металл на крыше коровника и внутри, разбирали все, что можно было продать. Остальное грабилось и растаскивалось ночью. Уже - не собственниками. И это тоже очень большой вопрос этой жизни.
- Они увезли все, что можно продать, оставив после себя горы мусора, - говорит секретарь муниципального образования Елена Некрасова. Из окна ее кабинета видны совхозные развалины. - Весной, когда растает снег, придется хлам вывозить машинами.
Совхоз еще жив. Нынешний директор с несколькими сотрудниками перебрался в магазин, который оформлен на его брата. В собственности у директора остались здание бывшей конторы, склад ГСМ, ремонтные мастерские, ферма в Корсаково да овощехранилище. Контору директор оценил в 750 тысяч рублей, все остальное - в 300 тысяч рублей. Даже если опишут, а затем продадут и это имущество, зарплату получат немногие. Совхоз остался должен людям шесть миллионов рублей. Говорят, от безнадеги село запило. Видеть, как рушится то, что давало работу, обеспечивало достаток и предсказуемое будущее, тяжело.
Другой работы нет, в городе деревенских не особенно берут. Те, кто помоложе, пошли уборщицами да официантками на заимку Плюснина, которая рядом. Зная, что Краснореченское - село работящее, директор Хабаровского госплемзавода позвал на птичник бывших доярок и скотников. Пообещал присылать каждое утро транспорт. В автобусе, который пришел из Некрасовки, набралось... шесть человек.
- Тяжело, оформляйте субсидию, - говорят в районе. Да только попробуй ее добиться. У многих дети в город уехали, а прописанными так и остались у родителей. Или муж, бывший дояр, устроился к частнику, а тот справок о зарплате не дает.
Вдобавок выяснилось, что люди, в свое время получившие в совхозе квартиры, живут без ордеров. Раньше их не давали из боязни, что человек приватизирует квартиру, продаст да и уедет, неблагодарный. Теперь никто никого не держит. Свободен! Но чтобы выписали ордер, нужно решение профсоюзного комитета совхоза. А где они эти решения, в каком углу за ненадобностью брошены, как и весь архив? Депутат краевой думы Валерий Горбатюк добился, чтобы субсидии выдавали без ордера. По справке сельской администрации.
Валерий Иванович, увидев расчеты по коммунальным платежам, первым забил тревогу. И сход села собирал, и письма писал, напоминая про льготы сельским учителям, врачам, понимая, что выравнять тарифы можно только на краевом уровне. В региональной энергетической комиссии говорят, что для этого потребуется около миллиарда рублей. Впрочем, в других кабинетах называют более скромную цифру. Проблема не одного Хабаровского района касается.
Сколько их, небольших сел и таежных поселков, где распалось производство, а мощные котельные остались и все их затраты оплачивает небогатое население? В краевой думе попытались обсуждать ситуацию в Хабаровском районе, но когда выяснилось, что на севере отопление того же квадратного метра стоит 70 рублей, растерялись, не зная, кому больше сочувствовать.
Безденежный народ затягивается в квартирные долги. Для некоторых это уже долговая яма, из которой не выбраться. Рассказывают, что местное ЖКХ попыталось выселить через суд мать пятерых детей, не отличающуюся примерным поведением.
- Вы платить за квартиру будете? - уточнил судья, надеясь на раскаяние.
- Нет, - честно призналась ответчица. - Я лучше шестого рожу.
ЖКХ в иске отказали да еще заставили оплатить судебные издержки. Не может суд выселить многодетную семью на улицу, а другого адреса контора не предложила. Нет бараков в процветающем до недавних пор селе.
В Краснореченском стали продавать квартиры, только никто их не покупает.
«Коммунэнерго» для сельской
энергетики
Ну а выход? Должен же он быть. Люди из ответов поняли, что так сложилась ситуация в этом году. А как она сложится в следующем? Они готовы терпеть, вот только кто бы сказал - сколько.
В воздухе витает идея создания на краевом уровне компании «Коммунэнерго», которая бы взялась обслуживать сельскую энергетику. Очевидно, по аналогии с «Хабаровскэнерго». Тогда и перспективы маленьких котельных будут видеться в масштабе. Впрочем, есть опасения, что ее появление неизбежно приведет к очередному повышению тарифов. При том, что квартплата вышла за пределы реальности, стоимость воды и канализации пока занижена в два раза. Плюс неплательщики, а в их числе рискуют оказаться даже вполне добропорядочные граждане.
Ну а пока один из жильцов дома на улице Почтовой в Краснореченском попросил отрезать в его квартире батареи. Другого выхода для своей семьи он просто не видит.
Елена Ищенко.
Количество показов: 519