Пресс-центр

27.03.04 13:00

На днях прокуратура Хабаровского района возбудила уголовное дело по статье 285 УК РФ - злоупотребление должностными полномочиями в отношении директора Уликанского лесхоза Юрия Замитайло. Главу госорганизации, задачей которой является охрана лесных богатств края от разного рода посягательств, обвиняют в пособничестве незаконной варварской вырубке уникальной породы деревьев - ясеня маньчжурского.

Это уголовное дело, по словам заместителя прокурора Хабаровского района Павла Пономарева, можно было бы назвать беспрецедентным, если бы не одно обстоятельство. Четыре года назад предшественника Замитайло обвинили в точно таком же преступлении. А на днях бывшего директора Уликанского лесхоза Владимира Жуй-Чена приговорили к трем годам лишения свободы условно.

С больного дерева на здоровое

А пристального внимания со стороны правоохранительных органов названный лесхоз удостоился еще в 1999 году. Началось все с банальной плановой проверки, которую через определенный промежуток времени проводят на вверенной им территории работники прокуратуры Хабаровского района. Первый этап ревизии не вызвал у представителей закона никаких подозрений. Деловая документация организации показывала, что никаких нарушений в деятельности лесхоза нет. И если бы не дотошность тех, кто принимал тогда участие в проверке, как на самом деле обстоят дела на вверенной лесхозу территории, все еще долго было бы покрыто тайной. Площадь хозяйства огромна, и шастать по непроходимой тайге удовольствие не для всех. А некоторые представители проверяющих органов в этом лесхозе предпочитали ограничиваться просмотром деловых бумаг и только. Этому, кстати, есть прямые доказательства в уголовном деле, но о них чуть позже.

Сотрудники прокуратуры Хабаровского района решили все-таки показатели, зафиксированные в документах, сверить с действительностью.

Территория лесного хозяйства поделена на кварталы, которые значатся на карте под порядковыми номерами. Подозрения закрались в души следователей уже в самом отдаленном 181-м квартале Уликанского лесхоза. Здесь вовсю шла заготовка деловой древесины, причем было видно невооруженным глазом, что лесорубов интересует исключительно ясень маньчжурский. Дерево это у нас в крае произрастает не везде. Оно представляет особую ценность для производства мебели. Но поскольку после вырубки восстанавливается ясень примерно 140 лет, на заготовку его промышленным способом государство наложило вето. Как рассказал старший инженер Федерального государственного унитарного предприятия «Дальлесстрой» Василий Потылицын, получить разрешение на его вырубку невозможно даже за очень большие деньги.

Поэтому картина нещадной вырубки ясеня маньчжурского так заинтересовала прокуратуру. Выяснилось, что «хозяйничали» в 181-м квартале лесорубы заготовительного предприятия ООО «Рогоз». И делали они это на основании лесорубочных билетов, выданных руководством лесхоза.

Тут необходимо сделать пояснение. Поскольку лесхоз - организация, в чьи обязанности входит следить за благосостоянием лесных насаждений и оберегать его от незаконных посягательств, выдавать разрешения на промышленную заготовку древесины имеет право только на основании пакета документов, в том числе и лицензии, выданных руководителями других ведомств. Тех, которые решают, можно ли в том или ином месте производить рубку деловой древесины и не нанесет ли это экологического урона природе. Лесхозы при выписке таких билетов стоят, так сказать, на последней визирующей ступеньке. А вот в получении лесорубочных билетов на санитарную обработку участка леса инициаторами выступают сами лесхозы. Кто же лучше благодетелей «зеленого друга» знает, когда пришла пора разгребать валежники, удалять поврежденные деревья, косить непригодный кустарник? Как правило, на это дело лесхозы подряжают рабсилу со стороны. Заключают договоры с лесозаготовительным предприятием, которое и производит вырубку негодного леса. Причем в билете всегда четко отражают, какие породы деревьев и в каком количестве необходимо удалить.

В соответствии с лесорубочными билетами, которые предоставили сотрудникам прокуратуры представители ООО «Рогоз», в этом районе нужно было «выкосить» почти 500 кубометров некондиционного ясеня маньчжурского. Только вот под топоры попали исключительно здоровые деревья.

И на момент проверки лесорубы уже успели отгрузить на склад более двухсот стволов ясеня маньчжурского, цена которого, по самым скромным подсчетам, составила 263416 рублей.

Правоохранительным органам удалось доказать, что расхищалась ценная порода дерева с ведома и при непосредственном участии директора лесхоза Владимира Жуй-Чена. Было установлено, что заготовленный ясень нелегально переправлялся в Китай, где он, кстати, стоит в среднем 50 долларов за кубометр, выручка делилась между работниками лесхоза и предприятием-лесозаготовителем. Владимира Николаевича от занимаемой должности отстранили в первые же дни следствия, а чуть позже отправили в СИЗО, где он провел четыре месяца.

- Возможно, довести дело до суда нам удалось бы гораздо раньше, - рассказывает Пономарев, - если бы не позиция, которую заняли в Главном управлении природных ресурсов и охраны окружающей среды МПР РФ по Хабаровскому краю. Чиновники вдруг проявили небывалую корпоративность и делали все возможное, чтобы Жуй-Чен избежал положенного наказания за свое преступление. Что выглядело по меньшей мере странно, если припомнить бескомпромиссность, которую проявляют представители этой организации, например, к предпринимателям, которые своей деятельностью наносят урон природе.

Не боимся мы ни волка, ни суда

Что творилось на территории Уликанского лесхоза после того, как его бывший директор переехал в казенный дом, история умалчивает, так как целый год свято место было пусто. Потом предприятие возглавил Юрий Замитайло. А спустя чуть более трех лет подошло время и новой прокурорской проверки.

В январе этого года правоохранители, обнаружив среди документации лесхоза три лесорубочных билета, выданных частному предпринимателю Кретову, заподозрили неладное сразу. Во-первых, выданы все они были в разное время, каждый сроком на один год. Таким образом, подразумеваемая билетами санитарная вырубка леса предполагала растянуться аж до середины 2005 года. Во-вторых, согласно пометке, весь этот объем работ нужно было провести в уже печально известном 181-м квартале лесхоза. И, в-третьих, среди перечня пород деревьев-кандидатов на уничтожение на первом месте числился ясень маньчжурский, причем его, как оказалось, испортилось больше всего. А именно - около 500 кубометров.

Стоит ли говорить, что картина, представшая взорам работников прокуратуры в 181-м квартале, почти в точности повторяла уже виденную в 1999 году. Только в этот раз на складах нашлось более 900 кубометров вполне здорового и пригодного к промышленной переработке ясеня маньчжурского.

Новый директор лесхоза Юрий Иванович запираться и оправдываться не стал. «Подумаешь, проплатят», - сказал, имея в виду, что предприниматель-лесозаготовитель отдаст лесхозу деньги за вырубку деловой древесины в виде штрафа за нарушения. И на следующий день предоставил следователям еще один, четвертый лесорубочный билет, на истребление еще почти тысячи кубометров ясеня. Как догадались позже следователи, для того, чтобы оправдать лесорубов, которые умудрились превысить указанное количество в трех предыдущих билетах и «скосили» не 500 кубометров, а 900.

Замитайло рассказал, что выписан четвертый билет был еще летом, дата, указанная на документе, это подтверждала. Вот только вручить его лесорубам по какой-то причине запамятовали.

Но, как выяснилось буквально на следующий день, память чиновников лесхоза тут совершенно ни при чем. Директор лесхоза своей подписью лишь визирует лесорубочные билеты. Заполняют, согласовывают его данные со специалистами другие его подчиненные. Следователям, что называется, дважды не пришлось просить, чтобы ответственная за оформление лесорубочных документов сотрудница лесхоза стала давать признательные показания.

В тот день, когда в 181-м квартале началась проверка, Замитайло ей намекнул, чтобы она вечером у себя дома ждала его визита. «Гость» нагрянул уже поздно ночью и приказал в срочном порядке оформить лесорубочный билет, где указать, что вырубить в санитарных целях нужно 900 кубометров ясеня маньчжурского. Женщина созналась, что понимала: совершает неправомерное деяние. Но вынуждена была подчиниться начальнику. Юрий Иванович известен крутым характером, спорщиков в штате не терпит. На языке правосудия добросовестный рассказ служащей лесхоза называется деятельным раскаянием, за которое к уголовной ответственности не привлекают.

Лесопатологический Хлестаков

Тем более, что к тому времени следователи уже догадывались, что история происхождения документов на санитарную вырубку леса гораздо темней, чем может показаться на первый взгляд. Дело в том, что выписать лесорубочный билет на санитарную рубку руководство лесхоза тоже вправе только на основании заключения о состоянии леса, которое называется «Акт лесопатологии». Делают его специалисты из специализированного семеноводческого лесхоза. Заявка на получение такого акта поступила из Уликанского лесхоза в начале лета 2003 года. А ближе к осени в кабинете Замитайло появился лесопатолог Сергей С.

Тут уместнее всего вспомнить гоголевского «Ревизора». Но если чиновники из великого произведения пытались замылить глаза проверяющего, то руководство Уликанского лесхоза попыталось убедить специалиста не заметить достоинств. И увидеть, что леса в 181-м квартале якобы так состарились, что без срочной санитарной вырубки никак не обойтись.

Возможно, если бы лесопатолог своими глазами увидел ясеневую рощу, почти сплошняком состоящую из здоровых и сильных деревьев, которые стали такими за сто сорок лет, защемило бы у него сердце. Не позволила бы ему профессиональная совесть подписать им смертный приговор. Но в лес он так и не выбрался. Поддался, как он сознался на следствии, уговорам Замитайло. Хлебосольный директор лесхоза так правдиво заверял лесопатолога в необходимости санитарных вырубок, а еще пуще приглашал на приятную рыбалку и отдых, что он сдался. И удовлетворившись исследованием «акта лесопатологии», который сделал его коллега еще в 1990 году, отправился в оставшиеся от командировки дни развлекаться. А перед отъездом выдал свое заключение о том, что в том районе убрать в санитарных целях необходимо 60 процентов деревьев. Заместитель прокурора Хабаровского района П. Пономарев рассказал, что у следствия есть основания считать, что пойти на должностные нарушения лесопатологу не только рыбалка помогла. Но возбуждать уголовного дела против него тоже не стали. Его показания оформили как явку с повинной. Повинную голову, как известно, меч не сечет.

А кто, слышишь, рубит?

Во всей этой истории следователи, разумеется, не могли оставить без внимания коммерческие фирмы, которые были непосредственными исполнителями так называемых санитарных вырубок. И выяснили, что официально зарегистрировали предприятия будущие лесорубы непосредственно перед тем, как взяться за пилы и топоры. ООО «Рогоз» - в 1999 году. ЧП Кретов - в 2003 году. До того новоявленные предприниматели были обычными обывателями. Разумеется, орудий производства для проведения лесных работ у них тоже не имелось. Но, собственно, чтобы срубить и вывезти древесину из тайги, много приспособлений не нужно. Если это делать так, как делали в 181-м квартале Уликанского лесхоза, не заботясь, что останется на месте вырубленных деревьев, не убирая оставшийся древесный хлам, не заботясь о сохранности молодняка и близлежащих насаждений, хватит пары грузовиков, погрузчика и нескольких пил. Все это можно взять в аренду.

Кстати, по словам оперативников, они очень скоро пришли к выводу, что означенные частные предприятия подставные. Рабочие и сами их владельцы и не думали скрывать, что получали четкое задание: пилить деловую древесину. При этом мужики почти поголовно были недовольны оплатой за свой труд. Это и несколько других доказательств подтвердили догадки следствия о том, что владельцы вновь созданных предприятий были в этой истории лишь исполнителями.

Кто занимался вывозом ясеня за границу - еще предстоит выяснить. В прокуратуре есть основания считать, что ниточка, которая приведет к разгадке, теряется где-то в высоких сферах.

Поэтому предметно разговаривать на правовые темы пока придется со следователями Замитайло.

Кто должен охранять, тот руки и греет

Мои коллеги знают, что правоохранительные органы, когда уголовное дело уже находится на стадии расследования, информацию в СМИ дают с огромной неохотой. Поэтому предложение, поступившее нам в редакцию из Хабаровской прокуратуры, написать о безобразиях, обнаруженных в Уликанском лесхозе, можно назвать исключительным. Чем же вызван подобный приступ откровения с прессой?

- Это тот случай, когда, что называется, накипело, - отвечает Павел Пономарев. - Ни для кого не секрет, что за последнее десятилетие вопрос о том, сколько осталось жить дальневосточным лесам до экологической катастрофы, волнует всех без исключения наших земляков. И тех, кто непосредственно прикладывает руку к истреблению «зеленого друга», пора знать в лицо.

Еще несколько лет назад вину за гибель лесов принято было сваливать исключительно на коммерсантов, занимающихся незаконной варварской вырубкой леса. На тех, по чьей вине возникают лесные пожары. На государство, наконец, запустившее в дальневосточную тайгу за гроши иностранцев. И только недавно родилось подозрение о том, что улетучиваются вековые рощи с легкой руки тех, кто должен, по идее, биться за жизнь каждого куста и деревца. Ведь «скосить» деляну, вывести добычу - дело не одного дня. Остаться незамеченными со стороны порядочного специалиста лесхоза расхитителю вкупе с тяжелой техникой, наверное, сложно. А вот откупиться от хранителя лесных богатств, как показывает практика, легко.

Есть свои соображения у стражей правопорядка и насчет пресловутых лесных пожаров. В частности, так называемых палов, когда огонь проходит только по низу леса. Сгорают кусты, трава, молодняк. Пригодные в промышленности деревья страдают при этом метра на полтора от земли. Следователи заметили, что загадочные палы возникают чаще всего в ценных для продажи лесах. Официальная лицензия на вырубку такой деляны стоит очень дорого. А вот после пала цена на такие деревья снижается вдвое. Как говорит Пономарев, при этом стоимость самой древесины на рынке остается прежней, достаточно удалить поврежденные огнем метры. Прокуратура не исключает того, что в этих огненных хитростях есть доля участия лесхозов. А вернее, доля безучастия.

К сожалению, сотрудники правоохранительных органов вынуждены также признать, что наказания за подобное отношение к своим должностным полномочиям закон сегодня предусматривает слишком лояльное. И как результат, вслед за одним не чистым на руку хозяином леса от государства приходит другой, готовый набить карманы любой ценой. И будь что будет.

Оксана ОМЕЛЬЧУК.

Количество показов: 515