(Окончание. Начало см. № 58 от 31.03.04 г.)
Почему злые языки сразу назвали третью думу прогубернаторской? Из-за состава депутатского корпуса, большинство которого лояльно к исполнительной власти. Из-за согласия этого большинства и его дружного голосования (все, что инициирует губернатор, проходит в думе без запинки).
Персонально из-за Юрия Оноприенко, которого губернатор «вел» в председатели. Забудется ли первое заседание третьей думы, на которое «вдруг» пришли все заместители губернатора, даже те, кто за восемь лет ни разу там не был? Но прошло всего два года, и в минувшем декабре мы увидели подобное (даже покруче) уже в Государственной думе. Нам, злоязычникам, на душе стало легче? Или мы поняли, что губернатор всего лишь предусмотрел эту жесткую, можно сказать, тенденцию чуть раньше нас?
«Лучше плохой мир, чем хорошая война. В третьей думе нет конфронтации с губернатором - это показатель стабильности. Почему в думе должно быть много оппозиции? Кто сказал, что на заседаниях думы надо обязательно спорить? Спорить надо до этого, в комиссиях и в комитетах», - парировали мне оппоненты.
Между прочим, узду на думу надел именно Оноприенко. По принципу: если две власти тянут один воз, то почему одна - ломовая лошадь, а вторая - мустанг? «Вольные дикари», было дело, на дыбы вставали. Некоторые депутаты входили в кабинет и прямо в лоб: дескать, сегодня он председатель, а завтра могут и переизбрать. За что? За его бюрократию, разумеется. Когда он завел дотошный учет депутатских поездок по округам, встреч с местной властью, участия в семинарах, присутствия на заседаниях думы. Когда он сказал: «Будьте любезны быть на аппаратных совещаниях у губернатора, на коллегиях и в министерствах, чтобы не показывали на нас пальцем». Когда стал приставать к депутатам: «Есть закон, но он не работает - неужели вам это не интересно? И что надо, чтобы закон заработал?»
Представляете: председатель краевой думы, второй человек в крае, а такой дотошный. Зато какая статистическая красота! Скажем, в прошлом году передовиками отсутствия на заседаниях думы были Павел Мысин, Сергей Игнатович, Анатолий Бондаренко и Леонид Хегай - каждый из них пропустил от 10 до 13 заседаний из 27, проведенных за год. (А мы говорим: в Госдуму депутаты не ходят - безобразие!) А передовиками присутствия стали Александр Петров и Александр Громов - они были абсолютно на всех заседаниях.
А теперь о серьезном - о въедливости, как лучшей подруге порядка. Оноприенко все-таки вынудил депутатов вместе с краевым правительством довести до ума закон о квотировании рабочих мест для инвалидов, который был принят в 1999 году, а реально заработал только в 2004 году. (Это тоже к вопросу об отдаче думы.) Еще краевая дума приняла закон о своей контрольной деятельности, который мог появиться давно, но, видимо, никому был не нужен. В этом - суть характера председателя краевой думы. Для него важно организовать депутатов и думский аппарат так, чтобы они законы щелкали. То есть как в исполнительной власти, так и в думе Оноприенко в своей старой роли чиновника-управленца. А ведь он спикер...
Вот так прямо и слышу Юрия Ивановича: «Виктор Иванович, вы не будете возражать, если мы поработаем над программой по молодым специалистам?» Если вы в этом месте не улыбнулись, то не спешите - ведь это тоже суть характера Оноприенко. Но надо ли нам знать, с каким подходом или какими методами доводилась эта программа до ума? Главное - она тоже реально заработала, на нее предусмотрены деньги, и сельские выпускники вузов поедут в свои районы. Жаль, таких фактов в краевом законотворчестве очень мало, хотя они неплохо сыграли бы на популярность думы.
* * *
Не мелко ли плаваем? Дума в центре краевого центра - еще не значит, что она в центре жизни края. А мы - вторая ветвь, вторая ветвь... Все-таки десять лет этой «веточке». Можно, конечно, перечислить общее количество принятых законов, вспомнить поименно всех депутатов, сказать о них хорошие слова. Тем более, что действительно есть что сказать. И избиратели застонут от умиления... Но надо ли это сегодня? Когда завтра, возможно, опять придется писать почти с чистого листа и Устав края, и полномочия всей краевой власти, и бюджетный кодекс вместе с налоговым, и многое другое. Избранный на новый срок президент вместе с новым правительством и новой думой всерьез обещают довести до конца административную реформу. Что означает весьма серьезные изменения функций и возможностей и краевой, и местной власти. И мы должны были потихоньку идти к ней. И мы давно должны другими глазами смотреть на Законодательную думу - по большому счету готовности правовой базы к этим переменам, готовности думы к участию. Как бы ни бравировала власть исполнительная, она находится в области публичного права. То есть может делать только то, что ей предписано законами. Вчерашняя вольница с правами, с финансами может быстро закончиться.
Кстати, вспоминая былое, некоторые депутаты подходят к здравым оценкам. Например: о чем спорили думцы, когда в бюджете впервые появились статьи расходов на те же спортивные команды? Дать или не дать деньги и сколько. И что дали те споры? Ничего. Денег ежегодно давали столько, сколько финансисты записывали в проект. А если бы изначально сделать закон о государственной поддержке физкультуры и спорта в крае? А в нем - в чем она выражается, кому помогать, в каком объеме. Тогда депутатов не считали бы крикунами, правительство края имело бы законные основания, никто бы его не упрекал в транжирстве, а народ понимал бы перспективу. А если б такие законы и по другим, более насущным вопросам компетенции края... Среди старых блокнотных записей наткнулась на 1998 год, когда в нашей думе ссылались на Кемеровскую область, где бюджет уже тогда был на пятистах страницах. А у нас он был тогда на семнадцати. А сейчас, рассказывают, там о каждой сумме, направленной бюджетополучателям, сразу же говорят по телевидению. И педагоги, шахтеры и прочие знают, что сегодня эти деньги перечислены, а послезавтра они уже их получат. Отчего же наши думцы-передовики не принимали если не такие законы, то хотя бы подобные? Пожимаем плечами.
А ведь были звонки. Еще в самом начале думской биографии у нас на семинаре омские законодатели рассказывали, как они спланировали создание правового пространства в области. Решили не разбрасываться, а брать конкретный предмет ведения и отрабатывать его до возможного конца. Был и свой пример - отраслевой, когда один из депутатов первой думы отработал пакет законов по лесным делам. Но традиционным планированием в нашей думе всегда была сумма идей депутатов. Да, это мог быть красивый букет (с тем же законом о пчеловодстве). И у нас по каждому вопросу компетенции края есть фрагментарные законы. Но можно ли один закон уже называть правовым пространством?
Понимал ли задачу уважаемый Виктор Алексеевич Озеров? Видимо, понимал. Однажды на заседании он прямо ответил на вопрос: «Да, надо бы по каждому предмету ведения края принимать законы». А это сложный процесс - потруднее дележа льгот. Там думать надо. Там можно войти в противоречие с губернатором... Понимает ли эту задачу уважаемый Юрий Иванович Оноприенко?
Люди знающие называют главной проблемой всех трех наших дум проблему стратегического планирования - осмысления задач, стоящих перед краем, разработку законов для реализации этих задач и мониторинг законов. Другими словами: вот реальная цель для края, а вот ее правовое обеспечение. И контроль: либо мы правовыми нормами развиваем какой-то процесс, либо тормозим.
Ишь, какие умные собеседники - чего ж вы не в депутатах?! Может, у думы компетенции на этот счет не хватало. А ее, говорят, и не должно хватать по определению. Проектирование законов - тонкое дело, которым до этого они никогда в жизни не занимались. А может, и не должны: задача депутатов смотреть - учтены ли в законах интересы их избирателей, их отраслей или партий, которые они представляют. А писать умные законы - это задача специалистов другого уровня: управленцев, которые понимают, как надо управлять социально-экономическими процессами; и юристов, которые могут решение облачить в норму права. И предъявлять претензии к депутатам, дескать, не стоит. Претензия должна быть другая - к отсутствию воли у руководства краевой думы организовать этот процесс. А умных людей в крае хватит и в правительстве, и в науке, и на производстве. Вы только поставьте задачу. Ведь чистого поля в законодательстве уже нет - есть разный опыт у регионов, есть опыт у Госдумы, по заграницам поездили парламентарии - не за шмотками же. Госдума, к примеру, только первых четыре года прожила без аналитического отдела, а потом обзавелась, и он занимается разработкой того самого правового пространства. А мы даже слова «эксперт» боимся.
Умных людей наслушаешься, и волосы дыбом. Какие такие «задачи края», «стратегическое планирование» и прочее, если у нас выборы депутатов до сих пор идут по неандертальскому принципу: кто-то где-то пробился или кого-то где-то протолкнули?! Какое «пространство», если мы только через пять лет отважились проконтролировать единственный закон?! Какая может быть «широта взглядов», если дума все решает узким кругом «героев»?! У наших депутатов не замечено ни привычки, ни потребности обрастать специалистами, структурами, нет желания формировать вокруг себя гражданские институты, которые обеспечивали бы качество законов и отражали интересы населения. Вокруг думы всегда изрядный вакуум. Хотя начальный пример есть: посмотрите на губернатора, окруженного советами политиков, предпринимателей, ректоров, ветеранов... Но они у него локальные, сконцентрированные в Хабаровске. У думы, как представительного органа, география и лицо такого окружения должны быть шире, чтобы не отрываться от земли. Ведь скажи краевым думцам, что они доступны не в той мере, в какой есть потребность, - обидятся. Спроси людей - согласятся. Людям, а особенно с идеями, и особенно из глубинки, до думы не дотянуться. И это тоже факт минувшего десятилетия.
* * *
А в итоге предложены как бы две идеи. С одной стороны, оценить десятилетие краевой думы по шкале лучшего законодательного органа в Дальневосточном регионе. Будь иначе, тогда бы не к чему было приставить высокую планку спроса. А с другой, считать нашу думу одним из аппаратов власти, который более-менее добросовестно работает на своей маленькой площадке, потому что ни представительности в нормальном ее понимании, ни законодательного процесса, соответствующего задачам, у думы не наблюдается. Если бы было иначе, то люди не путали бы власть исполнительную с властью законодательной. Потому наша дума и неузнаваема. Золотой середины никто из десятка экспертов-добровольцев почему-то не предложил, даже из самих думцев...
Раиса Целобанова.
Количество показов: 386