В начале апреля прокуратурой края возбуждено необычное для Хабаровска уголовное дело. А послужившая поводом к этому история, больше похожая на сюжет мрачного американского триллера, началась еще три года назад. Пострадавшая сторона рассказывает об этом так.
3 января 2001 года в хабаровскую краевую клиническую больницу №2 (ККБ) поступил с побоями житель Железнодорожного района. Особо серьезных травм у него не обнаружили, ничто не предвещало трагического финала. 5 января пациенту поставили капельницу. По случайности в это время в палату явился сотрудник милиции - взять у пострадавшего показания об обстоятельствах избиения. Милиционер стал свидетелем того, как пациент вдруг закатил глаза, изо рта у него пошла пена, и он впал в беспамятство.
Жена оказавшегося в коме пациента до позднего вечера справлялась о его здоровье. С ее слов врач-реаниматолог предположил отек мозга и успокоил, что врачи с этим справятся. Но на следующее утро жена узнала, что ее супруг скончался во втором часу ночи. Она потребовала от медиков назвать диагноз, послуживший причиной смерти. Здесь началось нечто странное. Забегая вперед, скажем, что точного ответа родственники погибшего так и не получили. Сперва возникла версия о травме головы. Но она не подтвердилась. Впоследствии в разных медицинских документах значились диагнозы один неубедительней другого - от сердечного приступа до менингита, якобы развившегося у больного вследствие перенесенного на ногах инсульта. Но главное состояло не в этом. На трупе обнаружились странные разрезы. Патологоанатом был вынужден сообщить родственникам, что у погибшего отсутствуют почки, надпочечники и некоторые сопряженные с ними кровеносные сосуды. Что сие значило - не загадка: органы взяли для трансплантации, которую осуществили в другом лечебном заведении города.
Согласно медицинским нормам категорически запрещается пересадка органов от человека, страдавшего при жизни определенными заболеваниями, в том числе и менингитом. Как же могло случиться, что, поставив донору такой диагноз, почки бестрепетно пересадили реципиенту?
Жена пострадавшего обратилась в правоохранительные органы. Больше года потребовалось ей, чтобы добиться возбуждения уголовных дел. Тех, кто избил пострадавшего, так и не нашли. А дело против медиков, возбужденное почему-то по статье «халатность», прекратили, так как новейшие изменения в законодательстве лишили его судебной перспективы.
Но овдовевшая супруга с таким результатом не смирилась. Она занялась собственным расследованием и в конце концов, несмотря на многочисленные препоны, нашла того, кому пересадили почки ее мужа. Им оказался молодой человек, проживавший в Комсомольске-на-Амуре. И тут вскрылись новые странные подробности. Оказывается, будущему реципиенту 5 января 2001 года позвонили медики и сообщили, что есть донор, нужно готовиться к операции. Но в этот день донор был еще жив, его опрашивал милиционер, а реаниматолог делал оптимистические прогнозы по части выхода из комы.
Когда операция по пересадке почек состоялась, врачи предложили реципиенту уплатить 80 тысяч рублей. Мать парня поинтересовалась, на какой банковский счет перевести сумму. После этого разговоры об оплате прекратились. Всё закончилось тем, что новому обладателю почек пришлось внести «спонсорскую помощь» в размере полутора тысяч целковых.
Но это далеко не всё. Существует список пятидесяти шести скончавшихся пациентов ККБ. Не исключено, что и они могли стать донорами органов. И также при сомнительных обстоятельствах. Жена, не смирившаяся со смертью мужа, сумела его раздобыть, приложила к своей жалобе в крайпрокуратуру, и теперь этот список будет фигурировать в деле.
Как и отчего умерли все эти люди - вопрос к специалистам-экспертам и следователям. Сомнений, пожалуй, не вызывает одно: если пересадку органов и производили, то нарушая закон РФ «О трансплантации органов и тканей человека», который безоговорочно предусматривает «презумпцию согласия». В статье 8 записано: «Изъятие органов... не допускается, если учреждение здравоохранения на момент изъятия поставлено в известность о том, что при жизни данное лицо (донор. - К.П.) либо его близкие родственники, или законный представитель заявили о своем несогласии на изъятие его органов...».
Неугомонной супруге донора медики пояснили, что такого официального «несогласия» у них не было. Но как мог дать или не дать его человек, впавший в кому в тот момент, когда его смерти ничего не предвещало? А его родственников и вовсе никто не спрашивал, преподнеся им мрачный сюрприз.
В крайпрокуратуре всё вышесказанное не опровергли. Но комментировать ситуацию на нынешнем этапе следствия, понятное дело, преждевременно. Оставалось самому разбираться в происходящем. Ведь аферы с трансплантацией органов не может осуществлять один человек. Для этого требуется сговор и круговая порука. И вот что удалось узнать.
Не так давно с работы домой не вернулся хабаровчанин. Жена кинулась на розыски. Побывала она и в ККБ-2, где пыталась выяснить, не попадал ли сюда ее муж или похожий на него неопознанный пациент. И получила отрицательный ответ. А спустя пару дней ее подруга пришла в больницу проведать лечившегося там родственника. И случайно увидела... пропавшего мужа приятельницы. Он лежал в палате без сознания. Как оказалось, по дороге домой его жестоко избило уличное хулиганье, а «Скорая помощь» доставила в ККБ. По утверждению родственников пострадавшего, пока они не объявились, медицинскую помощь ему в больнице не оказывали.
Что из этого следует? Быть может, и ничего. Но именно такие «неопознанные пациенты» с тяжелыми травмами головы являются идеальными кандидатами в доноры органов. В ночь с 3 на 4 апреля в Железнодорожном районе произошло убийство молодой женщины, а ее муж в бессознательном состоянии с повреждением черепа был доставлен в ККБ. Компетентные источники, пожелавшие остаться неназванными, сообщают, что за жизнь этого пациента в больнице также бороться не спешат. А начавшемуся следствию пытаются активно противодействовать, ссылаясь на «врачебную тайну».
В СМИ время от времени вспыхивает полемика: существует ли в России «черный рынок» человеческих органов? Высокие медицинские чиновники, как правило, это опровергают, обвиняя журналистов в буйстве фантазии и пристрастии к сомнительным сенсациям. В Хабаровске, похоже, создалась ситуация, способная дать ответ на этот вопрос языком следствия и закона. Остается подождать результатов.
Кирилл ПАРТЫКА.
Количество показов: 445