Жили когда-то на Руси особенные люди, наделенные даром приманивать к себе птиц, которых называли птицеловами. Без малого две тысячи лет этой бескровной охоте. Еще лет сто назад каждый вид отловленной птицы назначался для особого сословия. К примеру, охотничий сокол - для княжеского звания, орел - для графского, а чижик, дрозд, соловей - для простого люда. Целая наука была о птичьей потехе, а хорошие птицеловы были нарасхват даже по тем временам. Ведь поймать птичку нелегко, а привязать к себе еще труднее. Тем более сейчас, когда о настоящих мастерах этого увлечения не слыхать.
Каково было наше удивление, когда мы узнали, что в Некрасовке, в двухкомнатной квартире на пятом этаже живет целая стая лесных птиц, а их хозяин, Александр Нуждин, прославился среди селян тем, что собрал самую большую коллекцию пернатых на Дальнем Востоке.
Птицы - главная страсть его жизни. В вёдро и ненастье, зимой и летом бродит он по лесам и лугам, наблюдая за ними с одной целью - приручить еще один вид. Он в совершенстве знает их повадки, где, когда и как их встретить, где строят они свои гнезда и как выкармливают птенцов. А его бесконечное терпение (казалось бы, что может быть проще, чем ставить силки и сетки?) вознаграждается тем, что оказывается раскрытой еще одна птичья тайна.
Когда попадаешь в его домашний орнитологический центр (другое название подыскать трудно), не покидает ощущение, что находишься в лесу. Целый хор птичьих голосов встречает вас с порога. Когда птицелов показывает свой зоосад, то не устаешь удивляться, сколько маленьких и больших певуний может поместиться в обыкновенной «хрущевке». Около 50 видов всевозможных птичек сегодня «прописались» в его квартире.
- Пустельга, китайская зеленушка, щур, дубровник, перепелка, овсянка, дубонос, черный дрозд, чечетка, жаворонок, синица, райская мухоловка, - перечисляет он. - Я могу с завязанными глазами определить, кто поет, в каком настроении, самец это или самка.
Самый изящный и звонкий флейтист в его оркестре - черный дрозд, которого ему привезли из Ростова взамен желтогорлой овсянки (певчих птиц ему шлют отовсюду - из Салехарда, Ташкента, Санкт-Петербурга, а он снабжает товарищей по увлечению дальневосточными редкостями). Его пение, по словам Александра, - одно из самых искусных. Мало кто знает, что каждый дрозд поет по-своему. Наш пестрый дроздик - тоже артист, такие «бирюльки» выдает, что заслушаешься. Среди своих собратьев он числится как несравненный мастер имитации. Удивительно точно воспроизводит птичьи голоса. А настоящий «карузо» приамурских лесов, которого даже ему редко удается наблюдать в природе, - каменный дрозд. В весеннюю пору он свистит так, что даже соловей-красношейка, который появляется в наших краях в мае, ему в подметки не годится.
О своих питомцах Нуждин может рассказывать часами.
К примеру, кто не видел в небе птиц, которые камнем падают на свою жертву? Это ястребы. А птицеловы делят их на гнездарей, слетков, молодиков, размытов, дикоматов. Если глаза голубые - то это молодая птица, если оранжевый глаз - то в годах. Если на груди рябое перо вдоль - слеток, если полосы тельняшкой - уже вылинявший размыт.
- Откуда такая любовь к птицам? - спрашиваю Нуждина.
- С детства, - улыбается он. - Я самую первую поймал в четыре года, жалко стало - выпустил на волю...
- Не жестокое ли это занятие, - допытываюсь я у него, - держать лесных птиц в клетках?
На это он отвечает, что если птице плохо, то петь она не будет. Наоборот, многих он спас от неминуемой гибели в естественных условиях, от голода и холода. Конечно, узнать их можно и в «дикой среде», но ближе познаешь их характер, только живя рядом.
Александр берет на руки соколенка, на которого случайно наткнулся в лесу и потом выходил. Есть еще в его коллекции пустельга, которую подобрал тоже в лесу. Целый месяц он лечил ее разными снадобьями (Нуждин еще и птичий доктор, консультирует занемогших птичек в зоомагазинах), а теперь она почти здорова.
- Я ее буду выпускать осенью, потому что отпускать весной нельзя.
По большому счету, выпускать птиц на волю сейчас - жестокость. Это противоречит здравому смыслу. Птаха, прожившая в клетке больше месяца, привыкает к людям и перестает дичиться их. Она разучивается находить корм, получая его всегда готовым, а также теряет способность быть вечно начеку - единственную способность сохранить свою жизнь среди врагов. А выпущенные из клеток птицы могут быстро стать жертвами хищников или просто погибают от голода.
Любопытно, что кормит он их по строгому расписанию, для каждой из них готовит свое меню. Это только кажется, что так просто накормить такую прожорливую ораву. В отличие от кур, уток и гусей, лесные меньшие братья - особы привередливые. К примеру, обыкновенного проса, рапса (репного семени) им мало, подавай еще муравьиные яйца с тертой морковью, а также семена сосны, ели, лопуха, ольхи, ясеня, клена, липы, давленые кедровые орешки, мучных червей и прочие деликатесы. Несколько мешков всего этого добра он заготавливает с осени, а весной собирает еще не осыпавшийся корм с деревьев на Хехцире.
Мечтает ли Нуждин о своей синей птице?
- Синяя птица у меня еще впереди, - говорит он. - Я хотел бы приручить гуляриса-птичку, который гуляет сам по себе. Поймать его трудно, селится он в горельниках. А летает очень высоко.
От Александра Нуждина мы узнали, что в Некрасовке в ближайшее время будет создан экологический центр для пернатых. Он этому, конечно, рад. Вроде есть понимание со стороны местной администрации.
Для тех, кто решил серьезно заняться птицами, кому нужны практические советы по содержанию пернатых дома, Александр Нуждин оставил свой телефон - 95-11-12.
Александр САВЧЕНКО.
Количество показов: 468