«В результате обмана руководителя бюро «Шанс» Толмачева В.А. наша семья потеряла трехкомнатную квартиру… мы лишены возможности трудоустроиться... В прописке по новому адресу отказывают. Приходит милиционер-участковый и выгоняет на улицу. У нас нет денег к существованию, на работу не берут».
Это строки из письма в редакцию 19-летней хабаровчанки Марины Бовиной. После смерти отца семья решила обменять квартиру на частный дом и для этого в 2002 году обратилась в посредническую фирму по сделкам с недвижимостью «Шанс», расположенную в Южном округе, с которой мать - инвалид по слуху - заключила соответствующий договор. Согласно ему, риэлторы должны были в течение года продать квартиру, а для ее владельцев приобрести частный дом.
Мать по закону не могла единолично распоряжаться жилплощадью. Но дети - Марина и ее сестра - в договоре отчего-то не значились. В итоге квартира оказалась продана, а ее бывшие владельцы стараниями «Шанса» стали кочевать из одной трущобы в другую, не получив ни денег за проданное жилье, ни возможности прописаться на новом месте. «Шанс», судя по всему, «кинул» своих клиентов, а правоохранительные органы, в которые обращались пострадавшие, лишь разводили руками да грозили ответственностью за проживание без прописки. Милиция, рассмотрев заявление пострадавших, отказала в возбуждении уголовного дела.
История по нынешним временам, увы, заурядная. Наша газета не раз рассказывала о весьма похожих случаях. Безногий и психически неполноценный инвалид Марченко был обманом лишен своей квартиры в Хабаровске, вывезен в Комсомольск-на-Амуре и в буквальном смысле выброшен посреди улицы. Тогда его спасли лишь чудом. Но итог все же оказался печальным: инвалид вскоре скончался. Лишенный дееспособности по суду в связи с психической болезнью хабаровчанин Кузьмин тоже потерял свое жилье. Только вмешательство близких да судебное решение воспрепятствовали квартирной афере.
К упомянутым случаям фирма «Шанс» отношения не имела. Но произошли они все в том же Южном округе Хабаровска, что наводило на размышления. Отчего многочисленные государственные учреждения и правоохранительные органы, без участия которых сделку не осуществить, не стали препятствием для проходимцев?
Недавно местные СМИ сообщили о возбуждении уголовного дела и аресте директора фирмы «Шанс» Толмачева и его бухгалтера. Сейчас они находятся в следственном изоляторе. Формальным поводом стала история, происшедшая с семьей Марины Бовиной. Но это лишь надводная часть айсберга.
Индустриальная райпрокуратура и оперативно-розыскное бюро (ОРБ) Главного управления МВД РФ в ДВФО уже давно отслеживали ситуацию, сложившуюся в районе с операциями по недвижимости. И пришли к выводу, что иначе, как криминогенной, ее не назовешь. Поэтому расследование деятельности фирмы «Шанс» началось не спонтанно, а стало результатом долгой разработки и стартом широкомасштабного наступления на нечистоплотных риэлторов, обосновавшихся в районе. В офис фирмы следователи и оперативники нагрянули внезапно и во время обыска обнаружили массу документов, свидетельствующих, что махинации и жульничество были здесь не исключением, а, скорее, принципом работы.
Уже сегодня в уголовном деле фигурируют более десятка фактов, когда людей обманом лишали жилья, не давая взамен ничего. (О причинах, по которым такие кульбиты с легкостью удавались горе-риэлторам, разговор особый.) Благодаря усилиям следственно-оперативной группы круг пострадавших с каждым днем расширяется. В деле также возникают все новые лица, вольно или невольно способствовавшие аферам.
Вскоре после арестов в райпрокуратуре объявились вкрадчивые субъекты, недвусмысленно давшие понять, что заинтересованная сторона не поскупится на то, чтобы вопрос о руководителе «Шанса» был «отрегулирован». В связи с этим районный прокурор Г.П. Фотеев принял решение поручить расследование скандального дела своему заместителю А.А. Коноводу. С Андреем Александровичем мы встретились в его кабинете. Вот что он рассказал.
Даже на нынешнем этапе расследования ясно, что на протяжении нескольких лет существовала хорошо отлаженная система отъема жилья у неблагополучных квартиросъемщиков. Пострадавшие в массе своей - старики-пенсионеры, инвалиды, просто пьющие и опустившиеся люди. Они, как правило, не разбираются в законах, не способны отстаивать свои интересы в официальных инстанциях, легко поддаются на уговоры, сдобренные спиртным. А потому становятся легкой добычей для проходимцев.
Аферы начинались с добычи информации о потенциальных «клиентах». Разжиться ею легче всего в соответствующих компетентных организациях, с которыми агенты фирмы наладили небескорыстную связь. А когда очередная жертва была намечена, развивалось настоящее действо, демонстрировавшее незаурядную фантазию и актерство проходимцев.
Где-нибудь возле винного магазина или во дворе во время опохмелки к непрезентабельному квартиросъемщику «случайно» подходил элегантный джентльмен, заводил отвлеченный разговор, знакомился. Вскоре странная пара представляла собой образец закадычной дружбы.
Владелец жилья обычно сам приглашал нового «приятеля» в гости. (Тут-то агент и производил «рекогносцировку на местности», прикидывая, какую прибыль может принести данная жилплощадь.) И разговор о продаже квартиры погрязший в долгах хозяин заводил, как правило, сам, растрогавшись отзывчивостью своего знакомца. (Срабатывала тактика общения агента с подобными людьми. Это - страховка на случай дальнейших разбирательств: мол, хозяина жилья никто к продаже не принуждал!) А когда принципиальное согласие было достигнуто, процесс вступал в главную фазу.
Квартиры у подобных жильцов нередко не приватизированы. В них прописаны и другие домочадцы, включая несовершеннолетних. Документы в полном беспорядке. Совершить сделку при таких условиях обычным гражданам стоит больших усилий и долгих хождений по инстанциям. Но лукавым агентам это удавалось без особого труда.
Возникали нотариально оформленные доверенности, дающие право осуществить приватизацию и в дальнейшем распоряжаться квартирой. (Многие пострадавшие сегодня утверждают, что и дороги не знают к нотариусам, не говоря уже о каких-то подписях под бумагами.) В органах опеки утрясались проблемы, связанные с несовершеннолетними, проживающими в квартире. После акта приватизации паспортно-визовая служба выписывала жильцов. (Что по закону должно происходить в присутствии квартиросъемщиков. Но многие опять же клянутся, что о выписке и не подозревали.) Чтобы прояснить все это, предстоит потрудиться криминалистам.
К тому времени риэлторы показывали своим жертвам какой-нибудь добротный дом в пригороде и уверяли, что это их будущее жилье. Но когда легковерные были выписаны со своей жилплощади, их квартиры, погасив долги, шустро продавали, а бывшим владельцам предлагали временно пожить в какой-нибудь развалюхе. И это «временно» превращалось в «навсегда». Людей перевозили из одной трущобы в другую, кормя обещаниями. И под расписку подкидывали небольшие денежные суммы - в счет стоимости квартиры. В этом имелся свой резон. Когда много месяцев спустя кто-то из обманутых, потеряв терпение, обращался в правоохранительные органы, работники фирмы утверждали, что сполна расплатились с клиентами. Разобраться, когда и сколько денег получали пострадавшие, становилось нелегко. При обыске по делу «Шанса» изъято солидное количество денежных расписок клиентов. Подлинность их может установить лишь экспертиза. Но, по мнению следствия, даже при поверхностном взгляде расписки вызывают серьезные вопросы.
У пострадавших клиентов «Шанса» под благовидным предлогом забирали паспорта и другие документы, вплоть до водительских прав - чтобы держать людей «на крючке» и лишить возможности противодействовать обманщикам. Это также подтвердил обыск, в результате которого упомянутые документы стали вещественными доказательствами.
В результате обманутые неблагополучные семейства превращались и вовсе в бездомных, без средств к существованию и каких-либо перспектив на будущее. На что надеяться, если семья Марины Бовиной не раз жаловалась в милицию на жуликов-риэлторов, а в ответ получала… административные протоколы за проживание без прописки.
Судьба некоторых бывших владельцев квартир и вовсе темна. Людей перевезли в загородную хибару, они пожили в ней, а потом их следы затерялись. Никто из новых соседей не знает, где они. Следствию предстоит найти ответ на эти вопросы.
Но самую большую загадку для следствия составляет роль иных работников нотариальных контор, паспортно-визовой службы, абонентского отдела, органов опеки и прочих, призванных по служебному долгу блюсти законность сделок с недвижимостью. Остается надеяться, что расследование и здесь не оставит «белых пятен».
Не зря говорится: спасение утопающих - дело рук самих утопающих. Чтобы не оказаться кругом одураченным, не следует вступать в квартирные сделки с доброхотами, «случайно» оказавшимися агентами по недвижимости. Какие бы долги ни довлели и что бы ни сулили подобные «благодетели», не стоит слепо верить их посулам, подписывать (тем более во хмелю) документы, смысл и юридическое значение которых не очень понятны. Не нужно передавать право распоряжаться вашей недвижимостью в незнакомые руки лишь потому, что кто-то соблазняет бутылкой. А то похмелье будет очень горьким…
Кирилл ПАРТЫКА.
Количество показов: 422